ЛитРес: Самиздат

Несокрушимых людей нет. Сильные мужчины – легенда. Верные женщины – миф. Долго, счастливо и на всю жизнь – иллюзия.

Научитесь говорить себе правду, даже самую нелицеприятную, переживите с ней сутки, и научитесь принимать себя такими, какие вы есть, и вот увидите, совсем скоро заметите окно в совсем новую, более качественную жизнь для вас

Доверься сердцу своему, когда моря загораются, и живи любовью, даже если звезды отвернулись. (с) Эдвард Каммингс

Она не сломлена. Она живая. – Вкусная детка. Что ты теперь скажешь? – рычу я, поднимаясь и придавливая ее своим телом. Ее трясет от всего, что я только что с ней вытворял. Потираюсь о ее поясницу твердокаменным членом, пока мои руки скользят по ее влажной от пота коже. – Кай… – ее голос срывается. Девочка сдается. И это правильно, я уже не могу ждать. – Говори, шлюха, – впиваюсь в ее губы, зажимая подбородок, поворачивая ее лицо ко мне. – Говори! – я вытрясу из нее эти слова. – Чья ты зверушка? – упираюсь членом в ее горячее лоно. Погружаюсь головкой в теплую влагу, и по ее дикой улыбке замечаю, что ей это нравится. Я сделал то, что и хотел. Она забыла о прошлом опыте. Но другого у нее не было. И не будет. Я единственный мужчина, который сможет подарить такое удовольствие. Я первый и последний. Пока мне не наскучит. Я вытряхну из нее все, все, чтобы найти свое спасение. – Маленькая, давай. Маленькая моя, – шепчу, уже нежно посасывая ее губы, от чего она стонет томно и низко. – Хочу тебя внутри. Трахни меня, Кай Стоунэм, – произносит с мольбой. Она сейчас не может иначе. У нее и нет другого выхода. Иначе останется злой и неудовлетворенной. – Пожалуйста, скорее, – просит она, и я с хриплым рыком я погружаюсь в нее на всю глубину, ударяя яйцами ее бедра. О, да. Я в космосе. По уши в горячем и влажном удовольствии. – Моя шлюшка, моя, – иступленный шепот вырывается из моей груди вместе с хрипами и стонами, пока я совершаю толчки в это изнывающее жаждой и потом тело. Прикусываю шею, чувствуя солено-сладкий вкус восхитительной кожи. – Мразь, ненавижу тебя, – снова шепчет она, думая, что я не слышу. Усмехаюсь, продолжая двигаться в ней,

Любовь не лечит больные души, она превращает их в камень, лишая разума, стирая память.

Глава 1 Вот бывают такие дни, когда лучше не вылезать из постели. Несмотря на проблемы, прогулы и затекшие бока – не вылезать! Это был как раз один из таких дней, однако я до мудрейшей философской мысли к тому моменту не дошла до такой степени, чтобы следовать инстинктам. Началось с того, что когда принимала душ, упала в обморок. Просто отключилась, а потом очнулась на скользком полу, щедро поливаемая теплой водой. И ведь обмороки совсем мне несвойственны. Да я никогда до сих пор в них не оказывалась, но сообразила быстро: это не что иное, как самый настоящий обморок. Когда ты открываешь глаза и не понимаешь, что происходит. Вот если бы в мои привычки входило укладываться спать в любом теплом и влажном местечке, тогда можно было подтянуть и другое объяснение. Но это была потеря соз

Все же, мужчины – это какой-то отдельный биологический вид. При температуре тридцать семь и пять он будет страдать, как умирающий лебедь, зато про торчащий из легких нож способен заявить – детка, это такие пустяки! Доктор тяжело вздохнула

«Нельзя повторить одну ошибку дважды. Второй раз – это не ошибка. Это уже выбор .» (с) Лос-Анджелес,