Zitate aus dem Hörbuch «1984»

Кто контролирует прошлое, тот контролирует будущее: кто контролирует настоящее, тот контролирует прошлое

Шпионаж, предательство, аресты, пытки, казни и исчезновения никогда не прекратятся. Это будет мир ужаса не в меньшей степени, чем триумфа. Чем больше власти у Партии, тем меньше будет терпимости: чем слабее оппозиция, тем жестче деспотизм.

. С того момента, как первая машина появилась на свет, всем мыслящим людям стало ясно, что потребность в человеческом тяжелом труде и, следовательно, также в человеческом неравенстве отпала. Если бы промышленность использовали специально для этой цели, голод, переутомление, грязь, неграмотность и болезни можно было бы искоренить в течение нескольких поколений. И на самом деле, просто с помощью автоматического процесса – производя богатство, распределяемое между всеми в более-менее равной степени – машина действительно очень сильно подняла уровень жизни среднего человека на рубеже девятнадцатого и двадцатого веков. Но также было ясно, что всестороннее увеличение богатства угрожает ослаблением – и в некотором смысле даже разрушением – иерархического общества. В мире, где каждый работал всего несколько часов в день, имел достаточно еды, жил в доме с ванной и холодильником и владел автомобилем или даже самолетом, самая очевидная и, возможно, самая важная форма неравенства уже была упразднена. Став общедоступным, богатство не давало никакого различия.

Свобода – это свобода заявить, что два плюс два равно четырем. Если это обеспечено, все остальное приложится.

На вершине пирамиды возвышается Большой Брат. Большой Брат непогрешим и всемогущ. Считается, что каждый успех, каждое достижение, каждая победа, каждое научное открытие, все знания, вся мудрость, все счастье и вся добродетель исходят непосредственно от него, благодаря его чуткому руководству и вдохновению

Все как в тумане. Прошлое стирают, потом забывают, и ложь становится правдой.

Благонадежность означает отсутствие мыслей, а точнее отсутствие потребности в мыслях

Последствия – неотъемлемая часть любого поступка.

Почти все уродливы, и синие комбинезоны тут ни при чем: этих людей как ни одень, уродами и останутся.

Однако Большой Брат еще несколько секунд оставался на экране, словно воздействие его на глаза зрителей было столь ярким, что он не мог исчезнуть сразу же, немедленно. Маленькая рыжеволосая женщина упала на спинку стула, стоявшего перед ней. Она простерла свои руки к экрану и робко пробормотала что-то вроде: «Спаситель мой!» Затем она закрыла лицо руками. Видимо, читала молитву.