Человек в шляпе и призраки прошлого

Text
0
Kritiken
Leseprobe
Als gelesen kennzeichnen
Wie Sie das Buch nach dem Kauf lesen
Schriftart:Kleiner AaGrößer Aa

– Господин Шальгин, если не ошибаюсь.

– Именно…

– Вы всё время здесь были?

– Ага…

– Могли бы вмешаться, что ли.

– Вы и сами прекрасно справились, господин Бронн…

– Я поражена вашей отвагой, – заметила Линда и переместилась так, чтобы я оказался между ней и жандармом, – не ожидала такой решительности от учёного…

– Боюсь, дорогая, вы ещё очень многого не знаете о вашем учёном друге…

– Я ей не друг… – буркнул я

– Я вам не дорогая… – вспыхнула у меня за спиной девушка.

– Да – да. Я уверен, что нам троим есть много чего рассказать друг другу. Но лучше это делать где-нибудь, где не так сыро и холодно… Если мне не изменяет память, господин Бронн живёт совсем неподалёку.

– С чего это вы решили, что я собираюсь пригласить вас в гости?

– Боюсь, что у вас нет особого выбора. Узнать подробности вы явно хотите, а появление нас в такое время в моём отеле в обществе неизвестной дамы без пуговиц на пальто… хм… боюсь это может вызвать нездоровое внимание со стороны администрации. В здешних краях довольно пуританские нравы…

– Итак, все друг с другом знакомы? – я оглядел собравшихся, отодвинул пишущую машинку и присел на край стола.

– Ну… – с некоторой опаской протянула Линда.

– Меня зовут Викентий Шальгин и это мой лучший вечер в этом проклятом дождливом городе, – он довольно, по—кошачьи, потянулся, – наконец-то я нашёл зацепку.

– Полагаю, вы наиболее информированы из всех присутствующих, – сухо заметил я – это даёт вам право говорить первым.

– Не возражаю. Думаю, вы уже догадались, что ваши постоянные встречи с мадемуазель Бендикт не слишком случайны?

– Возможно, – я посмотрел на девушку, та заметно раскраснелась и потупилась.

– Линда прибыла сюда, рассчитывая выяснить подробности о Геллинге, но не застала его. Узнав о том, что тот интересовался Эрикой…

– Интересовался Эрикой? – я непонимающе посмотрел на Викентия, – Геллинг? Но зачем?

– Это я пока выясняю. Возможно, это как-то связано с вашим графом. Так или иначе, но её она тоже не застала. Поэтому вышла на вас. Но тут вы так стремительно умчались в Рагузу, что ей пришлось ехать за вами. Видимо ничего в итоге не выяснив, она занялась штудированием книг, а также связалась с неким человеком, который был замешан в отъезде Эрики…

– А вот с этого места поподробнее, – я одёрнул жилет и нагнулся ближе.

– Мне нужна эта находка, – тихо сказала Линда, поднимая взгляд странно блестевших глаз, – я не могу просто так отказаться… это дело всей моей жизни… я должна что-то показать университету…

– Ради всего святого, – поморщился Викентий, – вот только этого не надо, слёз нам ещё и не хватало…

– Но я говорю правду…

– Это хорошо, хорошо. Осталось ещё сказать с кем и где вы собирались встречаться сегодня вечером. Уверен, господина доцента это тоже крайне интересует.

– Угу, – промычал я.

– Его зовут… его зовут Фитц. Конрад Фитц…

Шальгин вопросительно посмотрел на меня. Я раздражённо пожал плечами.

– Понятия не имею, кто такой. Я что, должен знать весь город?

– Он говорил… он говорил, что расскажет, куда поехала Эрика, – Линда прикусила губу и переводила испуганный взгляд с одного из нас на другого.

– Где? – спросил Викентий

– Когда? – спросил я.

Коридор был узким. Тусклая лампочка едва освещала облупившиеся стены, пахло кислым супом и перегаром. Снизу доносились приглушённые звуки музыки. Там располагался модный, но не слишком дорогой дансинг.

Викентий постучал в дверь и предусмотрительно сдвинулся в сторону. В отношении своей профессии он не соврал, профессионализм был заметен.

– Кто? – прозвучало с той стороны.

– Это я… Линда… Вы назначили мне встречу.

– Э? – в голосе с той стороны довольно отчётливо послышалось удивление, – как ты…

– Я могу войти?

– М-м-м… – из-за двери раздался отчётливый скрип мебели.

Викентий пинком распахнул дверь, и мы ввалились туда почти одновременно.

Долговязый небритый тип отскочил к стене, привычным жестом поднимая руки.

– Не стреляйте!

– Мы и не собирались, – ухмыльнулся Викентий.

На небритом лице появилось довольно кривое подобие улыбки, тёмные глаза остались настороженными.

– Конрад Фитц, – сказал жандарм.

– Нет, я не…

– Ты не понял, я не спрашиваю, я констатирую, – Шальгин брезгливо осмотрел стул, отряхнул и сел.

Я прошёл чуть дальше в небольшую комнатушку. Последней зашла Линда. Фитц бросил на неё мрачный взгляд.

– Не будем терять времени, – Викентий положил руки на стол перед собой, и размял обтянутые кожаными перчатками кулаки, – ты сообщаешь нам детали касающиеся Эрики Витт, мы уходим, ты остаёшься. Все счастливы и довольны. И что важно – никто при этом не пострадает.

– Но вы не можете…

Шальгин отрицательно покачал головой. Фитц затравленно посмотрел на меня.

– Можем… – кивнул я.

Фитц обмяк и опустился на табурет рядом с обшарпанным комодом. В наступившей тишине отчётливо заскрипела кожа новых перчаток, когда жандарм снова размял пальцы. Потом снизу донеслась очередная волна приглушённого джаза.

– Мы внимательно слушаем.

Шальгин в этот момент напоминал застывшего в ожидании добычи ястреба. Холодный взгляд, круглый монокль, напряжённое лицо.

– Мне приказали помочь ей уехать по липовым документам. Я сделал бумаги и передал ей. Я больше ничего не знаю.

– Имя…

– Чьё?

– Имя!

– Шейла Т. Л. Дэйбрек-Вильямс. Британский паспорт.

– Только паспорт?

– М-м-м…

Скрип перчаток.

– Ещё лётная лицензия на то же имя. Пилотирование любых аэропланов и водительские права…

– Всё?

– Да. Клянусь. Я только сделал ей документы. Это моя работа…

– Кто тебе заплатил?

– М-м-м…

– Кто. Тебе. Заплатил.

– Если я начну сдавать клиентов, со мной перестанут иметь дело…

Скрип перчаток.

– Хорошо, хорошо… сейчас… я скажу, скажу… только я не знаю, как его звать.

– Ты же обещал сказать.

– Но я действительно не знаю!

– Сказать – подразумевает сообщить что-то осмысленное и полезное. Ты полагаешь, ты сообщил нам что-то осмысленное и полезное?

– Он китаец. Вы легко его найдёте. Такой здоровый китаец. На борца похож. И всё время в котелке ходит. Ни разу не видел, чтобы он его снимал… И говорит очень мало.

– «Господин Тунг очень полезный и исполнительный человек, разве что несколько молчаливый…» – всплыли в моей памяти слова трансильванского графа.

– Я больше ничего не знаю, – покачал головой Фитц.

Мне стало его жалко.

– Думаю, что мы пока не закончили… – Шальгин нахмурился, – молчаливых китайцев довольно много. И ты ведь не работаешь без рекомендаций? Мало ли кто придёт к тебе за документами. Вдруг он из полиции? Кто тебе рекомендовал этого китайца?

Фитц поджал губы и с ожиданием посмотрел на дверь.

– Даже не думай…

Конрад вздохнул, понуро опустил плечи, потом моментально, словно подброшенный пружиной, вскочил, пинком опрокинул стол на жандарма, выхватил непонятно откуда пистолет, подскочил к стоявшей у дверей Линде и спрятался за ней, приставив пистолет к голове девушки.

– Я убью её! – истерично выкрикнул он, – только попробуйте сделать хоть один шаг…

Я застыл. Такого оборота я не ожидал, да и оружия у меня с собой не было. Викентий слетел со стула и теперь кряхтел, придавленный опрокинутым столом.

– Давай не будем спешить, – пробормотал я, лихорадочно пытаясь найти в комнатушке что-либо, пригодное в качестве оружия.

Линда, до которой только сейчас дошло, что происходит, резко побледнела.

– Нет… – всхлипнула она.

– Молчи, дура, застрелю… не вздумайте подходить – он лихорадочно переводил взгляд с одного из нас на другого, – бросьте оружие.

– У меня нет оружия, – честно признался я.

– Врёшь! Бросай или я выстрелю!!

– Не выстрелишь, – пробормотал Шальгин, пытаясь выбраться из-под стола, – у тебя одна заложница, а нас двое. Ты переживёшь её на пару секунд.

Глаза Линды расширились.

– Я прострелю ей ногу… – ухмыльнулся Фитц, – бросайте оружие.

– Бросай… – сказал я жандарму.

– Это глупость…

– Лучше бросить, я не хочу лишних жертв.

– Он пристрелит и её и нас…

– Бросайте! – заорал Фитц, пятясь к двери.

– Послушай… – начал я.

– Молчать! Или ты немедленно бросишь пистолет, или я прострелю ей ногу! Считаю до трёх! Раз…

Мы с Викентием переглянулись.

– У меня нет пистолета, – пробормотал я.

– Два…

Длинное багровое пятно вытянулось по стене от того, что только что было затылком Фитца. Он выронил пистолет и, развернувшись вокруг своей оси винтом, рухнул на пол. И только потом я расслышал звук выстрела.

– Чтоб… – только и произнёс так до конца и не вылезший из-под опрокинутого стола Викентий.

Оставшаяся одиноко стоять Линда медленно подняла руку к окровавленному виску, смазала кончиками пальцев кровь и, не поворачивая головы, поднесла руку к лицу. Потом её глаза закатились, и она сложилась, рухнув поверх тела Фитца.

Теперь выругался уже я.

В проёме возникла грузная высоченная фигура. В руке у неизвестного был внушительных габаритов револьвер.

– Я просил стрелять только в самом крайнем случае… – пробормотал Викентий, отбрасывая придавивший его стол в сторону.

Я нагнулся к девушке и ощупал висок и затылок.

– Она ранена?

– Нет, это кровь Фитца…

Линда тихо застонала и попыталась открыть глаза.

– Ты мог промахнуться и задеть её, – проворчал Шальгин в адрес незнакомца, попутно выворачивая карманы трупа.

– Я похож на человека, который может промахнуться? – пробасил тот.

– Каждый может промахнуться… даже я, – Шальгин недовольно поднялся, – у этого негодяя, похоже, ничего с собой нет. Никаких документов. Мы опять потеряли нить…

 

– Мне нужна вода и платок, – сказал я, – она не может идти в таком виде…

– Куда идти? – не слишком отчётливо пробормотала Линда.

– Куда угодно, только подальше отсюда. Не думаю, что мы сможем вразумительно объяснить полиции, что здесь случилось.

Глава четвёртая

Линда выбралась из ванной и теперь старательно вытирала голову вафельным полотенцем.

– «Ей повезло, что у неё короткая стрижка», – подумал я, – «у этого громилы просто гаубица какая-то, бедняга Фитц…»

Я перевёл взгляд на сидевшего в углу нашей гостиной незнакомца. Кожаные подтяжки охватывали массивные плечи, а на мускулистых загорелых предплечьях, видневшихся из-под закатанных рукавов, белели старые шрамы. Перебитый нос и рассечённый когда-то давно лоб шарма ему тоже не добавляли. От нечего делать незнакомец старательно протирал фланелькой тяжёлый револьвер.

– Сорок второй калибр? – спросил я.

– Он самый. Финк и Мейсон. Добротный и надёжный ствол. Не люблю новомодные пукалки…

– Кстати, я всё как-то забываю вас представить, – заметил Викентий, – Удо Крандт – прошу любить и жаловать.

Громила перекинул револьвер в левую руку и приложил указательный палец правой ко лбу.

Линда осмотрела полотенце, и отложила его в сторону.

– Итак?

Мы переглянулись.

– Откроем карты, – сказал я, – как минимум трое из присутствующих желают разыскать Эрику, а вот насчёт минхеера Крандта я не уверен…

– Я просто зарабатываю деньги, – сообщил тот.

– Удо – вольный стрелок, – усмехнулся Викентий, – во всех смыслах.

– Вы – убийца? – воскликнула Линда.

– Мне всё равно как называться, я просто делаю свою работу и получаю за это деньги…

– Это… это… вы страшный человек, господин Крандт. Неужели у вас нет желания заниматься чем-то другим? – похоже, девушка была поражена всерьёз.

– Мои предки всегда жили охотой – на оленей, бобров, енотов… Только зверей с годами становилось всё меньше, а людей всё больше. Я сменил добычу. Охотиться на людей нынче прибыльнее.

– И вы никогда не задумывались о какой-нибудь профессии?

– Нет, – покачал тот головой, – мой отец говорил, что мальчик обязан в жизни научиться минимум четырём вещам – ходить, говорить, бить и стрелять, – остальное необязательно… Я решил, что этой науки мне вполне хватит.

– Это ужасно, – покачала головой Линда.

– Предлагаю вернуться к делу, – вздохнул Викентий, – наш уважаемый хозяин подал весьма здравую мысль. Поскольку у нас одна и та же цель, разумно будет объединить усилия по её достижению.

Линда с большим подозрением глянула на Крандта.

– К сожалению, – продолжил жандарм, – мы не смогли выяснить все подробности у нашего покойного знакомого Фитца…

Он тоже бросил взгляд на Крандта. Тот остался невозмутим.

– … и в силу этого не можем быть уверены в причастности к делу графа Фледерштейна…

– Можем – подал голос я.

– Да?

– Я догадываюсь, кто оплачивал документы Эрики. Судя по описанию Фитца, это был один из людей графа…

– Отлично, – Викентий встал и хищно прошёлся по комнате, – это меняет дело и избавляет нас от дополнительного расследования. Как я понимаю, мадемуазель Бендикт смогла что-то разыскать в библиотеке?

– Ничего определённого. В книге, которой интересовался профессор Геллинг, не было чего-либо необычного…

– Архипелаг? – спросил я.

– Возможно. Но как он связан с профессором и графом?

– Есть другой путь, – я перевёл взгляд на Викентия, – мы можем выяснить, куда и когда выехала из страны Эрика. Раз мы знаем, на какое имя были выданы документы, полиции не составит труда выяснить детали…

На лице жандарма возникло лёгкое смущение.

– Я не настолько на дружеской ноге с местной полицией… – признался он.

– То есть ваше расследование носит частный характер?

– Да… В какой-то степени. В конце концов это не важно. У меня… нас… управления охранения имеются основания для этого розыска.

– Все бы чувствовали себя куда увереннее, если бы вы не слишком эти основания скрывали, – нахмурился я.

– Нет. Я не уполномочен об этом говорить. Могу лишь заверить, что вашу подругу это никак не коснётся. Мне нужна от неё только информация. Большего я сказать не могу.

Я задумался. Мне это не нравилось. Но в одиночку шансы найти Эрику выглядели призрачными. Особенно если в деле, так или иначе, замешаны спецслужбы.

– Хорошо, – примирительно сказал я, – но не рассчитывайте тогда на абсолютную искренность с моей стороны. Секреты могут быть или у всех или ни у кого.

– Пусть так, – после некоторого размышления сказал жандарм, – не будем делать вид, что никто ничего не скрывает… Надеюсь, это не слишком помешает нашему сотрудничеству?

– Как знать. Но если нет другого выхода…

– Нет, – заверил меня Викентий.

– Хорошо. Если мы не можем получить данные от таможни, значит придётся искать другие зацепки.

– Я навёл справки о бизнесе графа – примирительно сказал жандарм, – он владеет компанией «Нуара Таскет» с центральным офисом в Моулмейне.

– Это в Бирме, – решила внести свою лепту в разговор Линда.

– Он что, торгует чаем, тиковым деревом или фруктами? – спросил я.

– Нет, компания имеет лицензии на ведение геологоразведки, картографирование, строительные работы…

– Странно. А почему тогда в Моулмейне?

– Нейтральная территория, – сказал Викентий, – Бирма независимое государство. Формально. Фактически в Нижней Бирме хозяйничают крупные корпорации не слишком желающие афишировать свою деятельность. Они платят налоги в казну бирманского короля, и тот не слишком рвётся вмешиваться в их работу. Очень многие это ценят. Высоко ценят.

– И что нам это даёт? – спросила Линда.

– Ну как минимум мы можем попробовать узнать, что за проект задумал граф, да и просто нанести ему дружеский визит в крайнем случае…

– Вы достаточно боевито настроены, господин доцент, – рассмеялся Викентий.

– В отличие от Вас, мне от Эрики нужна не только информация, – огрызнулся я.

– Хорошо, хорошо, ничего личного, – он примирительно поднял руки, – но у меня нет никаких связей в тех краях. Как мы сможем что-то узнать?

Я задумался.

– Есть у меня один… знакомый. В Адене. Возможно, он сможет нам помочь.

– Вы полны сюрпризов, доцент, – усмехнулся жандарм, – даже для меня…

Я выдвинул ящик комода и достал лакированную деревянную кобуру. В ней лежал автоматический пистолет фирмы братьев Маузер.

– Что это?! – широко открыла глаза Линда, – откуда он у вас?

– Я же говорил, что вы ещё очень многое не знаете о нашем почтенном учёном… – усмехнулся Викентий.

– Подарок из Африки, – сказал я, – память о визите в Капштадт. Давно не пользовался, но после сегодняшнего дня предпочту иметь его под рукой. Не выношу, когда мне тычут в лицо пистолетом, а я безоружен…

– Плохая компоновка, – сказал Крандт, – магазин перед спуском, длинный затвор, длинный ствол. Бьёт сносно, но слишком уж здоровый для такого калибра…

– Меня устраивает, – я положил кобуру на стол, – итак, к чему мы пришли?

– К объединению усилий, – Викентий сел на стул, – с этого момента будем действовать как одна команда. И раз уж пошла такая пьянка, можете звать меня просто Вик…

– Ну… – замялась Линда, – я бы, конечно, предпочла чтобы вокруг меня было побольше науки и поменьше стрельбы, но в общем… в общем я согласна.

– Отлично, – сказал я, – а что насчёт нашего гостя?

Крандт убрал револьвер в подвешенную на боку кобуру.

– Зависит от размера оплаты…

Я перевёл взгляд на Вика.

– Аванс я внёс. В дальнейшем, возможно, придётся скинуться. Но у меня предчувствие, что такой человек как Удо нам ещё не раз понадобится, – сказал тот.

– В данном случае мне кажется, что вашему предчувствию стоит поверить, – сказал я, – но меня немного смущает одна деталь.

– Какая?

– Что будет, если кто-то предложит господину Крандту больше?

– Могу вам обещать, что если это случится, то у вас будет возможность перебить ставку, – усмехнулся тот, – я работаю с частными заказчиками, и мне нужно заботиться о своей репутации.

Если посмотреть на карту Индийского океана и прилежащих территорий, то в глаза не может не броситься их преобладающая двуцветность. Сами цвета могут быть различными, но всё же по установившейся традиции в большинстве атласов это будут красный и серо-синий. Красный – владения британские, серо-синий – тевтонские. Второе, что бросится в глаза – чересполосица. Красный и серо-синий будто специально чередуются. Сероватая Южная Африка сменяется алой Восточной и такой же Южной Аравией. Огромным красным пятном сверкает Британская Индия, а сразу за ней синеватой сталью отсвечивает почти столь же огромный тевтонский Индокитай и ожерелье Ост-Индских архипелагов, тянущееся от Цейлона до Соломоновых островов. Завершает картину алый контур британской Австралии.

Эта цветовая конфигурация придаёт Индийскому океану устойчивую репутацию места, набитого линкорами и крейсерами обоих держав как банка сардинами. А линкорам и крейсерам нужны порты. Впрочем, торговым кораблям они нужны не меньше. Самые значительные из портов лежат на трассах, соединяющих основные владения держав друг с другом. У тевтонцев это Батавия, Тринкомали, Занзибар и Капштадт. У бриттов – Сидней, Бомбей и Аден… И вот именно в Аден – столицу западной части колониальной империи и северные ворота в Индийский океан, мы и направились.

Но наш интерес был далёк от линкоров и крейсеров. Человека, на чью помощь я надеялся, звали Арнольд Морли, и он был всего лишь владельцем одного из многочисленных ночных клубов колониальной столицы. Ещё он был известным поклонником джаза и заслуженным победителем конкурсов на лучшую ресторанную кухню в этих краях. Что само по себе уже было достаточно весомым поводом нанести ему визит. Однако сейчас меня интересовал немного другой товар. По существу основной, которым последние годы торговал Арнольд Морли. Информация.

Мистер Морли встречал нас в собственном заведении. Ну точнее не то чтобы прямо встречал. Когда мы вошли, он беседовал с несколькими чернокожими музыкантами. Заметив нас, он всплеснул руками.

– Опять дела… Увы, увы. Эдвард, Луи, я вынужден перед вами извиниться, но это не терпит отлагательств, Сэм проводит Вас за кулисы. Ещё раз прошу меня извинить…

– Кто это был? Лица мне показались знакомыми… – пробормотала Линда.

– Джазовые музыканты, – я взял её под локоть и отвёл к столику, – как не жаль, но сюда мы пришли отнюдь не слушать музыку.

– Действительно жаль… – вздохнул Вик, – похоже, наш хозяин в ней сносно разбирается, и мы многое потеряли. Я бы с удовольствием послушал обоих.

– Ну вот, пришлось оторваться от беседы, – подошёл к нам улыбающийся Морли.

Он был в абсолютно белоснежном смокинге, отлично шедшем к его смуглой коже и тёмным волосам. Мать Арнольда была японкой, и он унаследовал от неё изящное лицо и характерный шарм.

Я пожал ему руку и представил остальных.

– Линда Бендикт – начинающий антрополог, Викентий Шальгин – путешественник…

– Путешественник?

– Именно, – Вик обаятельно улыбнулся.

– Не знал, что это стало профессией, – покачал головой Арнольд.

– Мы вам не очень помещали? – пробормотала Линда.

На её лице отчётливо проступило характерное ошарашенно-потустороннее выражение. Вид и манеры Арнольда почему-то всегда оказывали на молодых и неподготовленных девушек подобное воздействие.

– Ну что Вы, – он галантно пододвинул ей стул, – разве могут какие-то дела затмить столь прелестную гостью…

Вик чуть заметно усмехнулся.

– Итак, – вмешался я, – давайте к делу…

Арнольда я в какой-то степени мог назвать даже другом. В какой-то – бывшим деловым партнёром. Мы с ним впервые столкнулись во время моей поездки в Африку, тогда мы с Эрикой впервые встретились. Собственно именно он рекомендовал мне её в качестве пилота. Чем навсегда заслужил мою благодарность. Со своей стороны я помог ему своими связями в Европе. Позже мы время от времени обменивались письмами и мелкими услугами.

Сейчас мне от него требовалась услуга куда более значительная, но я надеялся, что наше общее прошлое и его знакомство с Эрикой убедят его мне её оказать. Впрочем, было понятно, что окажет он её не совсем даром. В первую очередь Арнольд был дельцом.

– Я смог кое-что разузнать, – Морли провел кончиками пальцев по своим аккуратно постриженным тоненьким усикам, – но надеюсь на вашу ответную щедрость…

Вик подозрительно скосил на меня взгляд. Линда, похоже, вообще не слишком хорошо представляла, что происходит… Арнольду не стоит так беззастенчиво пользоваться своим очарованием. Она же всю жизнь провела в университетских стенах и совершенно беззащитна.

– Что ты хочешь за информацию? – спросил я.

 

– За информацию? Исключительно то, что стоит за неё брать. Другую информацию, – он откинулся на спинку кресла, – вы расскажете мне, что вам известно о Фледерштейне и Геллинге, а я расскажу вам, что смог узнать. Полагаю, это будет честной сделкой, приятной и полезной обеим сторонам?

Вик легонько наступил под столом мне на ногу.

– Думаю, нам нужно чуть-чуть подумать, – буркнул я.

– О. Конечно. Вы не возражаете, если я похищу вашу прелестную спутницу? – он нагнулся к Линде, – вы танцуете?

– Кто? Я!? Ну я, вообще-то…

– Значит, танцуете. Это совсем просто, я вам сейчас покажу…

Вик проводил их взглядом.

– Он не слишком многого хочет?

– У тебя есть другие варианты? – спросил я.

– Нет… Но всё равно.

– Думаю нам лучше оказать ему эту услугу. Помощь Арнольда может нам ещё понадобиться. У него огромные связи на Востоке.

Вик оглядел клуб.

– Не обращай внимания на мишуру. Арнольд очень влиятельный человек. И что главное – очень сведущий.

– Ну хорошо. Ты предлагаешь рассказать ему всё? – судя по тону Вика эта идея ему решительно не нравилась.

– Мы располагаем какой-то крайне ценной информацией? – хмыкнул я, – картами сокровищ, формулами получения нефти из каменного угля или бензина из сливочного масла? Не будь параноиком, Вик. Нам нужно то, что он узнал.

– Даже такой ценой?

– Мне – даже такой. Ты можешь ничего не рассказывать…

– Мы теперь одна команда, Танкред. Не забывай. Ладно, я понимаю, что для тебя стоит на кону. Извини, профессиональная привычка не выдавать ничего лишнего.

– Я понимаю…

Танец закончился. Арнольд и Линда вернулись к столику. Девушка раскраснелась и запыхалась, Морли же выглядел традиционно свежим и выглаженным. Даже роза в лацкане не покосилась.

– Итак? Вы подумали?

– Я уже немного ввела мистера Морли в курс дела, – блаженно улыбаясь, произнесла Линда.

Мы с Виком одновременно вздохнули. Похоже, наши переговоры с самого начала были бессмысленны…

– Мы знаем не так уж много… – начал я рассказ.

Закончив его, я ожидающе посмотрел на Арнольда.

– Твоя очередь…

Тот кивнул и сложил перед собой изящные пальцы.

– Вас интересует официальная информация, неофициальная информация или слухи?

– Всё по очереди, – сказал Вик.

– Официально компанией «Нуара Таскет» единолично владеет сам Фледерштейн. Он же является её директором и заключает самые крупные сделки. Рядовыми сделками и технической рутиной занимается исполнительный директор Джакопо Лизарди. Офис компании находится в Моулмейне. Других контор или отделений у компании нет, если не считать арендованных складов и помещений на Цейлоне, Ост-Индских островах и в Сомали. Как правило это небольшие временные площадки без постоянного штата. Не думаю, что они вас заинтересуют. Основная сфера деятельности «Нуара Таскет» – подряды на ведение картографических, геодезических и геологоразведочных работ. Также сдача в аренду специального оборудования для подобных работ и оказание консультаций.

– У них есть собственный штат геологов?

– Небольшой, как правило, они предпочитают привлекать к работам внешних специалистов…

– Чем компания занята сейчас?

– Данная информация не раскрывается как конфиденциальная, – Арнольд усмехнулся, – поговаривают о разведке нефтяных месторождений, но нельзя исключать, что это лишь ширма или дезинформация. Моулмейнские компании так скрытны…

– А что неофициально?

– Неофициально… Ну к примеру у компании очень своеобразная история.

– А именно?

– «Нуара Таскет» была основана пятнадцать лет назад Гербертом Роллингсом.

– Роллингс… Роллингс… что-то знакомое, – пробормотал я.

– «Тексако Ти Роллингс», – улыбнулся Арнольд.

– Они? Но это же одна из крупнейших нефтяных и химических компаний. Какое отношение к ним имеет Фледерштейн?

– Никакого. Герберт был наследником бизнеса и, если вы ещё помните довоенные времена, весьма экстравагантной личностью. Жертвовал огромные суммы на разного рода сомнительные прожекты и идеи – организацию спиритических сеансов, материализацию чувственных идей, поиск затонувших континентов. Организовал две помпезные экспедиции в Гренландию и на Свальбард, которые так и не нашли там следов гиперборейцев. Лично искал памятники атлантов в джунглях Южной Америки…

– Действительно, большой оригинал.

– В конечном итоге убоявшиеся за свой бизнес родственники попытались сместить его с поста председателя совета директоров «Т. Т. Роллингс» под предлогом того, что у него не все дома. Случился большой скандал и несколько судебных разбирательств. Доказать, что он псих родственникам так и не удалось, но от руководства компанией его в итоге отстранили. Под предлогом «нервного переутомления», и за хорошие отступные.

– И на них он учредил «Нуара Таскет»?

– Именно. И продолжил свои поиски древних затонувших материков и исчезнувших рас уже в Индийском океане.

– А причём здесь Фледерштейн?

– После войны Роллингс сделал его совладельцем.

– За какие заслуги? – поразился я, – тогда Ласло было немного за двадцать, он отставной гусар и не думаю, что много понимал в добыче нефти и поисках атлантов.

– Граф Фледерштейн-старший был другом Роллингса и активным сторонником его идей. Видимо это и обусловило столь удачную карьеру его сыну.

– А что дальше?

– Дальше Роллингс едва не довёл компанию до полного банкротства, и в итоге сгинул в одной из своих рискованных экспедиций. «Нуара Таскет» на тот момент имела куда больше долгов, чем активов, поэтому родственники Роллингса не особо претендовали на его долю акций, и не возражали против того, чтобы Фледерштейн стал единственным владельцем. Отмечу, что при нём дела компании сразу пошли в гору. Граф интересовался не древними цивилизациями, а полезными ископаемыми, что положительно сказывалось на бизнесе.

– Весьма поучительная история, – сказал Вик, – но хотелось бы знать, чем компания занята сейчас.

– Неофициально известно, что компания получила подряд от очень серьёзного заказчика. Настолько серьёзного, что большинство моих информаторов предпочли с этим не связываться…

– Но вы что-то всё таки узнали? – не удержался Вик.

– Увы, – покачал головой Арнольд, – мои возможности не беспредельны, а подробности заказа крайне засекречены. Фледерштейн даже сократил штат, уволив добрую половину сотрудников, кроме самых проверенных. Всё что мне удалось выяснить – речь идёт о большом подряде на геологоразведочные работы. Судя по всему, заказчик очень боится, что конкуренты могут его опередить…

– Это информация не так уж много стоит, – нахмурился Вик.

– Поэтому я взял на себя труд составить список последних закупок «Нуара Таскет», которые мне удалось отследить…

Он протянул небольшую тетрадь.

– Здесь указаны все денежные операции компании за последние полгода. Думаю, это вам поможет.

– А сами вы какие-то выводы из этих операций ведь наверняка сделали? – Вик нервно постукивал кончиками пальцев по скатерти.

Арнольд покачал головой.

– Самое главное в торговле информацией, – сказал он, – не путать эту информацию с собственными домыслами. Меня просят достать сведения. А вот делать выводы каждый должен сам. В мою работу это не входит. Мало того, чем меньше я вникаю в информацию своих клиентов, тем крепче сплю. Вы даже не представляете, в каком огромном количестве некрологов в качестве причины смерти можно было бы написать – «он слишком много знал». А я всё ж таки рассчитываю дожить до старости…

– Хорошо, – сказал я, – а что насчёт слухов?

– Слухи утверждают, что клиент «Нуара Таскет» не частная организация. Это могут быть военные, может разведка, может быть флот… Но это лишь слухи. Никаких гарантий.

– Чей флот? – спросил я, – чья разведка?

Арнольд молча развёл руками.

– Ну, хотя бы подозрения?

– Увы… Единственное, что я знаю, незадолго до заключения контракта Фледерштейн был в Пекине.

– В Пекине? – встрепенулся Вик, – маньчжуры? Не смешите мои штиблеты. Армия богдыхана годится только тунгусов по тайге гонять. Значит японцы?

– Я только предоставляю информацию, – повторил Арнольд, – выводы уж делайте сами…

– Это могли быть и твои соотечественники, – заметил я, глядя на Вика.

– Нет. Это исключено. Я бы знал… Наверяка… Почти наверняка. Это должны быть японцы. Или, в крайнем случае – англичане.

– Если это вообще правда, – хмуро сказал я и повернулся к Арнольду.

– Это всё?

– Тот кивнул.

– Нам нужно идти, – сказал я, – Вик, проводи Линду, я вас сейчас догоню…

Он подозрительно покосился, но возражать не стал.

– Тебе не стоило так с девушкой, – сказал я Арнольду.

– Не могу удержаться, она такая… свежая, наивная, ты даже не представляешь, как сложно подобное встретить в наше время… я даже подумываю, что мне стоит…

– Арнольд, не порти ей жизнь…

– Ладно, ладно. Роль заботливой тетушки тебе определённо не идёт.

– Ты смог выяснить, зачем Вик разыскивает Эрику?

– Пока нет. Но это не официальное поручение. Формально он в отпуске и действует не от имени русских спецслужб.

Sie haben die kostenlose Leseprobe beendet. Möchten Sie mehr lesen?