Zum Hörbuch
Влад
Парень раздражен, особенно когда рядом с ним эта девушка. Нет, с ориентацией полный порядок, да и Крис, в общем-то, красивая. У нее мягкие платиновые волосы, которых он касался не раз. Они шелковой волной доходят ей почти до поясницы, а длинные светлые ресницы она всегда красит синей тушью, отчего напоминает ему снегурочку. Но на вкус эта девчонка, словно лимон – здесь даже сахар не перекроет такую кислоту. Уж он-то Влад знает, поэтому и старается держать ее от себя на расстоянии, но изворотливая мерзавка, каждый раз сама охотно лезет к нему. Так и сегодня мог взять с собой своего друга, только тот где-то потерялся и трубку не берет. И надо же было встретить по дороге Кристину, пришлось подвезти. Им было по пути. Кто бы сомневался.
– Приехали, – хрипло бросил Влад своей спутнице и заглушил мотор.
Вот только та вовсе не спешила вылезать из автомобиля. Кристина ловила все моменты наедине с ним, и сейчас ее рука смело легла на колено Владу, а второй она примкнула к его груди и потянулась за поцелуем.
Проблема у парня появилась еще в девятом классе, когда на выпускном Влад зачем-то подарил ей танец, а после девушка была согласна и на все остальное. С тех пор в ее голове прочно засела одна установка: Влад – ее парень. Как раковая опухоль, которую никакими пинцетами не извлечь оттуда.
Прижимается губами к его губам, но он не спешит ей отвечать. А когда через лобовое замечает несколько знакомых фигур и вовсе отталкивает девушку в сторону.
– Это че такое? – возмущается Мельник.
Девушка хмурится и тоже переводит взгляд на окно. Там, где за стеклом важной походкой по ступенькам поднимаются трое – двое парней спортивного телосложения и одна рыжая выскочка.
– У них теперь и девчонка общая? – возмущается Влад.
По салону разносится громкий смех Кристины.
– Это наша новенькая. В школу ходи почаще. Столько всего пропустил…
Влад больше не мог отсиживаться в тачке. В этой новенькой он сразу же узнал ту рыжую белку с КПП. Сначала она ему испортила колесо, собрав целый консилиум проблем, а потом прытко ускакала со своим грозным папашей. Это он из-за нее не смог выйти на следующую гонку. Из-за нее теперь вдвойне должен отработать перед Тимуркой. Пора немного подпалить дерзкой девчонке ее пушистый хвостик. Только для начала надо было избавиться от другого хвоста, обладательница которого явно не собиралась оставлять парня в покое. Пока тот стоял в центре зала, озираясь по сторонам, Кристина кошкой терлась вокруг него.
– А кого мы ищем? – крикнула девушка ему в самое ухо, но парень проигнорировал ее вопрос.
– Крис, побудь здесь! Принесу нам выпить, – припечатал он ее к месту, а сам пошел на поиски рыжей белки.
Всюду потные тела, виляния, дерганья, но он любил это место. «Берлога» была единственным заведением в их маленьком городке, куда пускали бесплатно. Конечно, если тебе есть хотя бы шестнадцать. Здесь всегда можно услышать любимые рок-композиции вперемежку с клубной музыкой. И даже если появлялся большой наплыв толпы, то мест хватало всем: два этажа – два танцпола, по четвергам включали караоке, по пятницам в меру культурная шоу-программа. Но самым излюбленным у Мельника местечком в клубе была барная стойка и друган бармен по имени Вася. Вещал он не хуже телевизионного ящика, все новостные сводки только через него. К нему-то Влад и направился, но не за коктейлями, которых ждала от него Крис, а за ответом на один назойливый вопрос, что уже вот несколько минут вертелся в его голове.
– Здарова, Вась! – широкая спина импульсивно двигалась. Бармен умело что-то там смешивал и перемешивал, на стойку приземлились две стопки с непонятной консистенцией ядовитых расцветок.
– О, Мельник! Привет, – Вася облокотился, чуть вперед наклонившись и они поздоровались, крепко пожав друг другу руки.
– Ты че, подсел на че?
Вася хмурится, подозрения Влада ему совсем не нравятся.
– Ага! Поработай с мое, третья ночь подряд… хотя… кому я говорю.
– Два Лонг-Айленда,
К бару подошла утонченная блондинка. После зажигательного танца в самом центре зала у девушки пересохло в горле, а тут и парень симпатичный подвернулся. Вася вмиг соорудил пару коктейлей и поставил их перед девушкой, но, прежде чем обхватить губами трубочку один стакан она придвинула Владу, не забывая при этом хлопать своими длинными и пышными ресницами. Только на парня такой спектакль не произвел должного впечатления. Влад лихо развернувшись к девушке лицом потянулся и прошептал на ухо ей что-то такое, что заставило ее щеки вспыхнуть тысячами искр возмущения. Она даже своей хрупкой ладошкой замахнулась для удара, но он крепко сжал ее запястье. Наверняка после проявятся следы его раздражения.
Незнакомка исчезла из поля зрения стремительно. Такой быстрый переход можно наблюдать разве что в природе, когда глубокие сумерки сменяет темная ночь.
– Че, ты ржешь?!
Вася смеялся, покачивая своим гладко выбритым черепом, а вместе с ним пружинила и татуировка в виде маленькой ящерки с правой стороны над ухом.
– Да-а, дружище! И че они все в тебе только находят? Ты же агришься от каждой девчонки.
Не от каждой. На самом деле одной удалось подстегнуть его интерес. Рыжая белка сунула нос, куда ей точно лезть не следовало. Появилась внезапно и замаячила точно мишень на трассе перед автогонщиком. Влад не привык уступать, не привык искать компромисс. Он всегда руководствуется одним правилом: вижу цель – не вижу препятствий. А заискиваться перед кем-либо это точно не про него. Но девчонка, словно фейерверк, вспыхнувший из ниоткуда. Стала для него непросто препятствием, а очередной проблемой.
– Слышь, Вась? Ты, случайно, Плата не видел? Он сегодня с братом пришел и…
– Видел, минут десять назад мимо проходили. Вроде бы наверх ушли, – хмурится, собираясь сказать что-то еще, но снова поступают заказы один за другим, и пока Вася, ловко орудуя приборами, берется за работу, Влад тем временем неспешно покидает стойку бара, отправляясь на поиски своего друга.
Он поднимается по винтовой лестнице пару раз, столкнувшись со старыми знакомыми, которых неоднократно обходил на гонках. Крепкие рукопожатия и никакой вражды. Парни зарекаются, что еще отыграются, а Мельник, усмехнувшись, проходит дальше мимо свободных столиков в середину зала, что забита людьми, но, пробежавшись внимательным взглядом по головам, он так нигде и не находит эту рыжую мелкую белку. Только когда музыка постепенно начинает угасать, сменяя одну мелодию на другую, а толпа расступается, то там на танцполе он врезается в три знакомые фигуры.
Влад в курсе был насчет таланта тех двоих парней. Воробьята и раньше отлично зажигали на школьных дискотеках. На этой почве он подружился с Платоном. Мельник не то чтобы относился к группе людей, страдающих социофобией, просто он органически не переваривал лицемеров, или тех, кто подбирался к нему ради личной выгоды. А Плат оказался человеком широкой души и разделял с ним его интерес. Так, Влад поддерживал его увлечения уличными танцами, а тот, в свою очередь, относился с уважением к нелегальным гонкам. И когда Плату удавалось ночью тайком улизнуть из дома, то он всегда ездил вместе с Владом на гонки.
Электрическая вспышка прошлась по телу Мельника. И этот удар стал роковым для обоих. Парня с непроницаемым лицом, парня с магнетизмом ворона, излучающего все потустороннее и миловидной девушкой, волосы которой цвета раскаленной вулканической массы, невероятно жгучие – невероятно огненные. Девушкой, посмевшей выскочить прямо на его дорогу. Столкновение глазами, а между только: громкое молчание, всплеск адреналина, трепет и знать бы еще причину такого волнения.
Она первой прерывает игру в гляделки и не узнает парня, но Владу достаточно секунды, чтобы подойти схватить девушку за руку и увести подальше от лишних глаз.
Она пыхтит и изворачивается, но он уверенно тащит ее за собой, пока не включается кто-то третий:
– Эй, Влад! Ты че творишь?! – за ними вслед бросается Антоха, но его опережает Плат, который хватает Влада за плечо и пытается остановить.
– Все нормально! Мне надо с ней поговорить, – Влад резко дергается и прибавляет шаг. Девчонка начинает царапаться и орать.
– Отпусти, дурачина!
Влад и не думал реагировать, а тут еще Тоха разгорячился крепче электрической грелки. Кулаки сжимает, ноздри раздувает.
– Отпусти ее!
На сей раз Мельник сдается, но только лишь для того, чтобы набрать разгон. Медленно разворачивается к братьям все также, крепко удерживая девчонку за руку.
– Плат, угомони своего брата! Я же сказал, мне просто надо поговорить. Верну в целости и сохранности, – последнее он цедит сквозь плотно сжатые зубы, играя острыми скулами и подключая к делу свой хищный оскал.
В глазах Платона сверкает сомнение, но он доверяет своему другу и уводит брата в сторону.
– Предатели, – пищит девушка и на удивление больше не сопротивляется.
– Ну что, Белка! Вот мы и встретились снова, – Влад находит укромное местечко, где музыка звучит гораздо тише, а шансы столкнуться с любопытными взглядами прохожих можно и вовсе свести к нулю.
Она часто дышит и врезается в стену, откидывая назад затылок, но Влад и не думал давать паузу на передышку, он уже жадно атакует свою жертву. Со стороны больше похоже на то, как птичку загнали в клетку. Только парень с первого раза не просек. Девчонка, что сейчас тут стояла перед ним, ни на секунду не собиралась пугаться и принимать ту роль, которую он ей мысленно уготовил.
– Чего тебе надо помешанный?
Ухмылка растекается по его тонким губам подобно незамерзайке проникающей в бак под капотом черной «лады». Он упирается одной ладошкой в стену рядом с ее лицом и это не остается незамеченным со стороны девушки, а второй рукой парень медленно костяшками пальцев проводит вдоль ее шеи заправляя за ухо выбившийся из хвоста рыжий локон. Она делает глубокий вдох, а затем медленный выдох. И решается на опрометчивый шаг.
– Ай! – девчонка визжит, а ее колено стискивают сильные пальцы Влада.
– Не надо мне грубить! – он перемещает руки ей на локти и держит крепко, не давая сдвинуться с места.
А ее идеальный вариант побега ударить коленкой по болевой точке парня рушится в одночасье.
– Козел! – успевает прошипеть девчонка и раззадоренный такой дерзостью Влад легонько касается ее подбородка одним указательным пальцем.
– Белка, прекрати брыкаться и послушай…
Она дергает головой и снова толкается насколько это вообще возможно в ее-то положении.
– Какая белка? Слышь, ты – полумерок! Я – Тася! Та-и-с-ия. Читай по слогам, потому что скоро ты будешь видеть меня каждую ночь в своих кошмарах.
И пускай его лицо остается все таким же непроницаемым, но в голове у Влада сейчас кружатся целые вулканические всполохи. Он впервые пасует и все, потому что перед ним девчонка. И не просто девчонка. Потому что остальные всегда вели себя совершенно иначе, а этот диковинный экземпляр его просто сбивает с толку. Был бы парень, то разговор можно было завершить кулаками. А так он теряется от того, какие у нее глаза глубокие, словно Белка непросто заглядывает к нему в душу, а тихонько там препарирует что-то уже, а еще они невероятно зеленые или ореховые. В общем, намешано что-то там и несколько раз перемешано. Ну прям, как Васины коктейли. Да и сама она сплошной эмоциональный коллапс.
– Тася, – он еле справляется со своими мыслями пытаясь не выдать себя голосом, – ты торчишь мне пять штук. Напомнить за что?
– Что?
Девчонка на минуту столбенеет. Выпучивает глаза, как у рыбы, сброшенной на берег, но потом начинает смеяться.
Между ними проступает тягучая словно каркасная паутина, тишина и в ней нет ни благозвучности, ни умиротворения, а одни сплошные разногласия.
Он первым обрывает диалог, прошептав ей на ухо:
– Вижу, что вспомнила… Белка!
Влад делает едва заметный вдох, чтобы оставить в памяти ее незатейливый аромат. От девчонки пахнет: домом, проблемами и каким-то фруктовым гелем для душа, а может, и шампунем. Последнее он не определил еще, как и то зачем же ему это надо?
Тася
Это утро могло быть счастливым. Грядущий день явился бы удачным. Вся моя жизнь журчала бы спокойной, размеренной речкой и дело даже не в постоянных переездах, а в том, что я просто не умею быть тихим и пушистым зайчиком. Такой позиции пришлось придерживаться, когда еще в начальных классах, сторонясь общества, я хотела всегда быть незаметной, но каждый раз в каждой новой школе из-за своего молчания я становилась развлечениям для очередных королей и королев, которые, словно змеи варились в своем логове от скуки в ожидании новой жертвы. Тогда-то и пришлось зарубить себе в мозговой корке, что дети могут быть жестоки, очень жестоки и никогда… больше никогда в своей жизни я не позволяла никому переходить черту дозволенного. Поэтому и здесь в этой школе они должны четко все понять, кто такая Тася Медведева.
Понять… но как справиться с тем, от чьего дыхания кожу кроет инеем, а взгляд его вороньих глаз и вовсе сбивает сердечный ритм.
«Торчишь мне пять штук», – бр-р-р, тряхнув головой, я распахиваю школьные двери и вхожу внутрь. На автомате сдаю верхнюю одежду в гардероб и медленным шагом направляюсь в свой класс. На сердце даже не камень, а целый булыжник и в мыслях крупицы нескончаемого пепла вопросов.
До начала урока еще пять минут, а обстановка, как и полагается на переменах – галдежная. Я вовремя уворачиваюсь от бумажного самолетика и целенаправленно иду к своему месту, ступая по тому ряду, где не соприкасаюсь с Кристиной, но зато ее подружка уже наготове, и когда я прохожу мимо их парты, она резким движением ставит мне подножку. Серьезно? Это же детский развод… Так и хочется закатить глаза на их глупости. Кристина, невинно хлопая своими обмороженными ресницами, не, а как еще их назвать, если они у нее постоянно синие. Она смотрит беспечно, словно это не с ее позволения все делается. Я ловко перепрыгиваю через ловушку и пока одноклассница не успела вернуть свою ногу на место, разворачиваюсь и со всего маха пинаю прямо ей по щиколотке, у нее даже туфля слетает. Девчонка корчится и визжит, а я с победной улыбкой на лице оставшийся путь преодолеваю без происшествий.
– Эй, новенькая! Ты совсем неуравновешенная?! – верещит вдогонку Крис, но я и не думаю придавать этому значения. Навряд ли она на меня набросится при всем классе.
Так, где моя медалька? Опасные джунгли пройдены, капканы обезврежены. Хм… а это еще что за черное месиво растеклось тут по моей парте?
Тычу пальцем наглеца в спину, тот поднимает голову являя моему взору не самое миловидное личико.
– Белка!
Прежде я никогда не бывала в пустыне, но пару раз мне доводилось испытать на себе все прелести изнуряющей жары и вот как один из ее симптомов – это резкая засуха в легких. Отсутствие воздуха сдавило мою грудную клетку в тиски, и на миг я даже глаза прикрыла. Может, это все мираж? Блин, еще только начало весны и солнца-то почти не было, где мне так головушку-то успело напечь?
– Открою тебе секрет, но таким способом ты вряд ли от меня отделаешься, – а голос какой магический, словно в самой интонации содержится что-то такое притягивающее к себе внимание.
Нет-нет, а все же приходится открыть глаза и встретиться с этим пронизывающим, подобно сквозному ветру – взглядом.
Сидит, подперев рукой подбородок и блаженно улыбается. Этакий Архат. Вот только уж кому-кому, а ему, этому королю вороньей стаи никогда не достичь духовного просветления.
– Кыш с моего места.
– Чего? – хмурит брови и глаза такие потерянные, словно действительно не понимает, что здесь происходит.
– У тебя со слухом проблемы?
Подрывается с места, а после раздается характерный звук упавшего стула и пространство вокруг затмевает лишь одна темная фигура. Я не успеваю отпраздновать свой триумф, как в следующую секунду этот парень снова становится очень близко. Лицом к лицу.
– И не только со слухом, но и… с личными границами, – цежу сквозь зубы я отступая.
Как в танго – грациозный шаг назад, а мне в ответку – нападающее дыхание, в котором содержится чистый концентрат угроз. Наверное, мы бы так и шагали дальше, если бы не оказались у доски, в которую я врезалась затылочной частью.
Просто смешно. Кажется, это уже было и, кажется… совсем недавно!
Как дикий зверь, загнавший свою жертву в угол, он носом втягивает запах, где-то в районе моих ключиц. Хорошо бы за такое отвесить звонкую пощечину, но я отчего-то даже дышать забываю.
– Влад, – сквозь тишину, внезапно воцарившуюся в классе, пробивается дрожащий голос Кристины.
Но Влад никак не реагирует на ее зов, а только ловит мой взгляд, и в его глазах полыхают искры, как при сварке: огромные такие, оранжевые неоновые лучи. А говорят, на них смотреть нельзя, иначе ослепнешь. Наверное, со мной уже случилась потеря зрения и души, по-другому я просто не могу объяснить того, как невероятно сложно оборвать зрительный контакт с этим человеком.
– Белка, спасибо, что пригрела местечко, пока меня не было, но долг это не отменяет.
Парень возвращается обратно. А потом звенит звонок. Я словно гвоздями приколоченная так и зависаю у доски, когда в класс входит Галина Германовна.
– Медведева, похвально! Урок только начался, а вы так самоотверженно рветесь отвечать.
– Отвечать? – слова эхом слетают с моих губ.
Преподаватель ставит сумку на стул, а после снова перебрасывает свое внимание на меня.
– Ну да, отвечать! Что вы подготовили из творчества Некрасова?
– Некрасова?
– Ну да, Таисия! Некрасова, Некрасова…
– Таисия Некрасова, – следом передразнил учительницу кто-то с передних парт.
– Исаев! – она повысила голос и светловолосый паренек, вроде бы его зовут Паша или что-то близкое к этому, я еще не все имена одноклассников успела запомнить, а точнее, вообще не собиралась этого делать.
Исаев сидит себе и тихо посмеивается, но больше не решается вступать в полемику.
Дверь распахивается, и впервые за это утро я выдавливаю из себя улыбку. На пороге класса, как два ангела, сошедших с небес, машут мне приветливо рукой братья Воробьевы.
– Так, Антон и Платон, вы почему опаздываете? – сокрушается Галина Германовна.
– Автобус ушел прям перед нашим носом, – отвечает Антенна, а Плат тяжело вздыхает в ответ.
– Ладно, садитесь!
И я окрыленная светлыми мыслями, а еще перебирающая взглядом класс выискиваю себе новое место.
– Тася, вы куда?
Я на миг замираю, а потом делаю два шага назад, равняясь с учительским столом.
– Вы же сами сказали: садитесь!
– Медведева, хватит комедию разыгрывать.
Набрать побольше воздуха, словно тонешь, хотя почему «словно»? Так оно и было – я тонула, и чтобы не потерять последние капли кислорода сделала последний рывок наружу:
– Я не готова.
С позором, но все же меня наконец-таки спускают со «сцены». В зал я иду с гордо поднятой головой и не менее потерянным взглядом. Меня только спасает вовремя заболевшая одноклассница и она же соседка по парте Антенны. В общем, я переезжаю на неопределённый срок к своему второму другу.
– Че тут происходит? – трясет своей сиреневой шевелюрой Антенна.
– Ай, лучше не спрашивай, – отмахиваюсь я.
За окном печалится бледного цвета небо, словно молоко разбавили мутной водой, а сквозь эти размашистые мазки пытается проклюнуться подобно желторотику из яйца весеннее солнце. Зевок сам собой вырывается и я прикрываю рот ладошкой после чего слышу недовольное: кхм-кхм… от Галины Германовны. Она сложа руки крест-накрест восседает за учительским столом этакая баронесса на своем троне. Острым взглядом женщина обводит класс, выискивая новую жертву. И когда незаконно осужденных остается всего ничего, она плавно переходит к новой теме урока. В остальном же время пролетает совсем незаметно. Звонок на перемену больше похож на колокол свободы, что звенит, пробуждая нас от летаргического сна. Не теряя ни минуты, я предлагаю парням размяться за школой, вот только когда те спешат по лестнице вниз, мне навстречу выходит Михмат, что-то производное от отчества Михайлович, а вот имени я так и не запомнила. Преподаватель по биологии бросается ко мне, как бродячая собака, нашедшая заветную косточку.
– Тася, как хорошо, что я вас встретил, – Михмат поправляет съехавшие по переносице в крупных линзах очки. – Нужна помощь! Сходите в библиотеку и принесите в класс стопку учебников.
– Но у меня есть учебник.
– Это для тех ребят, кто до сих пор не соизволил обзавестись собственным.
Я далеко не пай-девочка и мне не составит труда высказать преподавателю все, что я думаю по поводу его просьбы. И словно чувствуя мой отказ Михмат внезапно испаряется, как первый снег на сыром асфальте. И нестерпимо хочется зарычать на весь коридор, бешеным тигром, сбежавшим этой ночью из зоопарка, а потом еще кидаться на всех и вся.
Злющая на несправедливости этого мира я забираю учебники и грозно топаю в сторону класса. Навстречу мне выходит кикимора болотная со своими подружками. Ой! Точнее… Тина, она же – Крис. Этот день сегодня закончится или нет?
Она очень близко проходит мимо, и шлейф ее приторных духов вызывает у меня тошноту, про которую я напрочь забываю, когда эта ненормальная толкает меня в плечо. Я роняю из рук стопку учебников, а в голове вопит сирена: все! Достала!
Хватаю одну из книг, целиться некогда, когда в крови адреналин ломает стрелку спидометра за двести. Одним ударом я попадаю ей прямо по голове. Голоса сливаются в унисон, школьники бегают по коридорам, и никому ни до кого нет дела. Кто-то оглядывается, но, не найдя для себя здесь ничего интересного, тут же отправляется дальше по своим делам. Подружки Кристины, замерев на месте, прижимают ладошкой рты. Правильно, девочки. Вам лучше молчать.
Я собираю оставшиеся учебники и просто сбегаю. Мне кажется, что Кристина сейчас очухается и побежит вслед за мной, но этого не происходит. Перед самым звонком возвращаются Антенна и Плат. Парни меня потеряли. Вот только вместо доброй и отзывчивой Таси они застают медведя Гризли. В общем, Плат первым понимает, что ко мне лучше сегодня не подходить. Следующие несколько минут я гипнотизирую взглядом всех, кто входит в класс. И каждый раз мне мерещится картина, как появляется кикимора, с дробовиком или как минимум гранатой в руках.
Воображение трескается подобно битому стеклу, а на пороге появляется Кристина, которая не выглядит ни сердито, ни ущемлено. Она спокойно проходит к своему месту и грациозно садится за парту. Весь урок Крис ведет себя вполне обычным образом. Ни в жизнь не поверю, что эта девчонка решила спустить все на тормоза. Что ж, скоро будет бой!