Алексей Суконкин

напуганы. Они не будут заморачиваться – и поедут прямо в посольство. Я уверен, никуда они не свернут. У них нет сил, выжидать где-то

тут же выдавало местоположение авианосца и всех его «бодигардов» – фрегатов, крейсеров и эсминцев. Прекратить работу приводов авиации авианосец не мог – таким образом, он сам лишался бы глаз и ушей – самолетов

разными ведомствами. Поставленная перед

месте. Это даже не мой приказ. Я на это не уполномочен. Это приказ Москвы. В плен его не брать, уничтожить во что бы то ни стало. – Играем по крупному, – усмехнулся Олег. Его усмешка никого не развеселила. Разведчики наоборот, стали серьезнее, собраннее. Серебров продолжил: – Всех, кто окажет сопротивление – уничто

рассказывай. Давай, поехали, у меня пацан раненый умирает, машиной мы его не довезем… – Отвечать вы будете… – начал говорить машинист… – Согласен! – кивнул майор. – Только

Похоже на правду, но не тянет на истину

«Тайфуне». – Сойдет, – хмуро отозвался Васильев, в этот момент не расположенный к веселому настроению. Ему почему-то всегда было немного не по себе, когда громадина-крейсер покидал свою базу и уходил в штормовое Баренцево море. Пятьдесят лет назад дед Васильева простым матросом точно так же выходил на подводном крейсере К-21 в шторм, в пучину, в неизвестность. Полвека назад в этих местах сошлись в безжалостной морской