Zum Hörbuch
Миронов убедил Лигачёва как можно скорее решить вопрос с предателями Родины: надо было их убирать со своих постов, а многих – отдать под суд.
Первым, кого включили в этот список, стал Дмитрий Поляков. На этом настоял Валерий Иванович: в его мире Поляков был известен, с одной стороны, как ветеран Великой Отечественной войны, награждённый множеством боевых наград, генерал-майор ГРУ, а с другой – как шпион, много лет работавший на спецслужбы США. По некоторым данным, он выдал американцам полторы тысячи нелегалов из ГРУ и внешней разведки, его предательство нанесло ущерб СССР на сумму в несколько миллиардов долларов. Предателя расстреляли в марте 1988 года…
Поручив своим доверенным лицам найти информацию на Полякова, Лигачёв вскоре получил подтвержденные данные об его работе на спецслужбы США. Помогла помощь Миронова – ориентируясь на обстоятельства жизни Полякова в его мире, он подсказал, в каком направлении необходимо вести поиски.
Лигачёв вышел на Цвигуна, заместителя председателя КГБ, с которым был достаточно хорошо знаком, и передал ему папку с документами:
– На меня ссылаться не стоит, просто проверь эту информацию, – попросил он.
Через месяц Полякова взяли с поличным: его связь с американскими спецслужбами подтвердилась.
Цвигун лично прилетел в Томск, якобы с проверкой областного управления КГБ, но сам встретился с Лигачёвым, они вместе провели выходные на даче у главы обкома.
Здесь Лигачёв передал гостю материалы ещё на одного предателя – Николая Чернова. Как и Поляков, он был завербован американцами в начале 1960-х годов, и долгое время передавал спецслужбам США ценную информацию о советских нелегалах.
– Семён Кузьмич, проверь-ка этого человека, – попросил Лигачёв. – Только не спрашивай, откуда данные, не могу пока сказать. Может, это поклеп, а может, и правда. Но советую отозвать всех агентов, чьи данные проходили через него. На всякий случай…
На разработку Чернова потребовалось меньше месяца – по возвращении из Франции он был арестован.
После этой истории Цвигун стал частым гостем в Томске. В одну из встреч Лигачёв передал ему материалы на Олега Гордиевского, который в другом мире оказался завербован британской контрразведкой МИ-5.
– Вот еще один вероятный предатель. Сто процентов гарантии, конечно, нет, но проверить не мешает.
– Егор, ну скажи – откуда ты это все берёшь? – спросил Цвигун.
– Неужели это так важно? – улыбнулся Лигачёв, прихлёбывая вкусный ржаной квас из большой кружки.
– Конечно, важно! Я не могу скрывать источники информации от своего руководства.
– А как до этого раскрывал предателей? Это же проходило? – упирался Лигачёв.
– Да вот так, – Цвигун развёл руки в стороны. – Давал указания своим сотрудникам установить наблюдение и проверить контакты в порядке профилактики.
– Ну и действуй так дальше! Профилактика преступлений – это наше всё! – засмеялся Лигачёв.
Собеседник шутку не поддержал.
– Не всех можно проверять, – нахмурившись, возразил Цвигун. – Сам понимаешь, должны быть веские основания для проверки Гордиевского, иначе мне самому придётся отдуваться за проявленную инициативу…
Лигачёв поставил кружку на стол, бросил в рот кусочек вяленой воблы, пожевал с задумчивым видом.
– Вообще-то я уже согласовал твое знакомство с источником информации, – сообщил он. – Но сразу хочу предупредить, ты не сможешь его представить своему начальству.
– Ну, ты давай, сначала познакомь меня с ним, а дальше видно будет, – довольный достигнутым соглашением, кивнул Цвигун.
– Тогда накидывай пиджак, поехали, – глава обкома вытер пальцы салфеткой и поднялся из-за стола.
***
По указанию Лигачёва, места проживания задействованных в работе специалистов были обеспечены телефонной связью.
Егор Кузьмич позвонил Алексею, предупредил о скором визите. Вскоре чёрная служебная «Волга» первого секретаря обкома партии остановилась возле неприметного домика, игравшего огромную роль в преобразовании СССР. Алексей, встретив гостей, дипломатично оставил их наедине.
По сравнению с тем, как домик выглядел внутри при первом его посещении Лигачёвым – это было словно небо и земля: по указанию главы обкома здесь сделали ремонт и обновили всю мебель.
Они присели за стол.
– Вот, Семён, смотри, – Лигачёв показал Цвигуну небольшое тёмное зеркало, стоящее на подставке. – Сейчас общаться будем с нашим источником информации. – Он ткнул пальцем в зеркало, и оно неожиданно засветилось, появилась красивая картинка вращающейся розы. Цвигун аж отпрянул от неожиданности.
Лигачёв уверенно открыл мессенджер, нажал кнопку вызова Миронова. Раздались гудки.
– Это что, телефон такой? – прислушался Цвигун.
– Ну да, с изображением абонента, – ответил Лигачёв.
На экране появилось лицо Миронова. Звонок не стал для него неожиданностью, такой ход событий они с Лигачёвым обсуждали накануне.
– Здравствуйте, Егор Кузьмич и Семён Кузьмич! – с улыбкой поздоровался он.
– Здравствуйте, Валерий Иванович! – в тон ему ответил Лигачёв. – Представляю вас друг другу. Валерий Иванович Миронов, он и поставляет нам информацию. Семён Кузьмич Цвигун, дальше вам известно.
– Много слышал о вас, Семён Кузьмич, очень рад знакомству! – кивнул Миронов. – Я доволен, что переданная мною информация по Полякову и Чернову вам пригодилась.
– А откуда у вас эти данные? – спросил Цвигун, немного ошалевший от всего происходящего.
– Егор Кузьмич вам покажет, как эту информацию можно добывать с помощью прибора, через который вы со мной общаетесь, – ответил Миронов. – А нам с вами вместе надо подумать над тем, как эти возможности более эффективно использовать на благо вашей страны и нас с вами. Вы чиновник очень высокого ранга, и могли бы многое сделать для этого…
– Пока мне не очень понятен источник информации, – окончательно растерялся Цвигун.
– Я нахожусь в параллельном мире, это тот же Советский Союз, но пятьдесят лет спустя, – пояснил Миронов. – История наших стран очень схожа, да и люди почти все те же самые пороки имеют, судя по Полякову и Чернову. Зная историю жизни предателей Родины, можно проверить их двойников – и вполне вероятно, что и у вас эти люди тоже работают на врага. В нашем мире Гордиевского завербовали в Дании в 1974 году, у вас ещё есть время в запасе. Хотя, возможно, он уже завербован, ведь совпадения не на все сто процентов. Так, например, у нас в это время генсеком был Брежнев, у вас – Косыгин…
– Вот это новость! – воскликнул Цвигун, вытирая платком пот со лба. – Это же кладезь информации, в том числе и технической! Мы же можем капиталистов опередить на десятки лет! А можем мы с вами встретиться, обсудить всё за чашкой чая? Или это невозможно?
– Всё будет возможно, со временем, – пообещал Миронов. – Пока надо решить, как легализовать наши контакты. В моем мире это практически невозможно без потери канала связи, но зато у нас можно просто купить всё, что вам потребуется. Ну, кроме оружия, конечно, хотя и его тоже можно купить, но нелегально, на черном рынке.
– Невероятно, просто голова кругом идет…
Цвигун задумался.
– Это, конечно, проблемно – легализовать обмен с параллельным миром. Информация из нашего мира вам не нужна, как я понимаю, нужно что-то материальное… – рассуждал он. – А коммунизм уже у вас построили? – спросил, спохватившись.
– У нас под руководством КПСС построили дикий капитализм тридцать лет назад, – ответил, иронично усмехнувшись, Миронов. – А сейчас он стал уже обычной рыночной экономикой, капитализмом, по-вашему, но цивилизованным. Но друзьями мы с США так и не стали, хоть на определённом этапе и очень хотели. Сейчас воюем практически с США и НАТО на Украине – там власть захватили потомки бандеровцев, приходится освобождать её по новой.
– Одна новость хуже другой! – охнул Цвигун. – Как же так! Столько лет строили социализм, и на тебе – построили капитализм…
– Долго объяснять, – не стал вдаваться в подробности Миронов. – Лучше вам прочитать книги по истории из нашего мира. Многие политические деятели пишут мемуары, в них всё подробно рассказано: сделаны выводы, подведены итоги.
Цвигун растерянно покачал головой.
– У вас капитализм. Понятно, что социалистическому СССР ваше правительство помогать не будет. Мы же, получается, идеологические враги, – задумчиво произнёс он.
Миронов отмахнулся.
– Да бросьте, нет у нас идеологических врагов! У нас, к сожалению, вообще в стране нет никакой идеологии. Нет, она, конечно, есть, но не объявленная – типа, обогащайтесь любым способом, только власть не трогайте и налоги платите, – с горечью констатировал он. – Я думаю, наши власти с удовольствием будут вести с вами торговлю, продавать в ваш мир различные товары, но не думаю, что будут помогать развивать производство этих товаров у вас – ни к чему им конкурентов развивать. Мы отстаем в техническом плане от развитых стран примерно лет на десять. Взять тот же планшет, который на столе перед вами, – сделан в Китае. У нас вообще все полки в магазинах завалены бытовой техникой из Китая. Мы продаем им энергоресурсы – газ, нефть, уголь, а за счет этого можем покупать у них бытовую технику, автомобили, строительную технику.
В этот момент Лигачёв решил, что пришло его время вмешаться в разговор.
– Валерий Иванович, я думаю, нужно сделать паузу, чтобы дать возможность Семёну Кузьмичу прийти в себя, – предложил он. – Пусть он сначала узнает больше о жизни в вашем мире, об истории вашей страны. А уже потом начнём продумывать стратегию контактов…
– Да, я согласен, нужна пауза, – согласился потрясенный Цвигун.
***
Все выходные Цвигун и Лигачёв просидели за планшетами: Миронов прислал им ещё парочку аппаратов, с большими экранами, и два принтера – цветной струйный, и лазерный черно-белый, подключив их по локальной сети к планшетам. Илья и Алексей помогали высокопоставленным советским чиновникам осваивать технику, для наглядности даже напечатали их портреты на цветном принтере – тех впечатлило.
Цвигун был шокирован историей развития параллельного СССР, но был человеком прагматичным. Он сразу смекнул, какими выгодами это светит его стране, да и ему лично.
– Егор, это ты правильно сообразил, что такой источник информации светить не стоит. Как только о Миронове узнает руководство, даже не знаю, что будет. Пока же будем использовать его в меру наших возможностей, – решил он. – Я смотрю, в том мире мой двойник застрелился, чтобы не мучиться от рака. Похоже, мне пора уже бежать к докторам, на обследование…
Заместитель председателя КГБ тряхнул головой, рассеивая дурные мысли.
– Мне терять нечего: страх перед выволочкой по партийной линии ничто по сравнению со страхом смерти, – рубанул Цвигун. – Надо решать, как жить дальше. Давай подумаем, Егор, кого из верхушки можно привлечь к контактам с иномирьем. Я-то птица невысокого полета, насчет себя не заблуждаюсь, и так уже имею должность выше своего потолка. Но она недостаточная для того, чтобы иметь влияние в ЦК.
Лигачёв признался:
– По истории параллельного мира я получил много информации о членах ЦК, это можно использовать для быстрого продвижения по служебной лестнице.
Но собеседника, как выяснилось, волновало другое.
– Главная тайна состоит в том, что мы идем по тупиковому пути! И эту информацию невозможно довести до руководства ЦК. Ты-то сам это понял? – спросил Цвигун, уже изучивший историю СССР и России в параллельном мире.
– Начинаю понимать, узнавая всё больше о жизни в будущей России, – согласился Лигачёв. – Я прочитал много книг. Авторы, как один, приходят к выводу, что Советскому Союзу надо было, по примеру Китая, интегрировать всё самое лучшее, взятое от капитализма и от социализма. А у них, в том мире, в КПСС был создан, по сути, институт дворянства, так называемая номенклатура, которая и разрушила СССР.
– Ха, так она у нас тоже есть, – горько усмехнулся Цвигун. – Давай, Егор, оставим лирику, займёмся делами. Какие у нас есть возможности? Указывать руководству страны, что делать, мы не можем. Но! – он поднял вверх указательный палец. – Косыгин и так ввел хозрасчет для предприятий, кое-что уже получается сделать в плане улучшения эффективности производства. Всё-таки, как ни крути, надо идти к Косыгину, через него всё пойдет быстрее…
– Не боишься, что он запретит контакты с Россией? Там же процветают, в отличие от нас! – возразил Лигачёв. – Второй вопрос – как ты выйдешь на Косыгина? Тебе это необходимо делать через своё начальство, через Андропова. А как он на это среагирует – неизвестно… Но, кстати, Косыгину доложит точно, обязан просто. Может, это и есть выход? Зачем нам действовать, как партизанам, когда можно наступать широким фронтом? – рассуждал глава обкома.
– Не скажи, иногда партизанская тактика эффективнее бывает, – заметил Цвигун. – Всё зависит от конкретной задачи. Ведь есть ещё вопрос об установлении связей с руководством России. А там сейчас свои заботы, война с Украиной… В-общем, непонятно, как быть. Давай, спешить не будем, -предложил он, – сами пока разберёмся. Если что, будешь валить всё на меня – мол, я так распорядился действовать. Мне-то терять нечего…
Лигачёв кивнул, его такой ход событий устраивал.
Цвигун закончил:
– Пришлю в Томск своего человека. Надёжный, я вместе с ним войну прошел. Будет искать интересную информацию по своему профилю, контрразведке. Ну, и других людей буду подбирать по разным профилям…
На этом его визит в Томск был завершен, в глубоких раздумьях Цвигун улетел в Москву. Через день прилетел его человек, Егор Кроев, полковник КГБ. С помощью Алексея он быстро освоил работу с планшетом и приступил к поиску информации в интернете. Его интересовала деятельность контрразведки СССР, предатели Родины, разоблачение наших агентов за границей, маньяки-убийцы, крупные преступления, диверсии и теракты.
***
Прочитав про «подвиги» Чикатило, Кроев решил закрыть этот вопрос, пока все жертвы маньяка ещё были живы.
Никому не сказав ни слова, полковник вылетел в город Новошахтинск Ростовской области по подложным документам. Чикатило в это время работал в школе-интернате № 32 учителем русского языка и литературы. Маньяк уже был замечен в домогательствах к девочкам-подросткам, и по полученным из будущего данным было известно, что через некоторое время ему предложат уволиться по собственному желанию.
Кроев решил ускорить этот процесс. Он поселился в Новошахтинске – снял комнату в домике на окраине, представившись военным пенсионером, благо, по возрасту соответствовал легенде. Документы на разные фамилии и имена у него имелись в достаточном количестве, имелись и деньги на проживание и агентурные расходы.
Несколько дней Кроев устанавливал маршруты передвижения Чикатило, нашёл место, в котором можно было прикончить будущего душегуба без опаски обнаружения. Вскоре труп Чикатило поступил в морг Новошахтинска. Вывод врача-патологоанатома: перелом шейных позвонков в результате неудачного падения, несчастный случай…
Кроев с чистой душой вернулся в Томск и продолжил изучать историю преступлений в России. Эта поездка принесла полковнику душевный комфорт, ведь он избавил страну от злодея, спас многие жизни. Кроев с новыми силами продолжил изучение криминальной истории России конца двадцатого века и начала двадцать первого.
***
Накануне очередных выходных Цвигун, по сложившейся традиции, вновь прилетел в Томск. Обошлись без официоза, визит носил частный характер. Лигачёв встретил его на своей служебной «Волге». Отметить встречу решили в домике Алексея, где накрыли стол в честь дорогого гостя.
– Ну, за наше здоровье! – поднял рюмку с водкой Цвигун. Закусив, они перешли к обсуждению насущных вопросов.
– Я всё-таки считаю, что стоит выйти на руководство ЦК, через Андропова, разумеется, – настаивал на своём Цвигун. – У нас же кладезь интереснейшей информации! Причём, не только для нашего ведомства, но и по международным делам, которые отнимают у страны много сил и средств. Нет, ты только посмотри, что эти гады в том мире сделали! – Семён Кузьмич стукнул кулаком по столу. – После перестройки все члены Варшавского договора стали членами НАТО – нашими врагами! А мы им сейчас помогаем, практически бесплатно военную технику поставляем!
Лигачёв махнул рукой – знаю, читал.
– Я тут прикинул, – продолжил, чуть успокоившись, Цвигун. – Руководство страны непременно засекретит контакты с Россией – ну, не выгодно эту связь афишировать. А нас с тобой оставят у этого окна, я уверен! Почему? У нас какой-никакой опыт наработан. Да и ставить тут новых людей нет резона. Мы с тобой доверенные люди партии, оснований не доверять нам попросту нет. К тому же сейчас возможен, по сути дела, только обмен информацией и передача небольших количеств образцов – а нам этого вполне достаточно. Тем более что информацию нам сливают, по сути, бесплатно!
– Действуй, как знаешь, Семён, – наливая по второй, согласился Лигачёв. – Я готов к любому развитию событий.
Гостю не сиделось на месте. Цвигун принялся расхаживать по комнате, размышляя на ходу:
– Нужно накопать наиболее интересную информацию о предстоящих событиях в международной жизни, распечатать ее. Жаль, что видео нельзя будет показать…
– Почему нельзя? Возьмешь планшет с собой, там огромная память – запишешь всё, что тебе требуется, и смотри, сколько хочешь, – ответил Лигачёв, который давно освоился с планшетом и носил его с собой в портфеле: дома читал на устройстве книги и статьи, смотрел закачанные фильмы.
Цвигун обрадовался:
– Это здорово! Значит, будет, что показать там, – он ткнул пальцем вверх, – чтобы не сомневались в достоверности информации!
– Ну, тогда ещё по одной, и займёмся работой, – улыбнулся Лигачёв.
Около полуночи вернулись к столу, хлопнули ещё по рюмашке и начали собираться к главе обкома на дачу. С собой они захватили планшеты, память которых была набита скачанными данными из интернета.
Утром, за завтраком, обсудили варианты развития событий. Сошлись на том, что Лигачёву тоже придется лететь в Москву и предстать перед Андроповым. Решили не откладывать дело в долгий ящик и лететь в понедельник первым рейсом: самолёт прилетает в столицу в восемь утра, затем машина отвезёт их на Лубянку. В десять утра Цвигун будет на совещании у Андропова, по окончании которого попытается передать начальству важное сообщение.
– Может, тогда в гостинице ЦК остановлюсь? – предложил Лигачёв – Тут же рядом. Позвонишь – я сразу приду.
Подумав, Цвигун согласился:
– Ладно, неясно ещё, что Андропову захочется. Будешь ждать моего звонка в гостинице.
Все выходные они набивали планшеты информацией, интересной, по их мнению, Андропову и руководству страны. От обычных возлияний отказались, даже не вспоминая о водке – настолько их захватила подготовка к предстоящей важной встрече в Москве.
В воскресенье съездили в домик к Алексею, пообщались с Мироновым, сообщили о своём решении. Тот не стал отговаривать, просто попросил регулярно звонить Алексею и сообщать о достигнутых результатах, чтобы быть в курсе событий.
***
В понедельник, на совещании у Андропова Цвигун сидел, как на иголках: томительное ожидание важного разговора вызывало сухость во рту и озноб, как при повышении температуры.
– Юрий Владимирович, можно мне занять несколько минут вашего внимания? – спросил он после окончания совещания.
– Конечно, Семён Кузьмич. Рассказывай, что у там у тебя, – кивнул Андропов.
– Мой хороший знакомый, первый секретарь Томского обкома Лигачёв, дал достоверную информацию о предателях в наших рядах, – начал Цвигун, дождавшись, когда закроется дверь кабинета за последним участником совещания. – Поляков и Чернов – его рук дело.
– Ничего себе! Откуда у него вообще такая информация появилась? – заинтересовался Андропов. – Неожиданно!
Цвигун сделал короткую паузу: вот он – момент истины! Сейчас всё решится!
– На Лигачёва вышли молодые ученые из Томского университета. Они установили связь с параллельным миром, который старше нашего на пятьдесят лет. Там тоже СССР, вот только у них был генсеком Брежнев, а у нас Косыгин, – выпалил он.
Андропов насторожился и помрачнел – похоже, у одного из лучших сотрудников ведомства поехала крыша, такую чушь антинаучную несёт…
Понимая, что через минуту его уже могут вывести из кабинета под белы рученьки, Цвигун заторопился. Вытащил из папки планшет.
– Вот, Юрий Владимирович, полюбуйтесь на это волшебное зеркало, – он подал устройство Андропову. Тот повертел его в руках – ничего особенного не увидел, досадливо пожал плечами.
– А теперь давайте я покажу, что этот прибор может, – Цвигун нажал кнопку на планшете, и экран высветил меню с картинкой Красной площади из будущего.
– Ух, как красиво! Картинка, конечно, что надо, – согласился Андропов, рассматривая фото.
– Это фотография из 2022 года, – сообщил Цвигун. – Вот, посмотрите ещё снимки, – он показал Парад Победы 2021 года, тяжелую технику и марширующие колонны, листая фотографии прикосновением пальца.
– Впечатляет, – согласился Андропов. – Но это может быть рисунком художника, его фантазией.
– У меня есть видеозапись этого парада, репортаж телевизионщиков, его можно посмотреть со звуком, – предложил Цвигун.
– Подожди, – остановил его Андропов. – Это и есть связь с параллельным миром? Через этот прибор можно смотреть телевидение? – уточнил он.
– Техника сильно развилась за пятьдесят лет. Этот прибор соединяется с всемирной сетью, так называемым интернетом, и скачивает оттуда информацию, а затем выводит на экран, – пояснил Цвигун.
– Прямо отсюда?
– К сожалению, связь работает только в одном месте, в домике, который находится в пригороде Томска, в радиусе тридцати метров от него.
Председатель КГБ СССР откинулся на спинку кресла, задумчиво пожевал губами, потёр высокий лоб.
– Ты прости, Семён Кузьмич, но я как-то поверить вот так сразу не могу в существование параллельного мира. Ты, давай, по этапам расскажи, как был установлен контакт, кем. Как я понимаю, этот прибор оттуда? – кивнул он на планшет.
– Понимаю, Юрий Владимирович, – с готовностью ответил Цвигун. – Да, прибор оттуда, конечно. Как я уже сказал, на Лигачёва вышли ученые томского университета, которые обнаружили связь с параллельным миром. А произошло это так. У Алексея, программиста с ВЦ ТГУ, есть частный домик в пригороде Томска. Однажды он в погребе обнаружил незнакомую коробочку со странным прибором. Повозился с ним, благо, в коробочке была инструкция. Прибор заработал. А потом он позвонил, представляете!
– Кто позвонил? – не понял Андропов. – Как?
– Как обычный телефон, вызов пошёл – и на экране появился зеленый значок телефонной трубки, – пояснил Цвигун. – Так вот, Алексей пальцем его коснулся – и на экране появилось лицо пожилого человека, который заговорил с ним на русском языке. Это был представитель параллельного мира, представился как Миронов Валерий Иванович. Он-то и объяснил, что открыл проход между мирами, через который можно общаться и переправлять мелкие предметы, – именно так он передал этот планшет, так этот прибор в их мире называется.
– Так, вроде понятно, – Андропов постучал пальцами по столу. – Продолжай…
– Ну а дальше – больше… В той коробочке также лежали блоки маленькие памяти от ЭВМ, два штуки, тоже с инструкциями. Алексей со своим другом Ильёй, начальником вычислительного центра, – уточнил Цвигун, – сделали блоки сопряжения и подключили эту память к БЭСМ-6 Томского университета. Производительность машины выросла в тридцать два раза! Отмечу, что ёмкость этих блоков просто фантастична – все хранилища данных ЭВМ университета были размещены на них, не заняв и четверти места! После этого учёные поверили в существование параллельного мира и продемонстрировали свои достижения Лигачёву. А затем сообщили ему о канале связи с Россией 2023 года – это в январе было.
– Почему раньше не доложили? – исподлобья зыркнул Андропов. – Ладно, не о том сейчас речь. Что дальше было?
Цвигун вытер платком вспотевший от напряжения лоб.
– Лигачёв при помощи учёных стал изучать информацию из параллельного мира, не зная, как с ней поступить, – продолжил он. – Обнаружив в интернете и исторических книгах данные о предателях Родины, решил поделиться информацией со мной – мы с ним были шапочно знакомы, можно сказать, приятельствовали. Так удалось разоблачить Полякова, а следом за ним и Чернова. Общество и люди у нас развиваются практически по одному сценарию. Можно смотреть на историю этого общества как на наше будущее, это поможет избежать многих ошибок, – вздохнул Цвигун.
– Ты хочешь сказать, что партия ошибается? – с угрозой спросил Андропов.
– Нет. Вот, лучше посмотрите новости лета 2023 года, я вырезку сделал, – Цвигун коснулся иконки на экране и пошел видеоряд из Кубани: «Из-за санкций экспорт зерна пшеницы в 2022 году сократился на 8,3 процента и составил 42 миллиона тонн…» – он остановил запись. – Насколько я помню, в прошлом году мы закупили 23 миллиона тонн зерна?
– Вот, видишь, сами стали экспортировать теперь! – радостно отреагировал Андропов. – Наконец-то решили проблему с продовольствием! Значит, и у нас получится!
– Ну да, эту проблему решили, – согласился Цвигун. – Смотрите, реклама из обычного томского универсама 2022 года – всего навалом! На цены только внимание не обращайте, у них средняя зарплата пятьдесят тысяч рублей, примерно один к ста, если с нашими сравнивать.
– Здорово! Народ зажил в достатке, наконец! – довольно заулыбался Андропов. – Я такие прилавки магазинов видел только в фотоотчётах разведки из-за бугра, из капиталистических стран.
Цвигун виновато потупил взгляд.
– Боюсь вас огорчить Юрий Владимирович, но в России 2024 года – капитализм чистой воды, они это называют рыночной экономикой, – признался он. – И перевод плановой экономики на рыночную осуществила партия, тоже КПСС. Можете почитать сами историю России, там, конечно, не так гладко всё произошло… По сути, компартия у них развалилась – разбежался управленческий аппарат. Часть бывших партийных функционеров захватила власть и провозгласила курс на рыночную экономику, захватив при этом в частные руки, с помощью махинаций, ведущие отрасли промышленности. Они, правда, почти все разорились, за исключением сырьевых отраслей – нефть, ископаемые. Металлурги тоже остались на плаву, за счет экспорта металлов и проката из них. Ещё производство зерна и другой сельхозпродукции хорошо развивается…
– Надеюсь, что об этом ни ты, ни Лигачёв никому не рассказывали? – холодно спросил Андропов. Новости о судьбе КПСС в параллельном мире стали для него шокирующими.
– Разумеется, нет. Сами изучали информацию, пришли к выводу, что надо ознакомить с этой информацией руководство страны. С этой целью я сегодня к вам и пришёл, – ответил Цвигун.
– Информация действительно очень важная – проговорил Андропов, раздумывая. – Так почему всё-таки тянул с докладом?
– Хотел сам для начала во всём разобраться. Я сам не так давно узнал от Лигачёва о параллельном мире, провел у него пару выходных, изучая историю России и размышляя о том, как использовать полученную информацию на пользу страны, – немного слукавил Цвигун. – Сегодня с главой обкома прилетели в Москву, доложить по инстанциям.
– Лигачёв в ЦК пойдёт докладывать? – насторожился Андропов.
– Я попросил его подождать с докладом до окончания нашего разговора.
– Правильно сделал. Он здесь, в приёмной?
– Нет, в гостинице. Позвать его? – предложил Цвигун.
Андропов покачал головой.
– Нет, не нужно, но пусть никуда не уезжает, и ни к кому на доклад не ходит. Я буду сейчас созваниваться с Косыгиным и попрошусь к нему на доклад с важной информацией, вы вместе со мной поедите. Когда Алексей Николаевич нам встречу назначит, не знаю, но думаю, что тянуть не будет, – предположил глава КГБ.
Цвигун, утомлённый тяжёлым разговором, отправился к себе в кабинет. Оттуда он позвонил Лигачёву в гостиницу, сообщил новости и велел ждать звонка.