Ловелас в законе

Text
0
Kritiken
Leseprobe
Als gelesen kennzeichnen
Wie Sie das Buch nach dem Kauf lesen
Schriftart:Kleiner AaGrößer Aa

Стас вовремя понял, что его история будет воспринята как пук в лужу, и спросил:

– А чего ты такой напряженный? Страшно?

– Нет, – ответил Никита и пожал плечами.

– С Дашкой у тебя что?

Открылась дверь, из гостиной вышла Даша. На ней джинсы, блузка, и прическу она поправила.

– Пусть уходит, – сказала девушка, кивнула на Никиту и рукой показала на дверь.

Не останавливаясь, она оттолкнула плечом Стаса. Никита посторонился, пропуская ее на кухню.

– Да пусть, – сказал чернявый парень.

Злость его прошла, и глаза стали совсем пустыми. Если он обдолбанный, то резкая смена настроения вполне объяснима.

– И больше не приходи, – сказала Даша.

Никита кивнул и пристально посмотрел на Стаса. Ему что-то не хотелось бодаться с ним. Да и тот уже остыл, поэтому посторонился.

Даша молча смотрела, как он уходит.

Никита уже открыл дверь, когда она бросила ему вслед:

– Эй!

Он остановился, вопросительно посмотрел на нее.

Но Даша лишь качнула головой и сказала:

– Нет, ничего.

Стас показал ему «фак». В ответ Никита лишь презрительно фыркнул. Парня реально развезло, взгляд невменяемый, совершенно разбалансированный. Он показывал Никите палец, но сам его, похоже, даже не видел. С таким фруктом драться – это себя не уважать.

Глава 3

Красивый тейкдаун по своей зрелищности не уступает нокауту, но далеко не всегда приводит к победе. Никите не повезло. Он повелся на обманку и поплатился за это, был пойман за обе ноги и с треском рухнул на спину. Противник обрушил на него град ударов. Он пропустил в нос, в челюсть. В голове у него все смешалось.

Ему позволила победить только злость на самого себя. Прежде всего за то, что недостаточно работал над борцовскими приемами. Но ведь он старался, пролил немало пота и, как оказалось, не зря. Сначала Яшин отбился, а потом взял противника на болевой, на последних силах его дожимал, думал, что не выдюжит. Но тот сдался, адреналин хлынул в кровь, и за спиной как будто выросли крылья. Никите вдруг жутко захотелось прямо здесь и сейчас побороть пышногрудую октагон-герлз, которая улыбалась ему во все свои тридцать два зуба. Он победил в рейтинговом бою и мог рассчитывать на неплохие преференции.

Адреналин схлынул уже в раздевалке. Навалилась усталость, разболелся отбитый нос, но Никите нравилось такое состояние. Если, конечно, у него была возможность отдохнуть. Его уже никто не держит, можно ехать домой, а там покой и здоровое питание – вода, глюкоза, протеиновый коктейль. Шутка ли, всего за неделю он скинул ровно девять килограммов, так что теперь придется отпиваться и отъедаться.

К дому Никита подъехал уже по темноте. Свободных мест в его дворе не было, пришлось припарковаться возле соседнего дома.

Никита уже подходил к подъезду, когда за спиной у него остановилась машина, открылась дверца и послышался голос, вроде бы знакомый:

– Эй, братан!

Никита остановился, обернулся. Да, он знал этого человека. К нему стремительно подходил Стас, брат той самой шатенки. А тачка у него знатная, «БМВ» черного цвета. Мужская мечта в классическом исполнении.

– Здорово, приятель! – Стас поднял руку.

Никита не понял, то ли тот действительно «краба» ему хотел впарить, то ли ударить, и предостерегающе глянул на него.

– Э-э, да ты не бойся! – опуская руку, сказал Стас и мотнул головой.

– Я не боюсь.

– Ну да, ты не боишься. – Чернявый парень нервно усмехнулся.

– Я и в лоб могу зарядить, если будешь мельтешить перед глазами.

– Ну да, ты можешь, знаю.

– Тебе чего нужно?

– Да поговорить хочу.

– Если Даша залетела, это не ко мне.

Месяц уже прошел с тех пор, как он придумал Дусика. За это время много чего интересного могло проявиться. Но если вдруг, то Никита не при делах. Презервативы у него дорогие, очень тщательно проверенные электроникой и жизнью. Половой.

– Да я не за Дашу, – отмахнулся Стас.

– Может, ты сам залетел?

– Чего?

– Да вид у тебя такой, как будто ты разродиться никак не можешь.

Взгляд у Стаса вполне вменяемый, осмысленный, зрачки не суженные, но движения нервные, как будто еж у него в заднице шевелился. И сам он какой-то сумбурный.

– Не по-людски как-то тут торчать. Может, зайдем куда, по пивку примем, поговорим? Что у вас поблизости есть?

– Пивной ресторан.

– Угощаешь?

– Не понял.

– Так ты же сегодня абрека завалил.

– Какого абрека?

– Да ладно тебе, как будто не понимаешь. Видел я, как ты махался. За тобой поехал.

– И что?

– Красавчик ты! Реально! – Стас растормозился, раскрепощенно похлопал Никиту по плечу. – Дашка будет гордиться.

– Чем?

– Кем! Поговорим? – Стас показал на свою машину.

Никита согласно кивнул. Неплохо было бы посидеть в козырной тачке, тем более что далеко ходить не надо.

А в машине сидел уже знакомый здоровяк с прикольной кличкой. Он развязно улыбнулся Никите, показал ему два пальца в знак приветствия.

– Трэш, за пивком сгуляй, – сказал Стас.

– Так есть немного. – Трэш поднял банку с пивом.

– Трэш!.. – Стас скривился.

– Ну, хорошо, – пробурчал Трэш.

На Стаса он глянул с обидой, а на Никиту – с ревностью и ушел, освободил место.

– Давай присаживайся! – Стас хлопнул по спинке кресла.

Никита забрался в машину, закрыл за собой дверь.

– Знаешь, что такое трэш? – спросил Стас.

– Я не знаю, где твой Угар, – ответил Никита.

– Трэш – это все с ног на голову, задом наперед, а мой пацан сидит на заднице ровно, – с пренебрежением сказал Стас, провожая взглядом своего незадачливого дружка.

Машина стояла на дороге, преграждала путь другим. Стас должен был отъехать в сторонку, а ему хоть бы хны.

– Пей пиво, – сказал Никита и усмехнулся, вспомнив обдолбанные глаза Стаса.

В этой компашке не только пиво в почете, но и кое-что покруче.

– Мы пиво не пьем, дышим им.

– О чем ты хотел поговорить?

– Да видел я, как ты махался.

– И что?

– Ты же мог меня тогда урыть.

– Так ты вроде сам успокоился.

– А чего колотиться-то? Дашке уже четвертак скоро, взрослая девочка. Ты у нее не первый. Помню, захожу домой, а она с каким-то типом. Ей тогда девятнадцать было или двадцать. Вспомнилось почему-то, когда я к вам зашел. В смысле к себе. Вы ведь в моей хате были.

– Чисто в твоей?

– Чисто в моей. А знаешь, как я все это заработал?

– Мне какое дело?

Возможно, Стас промышлял наркотой, но Никите в эти дела вникать совсем не обязательно.

– А зачем я на твой бой приходил?

– Это как-то связано?

– Въезжаешь. – Стас одобрительно кивнул.

– Отъезжаю, – сказал Никита, закрыл глаза и качнул головой.

Ему бы сейчас в ванну, в горячую воду. Протеиновый коктейль с орешками тоже не помешает. А потом и под жабры плеснуть можно будет по случаю победы. Но это завтра, а сегодня без излишеств.

– Тяжелый день, трудная победа? – утвердительным тоном спросил Стас. – Я думал, ты не поднимешься, но ошибся. Красавчик, ей-богу!.. Сколько ты за бой получаешь?

В ответ Никита лишь усмехнулся. Тысяча долларов за выход, еще столько же за победу, вот и весь навар. Но это еще за счастье. В любительской лиге он дрался за бесплатно или за мелкий процент с букмекерских ставок. И все в надежде на блестящее будущее. Есть же бойцы ММА, которые зарабатывают миллионы. Он даже видел свою звезду в небе, просто не мог пока до нее дотянуться.

– На тебе зарабатывают больше, – без тени сомнения сказал Стас.

Никита кивнул. Он и сам это прекрасно понимал.

– Что такое трэш ты знаешь, а что такое трэш-вечеринка?

– Задом наперед, шиворот-навыворот. И полный отрыв.

– Вот! Полный отрыв!.. Людям это нравится, они платят за такое удовольствие немалые деньги.

– Тебе?

– Мне.

– Поздравляю.

– Да, но за просто так никто не платит. Людей необходимо заинтересовать, для этого нужно всегда быть в теме.

– Тема должна быть свежей и хорошо прожаренной, – проговорил Никита.

– Нормально сказано! Я, если честно, думал, что ты заяц стоп-сигнал, а у тебя в котелке реально булькает.

– Ты так и не сказал, зачем я тебе нужен.

В салон сквозь затемненные окна пролился свет автомобильных фар. Сзади подъехала машина, остановилась. Но Стас не обратил на это никакого внимания.

– Голыми сиськами сейчас мало кого удивишь, а если клеточку поставить, да тебя туда запустить… – произнес он.

Автомобиль, стоявший сзади, замигал фарами, водитель требовал освободить проезд, но Стас по-прежнему держал его в игноре.

– Голые сиськи туда запусти. Пусть дерутся. В масле, – сказал Никита.

Он как-то видел такое шоу, в котором полуголые девицы выясняли между собой отношения. Для пущего прикола их облили маслом. Дурдом на выезде.

– Думаешь, не пробовал? Было. Но это уже не интересно. Людям реальный драйв нужен, так, чтобы все по-настоящему.

К машине резко подошел какой-то человек, нервно открыл водительскую дверь и прорычал:

– Слышь, гусь педальный, ты что, совсем не ку-ку?!

На Стаса зло смотрел пучеглазый мужик довольно-таки брутального вида. Крепкая голова, короткая стрижка, грубые черты лица, плотное телосложение.

– Кто не ку-ку?! – возмущенно простонал Стас и глянул на Никиту, требуя моральной, а то и физической поддержки. – Сваливай давай!

Мужика можно было понять. Но Стас тоже имел полное право обидеться и ответить грубостью на грубость. Но право это еще нужно было суметь реализовать. Стас не облажался.

Его удар был не самым сильным, но очень точным. Мужик получил кулаком в нос, отступил на шаг, и Стас получил возможность выбраться из машины. Как только это произошло, жизнь мужика превратилась в кошмар. Одной рукой Стас схватил его за шиворот, а другой ударил в голову. Еще, еще!.. К экзекуции тут же подключился и Трэш.

 

Никита не осуждал Стаса, но и мужика не винил. Оба неправы. Но мужик был в меньшинстве. Эти братки могли просто-напросто убить его.

Никита решил, что пора вмешаться, но именно в этот момент все и закончилось. Стас запрыгнул за руль, Трэш забрался на заднее сиденье, и машина сорвалась с места.

Никита удивленно глянул на Стаса. Он не собирался никуда с ним ехать. Тем более что избитый бедолага, скорее всего, нуждался в помощи.

– Я же ему спокойно сказал, что сейчас отъеду, – заявил Стас и иронически хмыкнул.

Ничего такого он не говорил, а отъехать мог мужик.

Никита глянул назад. Бедняга медленно поднимался с земли, к нему спешила какая-то женщина.

– Баклан помойный! – выдал Трэш.

– А ты чего сидел? – Стас осуждающе глянул на Никиту.

– Ты это, коня останови!

Никита не собирался выслушивать упреки. Класть он хотел на этого фанфарона, и Трэш ему не угар.

– Здесь не один, а триста коней.

– Мне домой надо.

– Остановите землю, он сойдет! – обращаясь к Трэшу, сказал Стас.

– Ничего себе, землю остановить! – с тупым восхищением пробурчал тот.

– Сможем? – спросил Стас.

– Да легко!.. А куда он сойдет? – натурально озадачился Трэш. – Там же космос!

– А он в скафандре. Да, Никитос?

– Ты свой танк останови!

– Танк?

– Педальный.

– Ты не с нами?

– Нет.

– А как же мое предложение?

– Я же сказал, сиськи пусть дерутся.

– В масле?

– Да хоть в собственном соку.

– В смысле, в крови? – Стас подул на отбитый кулак.

– Достал ты меня!

– И не жаль тебе девочек?.. Им детей рожать. От нас. А ты их в масло.

– Я пришлю тебе курицу, – огрызнулся Никита. – Ей будешь мозги трахать.

– А курицу не жалко? – Стас добродушно засмеялся, желая снять напряжение, повисшее в машине.

– У меня контракт, я не могу с твоими сиськами мериться, – сказал Никита, чуть успокоившись.

Ему действительно было запрещено драться на стороне. Контракт, три гарантированных боя в год в рамках своего уровня, фиксированный гонорар. Вот и все счастье, которое могло привести его к большому успеху или загнать в тупик.

Никита прекрасно понимал, что запросто может остаться у разбитого корыта. Но кто билеты не покупает, тот в лотерею не выигрывает. Его цель – побеждать, а не публику на трэш-вечеринках веселить. Так что Стас обратился не по адресу.

– А кто может? – спросил тот.

– В любительскую лигу обратись, там желающих вагон и маленькая тележка. За тарелку супа отработают.

– К кому конкретно обратиться? Можешь кого-то порекомендовать?

– А нужно?

– Очень.

– Есть варианты. Дашь мне твой телефон, они сами тебе позвонят. Насчет супа с ними договоришься.

– Заметано.

– Все, можешь везти меня обратно.

– А с Дашкой повидаться не хочешь?

– Не сегодня.

– А она ждет, надеется.

– Я позвоню.

– Блин, офигеть! Мне за Дашку жутко обидно.

– И мне обидно, – подал голос Трэш.

На всякий случай Никита сместился поближе к двери и развернулся вполоборота к водителю. Одним глазом он посматривал на Стаса, другим – на его дружка. Первый мог прямо сейчас превратиться в злобную бой-бабу, а второй – набросить удавку на шею.

– Дашка – моя родная сестра. А ты поматросил и бросил. И что же мне теперь с тобой делать? – в тяжелом раздумье проговорил Стас.

– Не надо со мной ничего делать. Просто домой отвезите, и все дела, – спокойно сказал Никита.

– Не хочешь с нами работать?

– В клетке – нет.

– А организовать ее? Мы рисуем сейшн, а ты выставляешь бойцов. Тотализатор, аукцион…

– Аукцион?..

– Выставим твоих бойцов на продажу.

– Ты это серьезно?

– Серьезно о несерьезном. Должно быть шоу, увлекательное зрелище. Назначим цену за победителя, но платят только девочки. Хочешь, я и тебя продам? На одну ночь. За один рубль. Но очень-очень клевой девочке. Тебе понравится.

Никита повел головой, отказываясь от такого удовольствия.

– Ее зовут Вика. – Стас давал понять, что Дашу он навязывать не будет.

– За один рубль я и сам ее сниму, – с усмешкой проговорил Никита.

Не нужна ему была сейчас никакая Вика, и снимать он ее не собирался. Так, чисто для острастки сказал.

– Забьемся?

– На спор?

– Ну, если ты не фуфло.

– Забьемся, – согласился Никита.

Он знал себя, верил в свои способности. Сейчас не самое время устраивать себе экзамен, но если он сможет завестись, то усталость как рукой снимет. А всплеск адреналина окончательно вернет его к жизни.

Глава 4

Музыка должна литься так же свободно, как дождь, звенеть ручейком по камушкам, а гремучее «техно» вдалбливалось в уши, будто сваи в мерзлую землю. Бум-бум-бум… В зале темно, на танцполе смешение света – красные, синие, желтые лучи в одном бурлящем коктейле. Они были направлены и на сцену, где вокруг шеста крутилась распаренная красотка с фиговым листиком на самом нефиговом месте. Бум-бум-бум…

Никита не понял, как оказался на сцене и превратился в шест. Обнаженная блондинка набросилась на него, завертелась, закрутилась. От нее пахло потом, духами. Кожа влажноватая, чертовски приятная на ощупь. Бум-бум-бум…

– Еще!.. Еще! – кричала девушка.

Бум-бум-бум… В ушах грохотало, вокруг мелькали тени, перед глазами в мерцающей темноте извивалась красотка.

Но Никита не на сцене, а в кровати. Танцовщица под ним. Не она трется о его шест, а он сам вталкивается в нее. В крови закипает адреналин, пар выбивает клапаны, горло вот-вот превратится в паровозный гудок.

– А-а! – заорали они вместе.

Люди на танцполе задергались в бешеном ритме, под потолком клуба загрохотал залпами яркий фейерверк, а потом вдруг все стихло и пропало.

Проснулся Никита в маленькой комнатушке, большую часть которой занимала двуспальная кровать. Обнаженная девушка лежала спиной к нему. Короткие темные волосы, тонкая шея, красивая спина с аппетитными закруглениями снизу. Да, он помнил это тело. Но снимал он и обиходил блондинку, а у этой волосы темные. Ну да, на стриптизерше был парик, а сейчас его нет.

Никита мог бы это и сразу понять, но голова его соображала совсем туго. Слишком уж забористым был вчера коктейль. Не исключено, что Стас заправил его кое-чем, чтобы Никита слетел с катушек. Он-то завелся, не вопрос, но танцовщицу Вику все равно смог снять, хотя к ней даже не подкатывал. Просто стоял, смотрел, как она танцует. Сначала девочка никак на него не реагировала, затем вообразила себя звездой стриптиза, а его – своим поклонником и давай зажигать перед ним. А он все так же завороженно смотрел на нее, попивая коктейль. Может, потому и вообразил себя пилоном для стриптиза.

Да, Никита не подкатывал к Вике. Просто потом, когда она уже заканчивала свое выступление, подошел к ней и попросил, чтобы она дала ему… автограф. И Вика увезла его к себе. Все просто, парню даже не пришлось напрягаться.

А может, и не было ничего. Вдруг все это Никите просто снится? Сейчас он закроет глаза и вскоре проснется в своей кровати.

Глаза закрывать не пришлось, веки слиплись сами по себе.

– Эй!

Вика сидела на нем, руками упираясь в грудь. Светлый парик был уже на ней. Топаз на кулоне идеально соответствовал цвету ее глаз. А часы, висевшие на стене за спиной девушки, показывали половину седьмого. Нет, вовсе не утра. Да оно и неудивительно. Сначала была бессонная ночь, потом – бешеное утро в постели.

«Хорошо, что никто не испортил мне день», – подумал Никита.

– Почему у тебя такой большой нос? – спросила вдруг Вика.

– Разве? – Он ощупал нос и убедился в том, что тот действительно распух после удара, пропущенного в октагоне.

Для Никиты это было вполне обычное дело. Вправил хрящ и пошел дальше.

– А почему такие большие уши?

– Нормальные уши. – Он пожал плечами.

– А почему у тебя такой большой?.. – Девица заерзала на нем.

Только сейчас Никита понял, к чему клонила Вика.

«Что-то туго я сегодня соображаю. Может, Трэш меня вчера заразил своей тупизной?»

– А это чтобы…

Сначала Никита включил мозг, только затем завалил девушку на спину и накрыл ладонью свои джинсы, которые лежали на тумбочке. Заветная коробочка с ракушкой была на месте. Правда, в ней остался один-единственный «патрон», но ему больше и не нужно.

Из больной бабушки он превратился в серого волка и «съел» Красную Шапочку всю целиком. Ей это очень понравилось.

– Мне уже скоро уходить, – сказала потом Вика, заставляя себя подняться с кровати.

– Ты меня бросаешь?

– Ты со Стасом тусишь?

– А он тебе со мной не разрешает?

– Да ему до и по!..

– Ты его с какого бока знаешь? Или только снизу?

– И сверху была. Причем не только с ним. Да, я такая. Ты это хотел услышать.

– Бум-бум-бум. Или бла-бла-бла?

– Трах-тах-тах лучше. Давай как-нибудь пересечемся. Стас вечеринку замутить хочет. Да ты в курсе.

– Ты будешь?

– А то!

– А Даша?

– Даша?

– Его сестра.

– Ты что, на Даху запал?

– А я мог на нее запасть?

– На нее все западают.

– Все?

– Только трахнуть никто не может.

– Ух, ты!

– Ну, может, у кого-то и получается. А чего ты из меня тут выпытываешь? – Вика поднялась с кровати, подозрительно глянула на Никиту.

– Я выпытываю?

– Ты вообще кто такой?

– Давай я тебе резюме пришлю. Но потом, и почтой. – Никита тоже поднялся, смахнул с тумбочки джинсы.

– Резюме, говоришь? Оно у тебя да, еще то. Можешь еще разок прислать. Нарочным. Если ты не мент.

– А почему тебя менты пугают?

– Менты?! Меня?! – всколыхнулась Вика.

– Без таблички танцуешь, наверное.

– Без какой таблички?

– «Опасно. Высокое напряжение».

– «Не влезай – убьет»?

– А убьет?

Вика мило улыбнулась, повернулась к нему, приложила к его груди ладони, посмотрела глубоко в глаза и сказала:

– Будет табличка. И высокое напряжение тоже. Ты только не исчезай, ладно? Все, давай, сматывай… свое резюме.

Никита оделся, шлепнул Вику по заднице и ушел. Не той она категории птичка, чтобы целоваться с ней на прощание. Тем более что с ней не все чисто, если опасается ментов. Может, и со Стасом такая же беда? Если так, то, наверное, не стоит с ним связываться.

Хорошего понемногу. Так говорила мама и все равно загнулась от передоза. Стас помнил, как все было, как ее хоронили за казенный счет. На кладбище были только он, Дашка и тетя Тося, которая потом забрала к себе их, бедных сироток. А через несколько лет она нашла мужика, который хотел лишить Дашу девственности и готов был заплатить за это реальные деньги. Ему не повезло. Стас проделал эту операцию с ним самим с помощью бутылки из-под шампанского.

А потом они с Дашкой подались в Москву. Здесь у них все и закрутилось. Дела и по сию пору шли нормально, хотя иной раз возникали и проблемы.

Стас бросил под язык колесо, закрыл глаза, улыбнулся и почувствовал волну, которая уносила его в прошлое. Тяжелое детство, ненасытная тетя Тося… Но звонок в дверь вернул его в настоящее. Дашка, мать ее, приперлась.

Стас поднялся, но сестрица сама зашла в комнату, бросила на журнальный столик сумочку.

– Чего так долго? – спросила она и внимательно посмотрела ему в глаза.

– Долго?

– Опять по космосу колесишь?

– А почему бы и нет? Дороги там широкие, пробок нет.

– Зеленые чудовища с козлиными головами?

– А ты сама не закинулась? – Стас сощурил глаза, делая вид, что всматривается в нее.

– Никогда в жизни!

– Никогда, поняла?.. Убью!

– Себя?

– Я норму знаю, – сказал Стас, опустился в кресло и закрыл глаза, чтобы не смотреть на Дашу.

Девка она красивая, а он таких ой как любит. Нет, на родную сестру никогда!.. Но под колесом на него может найти. Иногда так бабу хочется! Бывало такое, что ему даже тетя Тося красавицей казалась. А ведь она тоже была родной. Напоила его эта поганая сука. Да нет, на самом деле нормально все было. Совесть даже не мучила.

И с Викой ничего страшного не произошло. Ну трахнул ее Никитос, и что? Ее много кто ублажал. Одним больше, никакой разницы. Обидно другое. Стас помнил, как сам ее целую неделю обхаживал, а Никитос пришел, глянул и сразу победил, затащил в постель.

Он, конечно, красавчик, и на лицо не промах, и фигура что надо. Насколько спокойный, настолько же и нахальный. И дерется, как черт. Видел его Стас в клетке. А как бабы визжали, когда этого парня объявляли победителем. Любят его телки, и он, поганец, этим пользуется.

– А ты в курсе, что твой Никитос Вику трахнул? – спросил Стас.

Даша не ответила. Неужели в транс от услышанного впала?

 

– Ты чего зависла? Ревнуешь?

– Кого я ревную? – донеслось откуда-то издалека.

Даша входила в гостиную. Стас пожал плечами. Странно. Когда это она успела выйти?

– Никитос, говорю, Вику на спор трахнул.

– Тебя на спор?

– Вику.

– Ну так она же твоя сучка. – Даша язвительно усмехнулась.

– А на меня зачем бочки катишь?

– Ну так это же ты с ним спорил.

– Почему я?

– А кто?

– Ну, не просто же так. Я же знаю, что тебя хрен чем возьмешь, а этот – раз, и ты уже у него в койке.

– Вообще-то, я у себя в койке.

– Ну и ладно. Где хочешь, там и лежишь. А Вику просто проглотил. Как удав кролика.

– Кролика ей некому зашить, – буркнула Даша.

– Ты что, ревнуешь?

– Делать мне больше нечего!

– Ну, давай ей кролика зашьем. По самые уши.

– И что это изменит?

– Да ничего. Но кролика надо бы зашить. И удава тоже. Хочешь живого удава?

– Это ты про Никиту? – осведомилась Даша, хотя сразу правильно поняла брата.

– Мы тут с ним бойцовское шоу собираемся замутить.

На своих трэш-клубах Стас поднимал неплохие деньги, но ему приходилось много крутиться, постоянно придумывать что-то новенькое, создавать хайп. Только так можно было привлечь новую и не разочаровать старую публику. А деньги сейчас край как нужны. Есть нюансы, которые как нож к горлу.

– И что?

– Сначала одно шоу, потом другое. Хочешь поучаствовать?

– Это ты о чем?

– Еще не знаю, – ответил Стас и усмехнулся. – Но обязательно что-нибудь придумаю.

Сейчас голова его работала плохо. Потому что привязана была к телу. Но она уже напоминала воздушный шар, так и просилась в свободный полет. Там, в стратосфере, ей обязательно удастся наткнуться на что-нибудь интересное.

Человек по сути своей – животное. Воспитание, религия, общественное мнение, закон и ответственность перед ним пытаются держать его в рамках приличий, не дают оскотиниться. А хлебное вино и зрелища тянут в первобытное состояние. Нажраться, разухариться, набить кому-нибудь морду, потрахаться… Это вовсе не грехи, а инстинкты.

Если самому драться страшно, то можно посмотреть, как это делают другие. В античные времена в моде были гладиаторы в цирке, а сейчас – бойцы в клетке. Панкратион, смешанные единоборства, бои без правил – все это буковки с одной вывески. Удары, броски, болевые приемы, удушения – народу нравится, публика в восторге. А кто-то делает на этом деньги.

– Молоток, пучком все! – сказал Стас, снисходительно шлепнул Никиту по плечу и сунул ему в карман конверт с деньгами. – Там полтинник. Ты заработал.

Сам Стас оторвал еще больше, но так он и вложился не по-детски. Взял в аренду бездействующий цех на заводе, организовал шоу, собрал толпу. Все у него крутится-вертится. А в клетке бьются бойцы, которых нанял Никита. Остался последний бой, но шоу будет продолжаться. Публика подогрета, бухло льется рекой, а по рукам гуляет наркота. Интересно, чья это отрава, кто запустил процесс и держит его под контролем?

Никите казалось, что он знал ответ на этот вопрос. Но если Стас замазан по самое не балуй, то его это не должно волновать. У Стаса свои дела, у него свои.

Бородатый Кекс взревел как бык, прищемивший яйца, и размахнулся, чтобы посильнее ударить. Однако лопоухий Мурзилка только этого и ждал и ногой в голову пробил безупречно, оборвал лебединую, то есть бычью песню. Кекс бухнулся на задницу то ли от удара, то ли от удивления. Если второе, то слишком уж большим было его удивление. Потому что подняться он не смог.

– Это все? – спросил знакомый женский голос.

Никите совсем не хотелось пересекаться с Дашей, но он решил, что раз уж она здесь, то надо заставить себя улыбнуться.

– Привет!

Он не оторопел, глянув на нее, но приятно удивился. В коротком облегающем платье и на каблуках она смотрелась очень эффектно. Каштановые волосы распущены, губы сочно накрашены, а декольте очень смелое.

Неужели это и есть та самая девушка, которая, как уверяла Вика, никому не дает? Может, они подружки? А вдруг Даша попросила ее дать рекламу?..

– Ты ведь тоже так дрался? Тебе это знакомо? – спросила девушка.

– Извини, мне сейчас некогда, – сказал Никита.

Схватка закончилась, победа объявлена, пора закругляться.

– Найдешь меня, – заявила Даша и улыбнулась с таким видом, как будто делала ему одолжение.

Он, видите ли, только и мечтал о том, чтобы найти ее. И так далее.

Дашу он не искал, она нашлась сама. Было уже поздно, клубный угар шел на спад, бойцы разъехались, клетку разобрали, диджей ловил кайф от самого себя, толпа все еще не выходила из транса от его музыки, а основная тусовка скучковалась вокруг Стаса. Он реально был гвоздем программы. Весь из себя разнузданный, стильный, разухабистый, хвост пистолетом, душа гармошкой на всю ширину мехов.

Даша была с ним, и Никита пришвартовался к его берегу. Домой ему что-то не хотелось. А зачем? Дело, за которое он брался, сделано, так почему бы теперь не расслабиться, не отдохнуть? Тем более что фирменный коктейль такой заводной.

Даша казалась в доску своей, улыбалась, охотно болтала, но никто из парней не пытался ее приобнять, привлечь к себе, как они делали это с другими девчонками. Может, потому Никите и захотелось вдруг обнять ее за талию. Уж очень она сегодня хороша.

Но Даша предостерегающе глянула на него. Как в машине, когда он вез ее в Жулебино. Тогда она даже не пыталась заигрывать с ним, завлекать, интриговать. Но сейчас-то эта барышня вела с ним игру, изображала кошку, хотя хотела быть мышкой.

– А-а, мои метелочки! – Стас восторженно захлопал в ладоши.

На импровизированную сцену, игриво покачивая бедрами, вышли полуобнаженные ведьмочки с рыжими, зелеными, красными волосами и с метлами на длинных черенках. Среди них Никита узнал Вику.

– Никитос, а можешь всех сразу? – Стас легко, без видимого напряжения перекрикивал музыку.

Глаза у него блестели, улыбка не сходила с лица, зрачки еще не расширились, но все к тому шло.

– Для этого нужно дожевать траву и спуститься с горы, – сказал Никита.

– Так в чем же дело? – спросил Стас.

– Одного быка будет мало.

– Меня с собой возьми!

– Не надорвешься? – осведомилась Даша.

Она обращалась к Стасу, но смотрела на Никиту и от всей души желала ему надорваться в объятиях Вики и прочих ведьм, которые крутили бедрами вокруг своих метелок.

– Я бы сказал, что нет, – ответил Стас. – Но тут такой шабаш!

– Вот и я говорю, что эти девочки быстро превратят ваших лягушек в головастиков. – Даша снова глянула на Никиту.

Она опять желала ему несчастья в личной половой жизни, смотрела так, как будто знала о его истории с Викой. Это вовсе не удивительно. И Стас мог растрепаться, и Трэш, который что-то нашептывал Угару, посматривая на Никиту.

– Лучше в тюленей! – заявил Стас. – С усами!

– В носорогов! – выдала свой вариант блондиночка с перекачанными губами-плюшками.

– Тогда тебе нужны Трэш и Угар! – Стас подтолкнул ее к своим дружкам. – У одного нос, а у другого рог… Эй, что за дела?

Вика танцевала в туфлях с высокой и мощной платформой, каблук у нее просто не мог сломаться, тем не менее это произошло. Шлепнулась она с треском. Как раз в тот ответственный момент, когда обнажала грудь.

– Ой! – Изображая сочувствие, Даша восторженно хлопнула в ладоши.

Стас усмехнулся, но ничего не сказал.

Вика поднялась, потирая отбитое полузадие.

Никита перевел взгляд с нее на Дашу. Не могла же она подстроить это кораблекрушение?

Даша исчезла, но шабаш на сцене продолжался.

Тут к Стасу кто-то подошел, что-то с тревогой сказал.

Тот изменился в лице, обвел взглядом толпу, пальцем показал на Никиту и выкрикнул:

– За Дашку головой отвечаешь! Ну и чего стоим? Шухер! Мусора!

Он доверил Дашу Никите, но сам схватил ее за руку и увлек за собой. Толпа ломанулась за ним. А в зал со стороны улицы уже вбегали вооруженные спецназовцы в масках.

Никита в наркоту не впрягался, но у него в кармане лежали деньги. Вдруг эти ребята подумают, что он получил их за дурь? Да и со Стасом он был в одной компании.

Тот открыл пыльную дверь, обитую железом, за которой, как думал Никита, должна была находиться трансформаторная подстанция или что-то в этом роде. Но там была галерея, через которую можно было попасть из одного цеха в другой. Коридор узкий, лампочки под потолком не горели, окна по обе стороны, но свет от фонарей, горевших во дворе, проникал через них едва-едва.

Кирпичи под ногами не валялись, вода не булькала, но Даша все равно умудрилась споткнуться. Каблук сломался, нога подвернулась, девушка стала падать.

– Твою мать!.. – пискнула она.

Никита едва успел подхватить ее и усмехнулся. Не верил он, что Даша могла подгадить Вике. Слишком уж это сложно, да и глупо. Он же не пуп земли, чтобы ломать из-за него копья. Но если вдруг, то справедливость на свете все-таки есть.

Даша не могла идти, а бросить ее Никита не мог. Дело было вовсе не в Стасе. Он обхватил ее руками, рванул вверх, как будто собирался швырнуть через себя.

– Ты что делаешь?

От страха у Даши захватило дух, но Никита всего лишь забросил ее на плечо и припустил бегом. Из галереи в темный заброшенный цех, дальше на заводской двор.

– Разбегаемся! – оглядываясь по сторонам, сказал Стас. – Если что, никто ничего не знает. Никитос, Дашка на тебе!

Sie haben die kostenlose Leseprobe beendet. Möchten Sie mehr lesen?