Екатерина Елькина

дели музыканты. Они играли на скрипках что-то классическое, что-то очень знакомое. Потом появилась еще одна лодка и еще. Лодки плыли, скрывались во тьме и снова появлялись. – Как красиво! – зачарованно глядя на лодки, прошептал Никита. Гошке тоже концерт понравился. Но вот последняя лодка скрылась во тьме, и все повскакали с мест. Для того чтобы выйти из пещеры, надо пересечь озеро. Можно идти по мосткам, а можно переправиться на лодке. Они остановили свой выбор на лодке. Пришлось довольно долго ждать, но дело того стоило. Наконец они уселись в лодку и поплыли. – Ну и фигня! – произнес по-русски какой-то мужчина. – Дурят нас как щенков. Только деньги дерут. Знал бы, не поехал! В гробу я все это видел… Тьфу. И дышать нечем. Путешествие по воде длилось каких-нибудь три минуты, а потом они долго выбирались из пещеры по проходам и лестницам. – Ну и как впечатление? – поинтересо

будете в этих краях, заходите. Она с чувством пожала руку сперва Гошке, а потом Никите. – Спасибо, спасибо вам! Теперь я хоть знаю, что не все люди похожи на Ивана. С этими словами она скрылась в подъезде. – Ну, Гошка, что скажешь? – Да… Нет слов… – Ты, Гошка, гений! – Я? Почему?

«Где сможешь найти ты меня, Не сиди на могиле печальной, Там души моей нет и следа. Сними свой наряд погребальный. Я не связан холодной землёй, Улечу, понесусь я с ветрами, Что прохладу даря в летний зной, Прилетают к тебе временами. Глубину океанов измерю собой И волной тебя брошу на берег. Буду тёплого солнца ярким лучом, Чтобы чёрные мысли развеять. Буду в голосе каждом, надежду даря. Не ходи на могилу, там нету меня… Если ищешь, наверх не смотри, Я давно уж у кромки зари…» 25 .

Лучшее в них, всё-таки, колено. В колене всегда достаточно женщины, чтобы навек полюбить. От самой мысли про поцелуй в этот сустав изнутри мужчина делается мягким. Вот возьмите некрупную белую коленку, поднесите к мужскому лицу и говорите ни о  чём. Через полчаса подопытному станет всё равно, сколько у вас носов, что вы кладёте в винегрет, и насколько ваша мама злее всех

И на следующий день, без предварительных знамений прямо с неба спустилась тёща. У неё были крылья с бриллиантами, сапфирные глаза и другие признаки святости. В частности, авоська с едой на три дня. Если грамотно распоряжаться, авоськи могло хватить до субботы. И сказала тёща голосом доброго змия: – У вас времени – до шести. ЭТИХ я задержу. Бегите куда хотите и познайте там добро. Мы ж не дураки тратить время на переодевания. Мы, в чём были, прыгнули в мой большой американский лимузин и поехали на море. И выехали на пляж, пустой

прикажешь верить, что папаша у нее

радостной улыбкой доложил друзьям Гошка.  – Фу, мне сразу легче стало. – Да, как будто камень с души свалился, – вздохнула Саша. – Это просто клево, что она задерживается, – заявил Леха. –

— Таисия Никитична, знаете, у меня старшая сестра все думала, что надо бы в какую-нибудь газету или журнал написать, совета попросить, у нее тоже , как она говорит, трудная любовь… Может, дали бы мне наводочку.

— На водочку? — ахнула Таисия Никитична. — Ты что, с малолетства пьешь?

-Ой, бабуль, ты отстала от жизни, так теперь говорят - вместо oкей - хоккей, понятно?

пал, аж в марте, и до сих пор не нашли! – Как это пропал? – спросила Мотька. – Очень просто – ушел и не вернулся! – Ужас какой