Kostenlos

Горячий генерал

Text
Als gelesen kennzeichnen
Schriftart:Kleiner AaGrößer Aa

– А что еще? – спросил он, рассматривая карту.

– Ты сможешь вернуть себе все с помощью этих денег.

– Да. И как? Нанять армию и пойти войной на императора?

– Вовсе нет, – я похлопала его по предплечью, – ты, юный натуралист, доверяешь мне?

– Да, Мату, – он кивнул.

– Тогда положись на меня.

– Хорошо.

– А теперь иди.

– Как ты догадалась использовать лису?

– Я ж тебя знаю как свои пять пальцев, кстати, как твои пальцы?

По лицу Тэнгиз пробежало недовольство.

– Да кстати, – пробубнил он, – Таян же едет, чтобы опередить меня. И он будет преследовать меня, особенно нагруженного сундуками с деньгами.

– Я его задержу, – твердо сообщила я.

– Как?

– Я что-то придумаю. Ты же меня знаешь.

– Мату, – осторожно сказал Тэнгиз, – ты понимаешь, чем ты рискуешь? Сейчас ты в клане Баяна, на стороне императора. Но когда они поймут, что ты делала все это для меня. Если они не согласятся на твой план, то они отвернутся от тебя. Ты можешь потерять все, как и я.

– Вау! Ты стал осторожным, братец Тэнгиз.

– Я беспокоюсь о тебе, раз больше не о ком.

Я вспомнила, что раньше Тэнгиз посвящал свою жизнь тому, что пекся о благополучии Далахаяи Данашили. Он был хорошим братом и любил оберегать их опасностей, вызывая огонь на себя.

– Если они отвернутся от меня, если ничего не получиться. Тэнгиз, я знаю, что мы будем делать.

– И что?

– Мы с тобой на эти деньги организуем флотилию и поедем открывать неведомые земли. У меня даже карта есть.

– Где?

– Вот здесь, – я постучала по своему виску.

– Это заманчивое предложение. Только ты и я.

– И американские индейцы.

Мы обменялись заговорщицкими улыбками. Пожали друг другу руки и даже обнялись. Тэнгиз свистнул своей лисе и скрылся, ему нужно было спешить, а мне надо было понять, каким образом я задержу Таяна.

Я вернулась на место привала, увидела задумчивое лицо Таяна, подумала о том насколько он красив. И что ох! и как же я буду его задерживать. Есть один способ.

========== Да придёт спаситель ==========

Комментарий к Да придёт спаситель

Эта глава у меня ассоциируется с песней Игги Азалии savior up, я слушала её, не переставая)))

Рудники Эль-Тимура. Ночь.

Как только я вернулась, то лагерь пришел в движение. То есть, все стали собираться дальше в путь. Я буквально чувствовала разлитую в воздухе нервозность. Таян почти не говорил со мной, и мое радужное настроение после встречи с Тэнгиз быстро развеялось, уступив место нарастающей тревоге.

Мне бы хотелось поговорить с Таян, объяснить ему все, что задумала, но я опасалась, что он никогда не примет моих условий. Единственный шанс виделся мне в эффекте неожиданности. Как будто наматывая нервы на стальной кулак, я связывала воедино судьбы некоторых людей, и боялась, что нити могут порваться. И если так случиться, то я потеряю все. Потому что эти нити идут прямо из моего сердца. Я похлопала себя по груди, физически ощущая, как эти нити натягиваются.

Таян, заметив мое движение, повернулся ко мне. Мы ехали впереди всех, совсем рядом. Его взгляд тяжелым камнем лег на мое сердце в предрассветных сумерках.

Мы въехали в деревню камнетесов, где местный староста кинулся к Таяну, упал на землю и сразу же поведал о том, что здесь только что был Тэнгиз и вывез множество сундуков, направившись вдоль склона горы Цзе Лунь.

Таян натянул поводья нетерпеливо взбрыкивающей лошади и бросил своим воинам:

– Он не мог далеко уйти, особенно с грузом, мы легко нагоним его. Быстрее!

Он развернул коня на ходу, я помчалась за ним, но он махнул рукой, чтобы я не следовала за ними. Естественно, в мои планы не входило оставаться в стороне, поэтому я только ударила лошадь ногами по бокам, чтобы не отставать.

Воины уже приготовили оружие, и даже Таян натянул тетиву лука. Я поразилась тому, что он мог сидеть на лошади, не управляя ей руками, занятыми оружием. Мы промчались по узкой каменной тропе, петляющей меж острых утесов.

Все происходило так быстро, что я просто никак не успевала задержать Таяна. И сейчас вот-вот нагоним Тэнгиз, который уверен, что у него есть время в запасе. Отчаянье захлестнуло меня волной. Думаю, Таян специально не разговаривал со мною и не дал отдыха, поняв, что мне нужно от него.

Вдали показались огни факелов, и, обогнув еще один крутой поворот, мы оказались на пологом склоне. Отсюда были хорошо виден караван деревянных сундуков в сопровождении нескольких рабов с каменоломен.

– За ними! – скомандовал Таян, привстав на стременах.

Солдаты криками подогнали своих лошадей. Люди Тэнгиз, заметив нас, в панике заметались вдоль повозок. Я увидела самого Тэнгиз впереди, он в панике смотрел на приближающихся всадников, уставившись на мой лазоревый халат. Видимо, узнал меня издалека.

Капитан Ло бешеным криком приказал поторопиться. В это же время я заметила то, что и хотела. Евнух Чоко в общей суматохе приблизился к сундукам, и тщетно искал запал. Не найдя его, он неожиданно выхватил факел у одного из рабов, собираясь поджечь бумажные деньги.

Естественно, что из-за неожиданного преследования Тэнгиз совсем позабыл о Чоко, решив, что уже обезопасил фальшивки, вынув заряды.

– Господин Таян! – крикнула я, опасно приблизив на полном скаку свою лошадь к его.

Таян повернул голову, он уже изготовил лук, отдав приказ стрелять на поражение.

– Господин Таян, стреляйте в евнуха Чоко! – крикнула я, указав на него пальцем.

Таян удивленно посмотрел на меня, а потом тут же натянул тетиву и стрела со свистом вылетела, попав в руку Чоко и сбив на землю факел. Евнух с немым ужасом оглянулся на нас, а Таян уже приготовил вторую стрелу. Тогда Чоко бросился на землю и ползком отправился в кусты.

Но даже если я спасла деньги, то мне никак уже было не остановить погоню. Еще пара мгновений и Таян нагонит Тэнгиз. С повозками им не уйти.

Моя лошадь нервно всхрапнула, потому что я слишком приблизилась к Таяну, и животные столкнулись между собой. Таян натянул поводья, чтобы увести своего коня в сторону, но при этом не снижая скорости погони. И тогда я поняла, что мне надо было сделать. Моя лошадь и так уже бешено храпела, поэтому я незаметно извлекла кинжал из рукава и воткнула бедному животному в бок. Я надеялась, что лошадь умрёт или упадёт по крайней мере, и тем самым я собью темп погони, перегородив путь. Но видимо мой удар был слишком слаб.

Моя лошадь заржала и встала на дыбы, вместо того, чтобы споткнуться и упасть под копыта лошади Таяна. Я зажмурилась и вцепилась в гриву, а лошадь несколько раз подпрыгнула, то поднимая заднюю часть, то вставая в свечку, чтобы сбросить меня. И когда ей это не удалось, потому что я крепко вцепилась в луку седла, она понесла.

Она закусила удела и из ее пасти розовыми хлопьями полетела пена. Стремительно лошадь обогнала Таяна, и мчала меня навстречу повозкам Тэнгиз, управлять ей было уже нельзя, так как она взбесилась.

На какое-то мгновение я просто закрыла глаза, потом сквозь свист ветра в ушах услышала крики позади, но не могла от страха понять, что мне кричат, разбирая лишь отдельные слова: «Прыгай, прыгай!». Но я не могла прыгнуть с лошади, потому что не обладала навыками настолько хорошего наездника и рисковала разбить себе голову или сломать все кости.

Мне удалось только обернуться и увидеть, что за мной скачет Таян, это он кричал мне. Я еще сильнее вцепилась в уже бесполезные поводья, луку и даже гриву, приготовившись к смерти на такой опасной дороге. В моей голове промелькнула краткая и мрачная молитва.

Вдруг сбоку от меня возник Таян. Он заставил своего коня взобраться чуть вверх по склону, чтобы нагнать меня. Его волосы и плащ развевались как знамя на ветру. Перед глазами у меня плясали красные круги. Таян уже предпринял отчаянный спуск, наши лошади вновь оказались рядом, я даже не понимала, как он смог заставить своего коня ехать так быстро. Он уже опередил меня всего на одну голову и на полном скаку протянул руку, чтобы схватить поводья моей лошади. Я с испугом посмотрела на него.

– Руку! Дай руку! – расслышала я.

Но я боялась отцепиться от лошади. Таян пронзил меня настойчивым взглядом и я выкинула одну руку в сторону. Одним резким движением он воткнул кинжал в сонную артерию моей лошади, а меня схватил и перетащил к себе. Я думала мое плечо вылетит из сустава, на какое-то мгновение я повисла между землей и копытами двух лошадей, а потом моя лошадь упала, скатившись по обрыву вниз, и Таян поднял меня обеими руками.

Но в этот миг мы оба не заметили, что конь Таяна оказался возле повозок Тэнгиз и чтобы не врезаться в них на полном скаку конь встал на дыбы и попытался развернуться. Таян все еще не успел посадить меня в седло, пытаясь утихомирить лошадь. И в результате конь загарцевал на месте, его копыта заскользили по мокрой траве и подкосились, мы вместе с лошадью покатились вниз по крутому склону.

Сразу же мы слетели с седла и сцепились в клубок, надеясь только, что конь не пробьет нам головы копытами. Но увлекаемые общим потоком мы подкатились к самому обрыву ущелья, где протекала бурная горная река.

И никто не успел затормозить, и это было и невозможно. Конь, даже не успев перевернуться, боком слетел вниз, и нас тоже с необыкновенной силой потянуло за ним. Возможно потому, что Таян не успел вынуть ногу из стремени.

Я повисла на шее Таяна, а он крепко обхватил меня, конь отделился от нас в воздухе и мы уже по отдельности падали вниз в реку. И я даже не успела подумать, что совсем не умею плавать, как мое тело обжег сильный удар и мы врезались в воду, сразу же пойдя на дно.

Тяжелые доспехи Таяна еще больше способствовали этому. Но мне-то уже было все равно. Дело в том, что я никогда не умела плавать и панически боялась водных глубин. Поэтому я вела себя как самый натуральный утопленник из ситуаций, которые нам рассказывают в школе на уроках ОБЖ. А именно я раскрывала рот, глотая воду, хваталась всеми частями тела за Таяна, топя и себя и его, и ничего не соображала от паники.

 

Хвала Таяну, он не растерялся и пытался всплыть, с трудом удерживая меня. Наконец, он вытолкал меня на поверхность. Я с трудом дышала, хватая открытом ртом воздух, кашляла наподобие кашалота и скользила пальцами по железным плечам Таяна, не замечая, что он и так держит меня.

– Держи меня, держи, я тону, тону! – я вцепилась в его шею и волосы.

– Мату, я держу тебя, успокойся, – донеслись до моего сознания его слова, – не души меня, нам надо к берегу, не висни так.

Я еще крепче вцепилась в его шею, опасаясь, что он отпустит меня. Таян отцепил одну из своих рук и погреб к берегу. Надеюсь, он та редкая птичка, что может Волгу переплыть, да еще и с таким паразитом как я. На наше счастье речка была не Волга и даже не Дунай, а так себе, не очень широкая, и потому вскоре мы оказались на месте, где уже можно было ногами достать дна.

Таян попытался отстранить меня, чтобы поставить на ноги. Я сначала не поняла его намерений, а потом с трудом встала на дрожащие ноги, вода доставала мне до шеи. Я в испуге взглянула на Таяна.

– Идти можешь? – спросил он.

Я судорожно кивнула. Таян нашел мою руку под водой и буквально потянул к берегу. Мы преодолели последнее расстояние и свалились на гальку. Дикий холод тот час же объял меня, как только мы вышли из воды. Река была очень холодной, а погода стремительно испортилась, и на небе собрались тяжелые черные грозовые тучи. В воздухе пахло дождем. Если не бурей.

– Вставай, вставай скорее, – сказал Таян осипшим голосом.

Он помог мне встать, мое тело сотрясала крупная дрожь, а вода ручьем текла по одежде. С Таян была та же история. Я взглянула наверх, откуда мы упали – порядочное расстояние. Назад уже не заберешься. Нужно искать обходной путь, чтобы вернуться к нашим людям. Видели ли они, что мы выжили?

– Грядет буря, – Таян потрепал меня по плечу, указав на небо.

– И мы, ребята, в самом ее эпицентре, – выбивая зубами дробь, закончила я цитатой из Сверхъестественного.

– Быстрее, укроемся в лесу, – Таян потащил меня к густым зарослям, видневшимся впереди.

Я не чувствуя тела, опасаясь, что ноги сведет судорогой, едва достигла лесной опушки и упала.

– Мату, – Таян оглянулся на меня, поднял, – тебе надо немедленно согреться, или ты заболеешь и умрешь, – обнадежил он.

– И тебе.

– И мне, вставай, прошу скорее.

– Ага, – я встала на одно колено.

Таян поднял меня на ноги, и вновь потянул в лес. В этот момент небо разразилось невероятным ливнем. Холодные потоки воды, яростные и сильные, обрушились на нас сверху.

Я плохо понимала, как нам выжить, поэтому полностью положилась на Таяна, зная, что он не подведет. Он что-то искал в лесу и наконец наткнулся на полутемные заросли ельника.

– Нужно залезть под ели, – сообщил он, – там сухо.

Ели раскинули свои широкие плотные ветви почти над самой почвой. Но когда мы упали на землю и пролезли под ними к самому стволу, то оказалось, что они как плотная крыша над головой. Внизу было сухая постилка из опавшей хвои, а в воздухе стоял терпкий запах смолы. Шум дождя стал более приглушенным.

Меня непрерывно колотила дрожь, так что я не могла нормально двигаться. Таян сел напротив меня, протянул рук и принялся снимать мой халат с плеч.

– Что? Чего вы делаете? – спросила я, вздернув плечами.

– Нужно снять мокрую одежду скорее, – сообщил он взволнованно, будто я никак не хотела понять его, – пойми, Мату, скорее, если ты замерзнешь, то умрешь. Надо согреться.

Мои руки застыли на вороте халата в защитном жесте. Я понимала о чем он говорит, мы в четырнадцатом веке и тут любое переохлаждение грозит чумой, холерой, корью и неминуемой смертью. Ведь тут ни воспаление легких, ни даже грипп не лечат.

– Как же мы согреемся, – клацая зубами, спросила я, – костер тут не развести.

– Да. Поэтому есть способ, – сказал Таян таким тоном, будто что-то задумал.

– А какой? – спросила я, но не получила ответа, Таян протянул руку и дотронулся до моей шеи, его холодные пальцы как змеи скользнули по коже, потом я увидела какую-то вспышку и отключилась.

Неизвестный лес. Ельник. День.

Было так тепло и хорошо. Я не хотела просыпаться. Во всем теле воздушная легкость. Я только хотела открыть глаза, как вдруг перед моим внутренним взором пронеслись вся череда событий. Моя лошадь понесла, Таян догоняет нас, мы кубарем летим с горы, ледяная горная река, ливень с неба. Мы залазим под густые ветви. Таян говорит, что надо раздеться, я медлю. И он протягивает руку к моей шее.

О нет! Мои ощущения проснулись, и я внезапно поняла, что я без одежды. Прежде чем прийти к мысли и дальше притворяться спящей я издала шумный возмущенный вздох. И почувствовала на своем лице теплое дыхание, знакомый запах гвоздики, древесного дыма вперемешку со сладковатым шлейфом цветочной воды.

Что ж это там, я разлепила один глаз. Я лежала на еловой подстилке, закутанная во что-то, а рядом… Да нет, не просто рядом, а прижимаясь ко мне всем телом лежал Таян. И он смотрел на мой открытый глаз. Я разлепила и второй и повращала глазами по кругу.

Кажется, мы завернуты в плащ, а сверху над нами еще какое-то плетеное покрывало или что-то в этом роде, ветки что ли. Но это все ерунда по сравнению с тем, что здесь не только я была голой. И мы тесно прижаты друг к другу. Хорошо хоть плащ скрывал всеобщую наготу. Ни дать ни взять нудистский пляж.

– Ммм, – промычала я, – мы что голые?

Таян кивнул. И тут я окончательно отошла от сна, в глазах и мозгу прояснилось. По телу пробежали электрические заряды. В местах, где наши тела тесно соприкасались под плащом, моя кожа вдруг вспыхнула огнем. Мне захотелось пошевелиться, хоть немного отстраниться. И как я вообще могла отключиться и позволить себя вот так раздеть? Это разве честно, я не могла это контролировать.

– Господь всемогущий! – охнула я, – господин Таян, это вы меня раздели?

Он молча кивнул. Я сглотнула. Он что видел меня голой? Может, он меня еще и рассматривал? Хорошо, что в Китае существует депиляция и мне сварганили ее перед свадьбой, а я думала не пригодится! Вот и случай подвернулся.

Но почему мы так тесно прижаты друг к другу? И кстати мне больше не холодно. Скажу больше, мне слегка жарковато! Я дунула себе на лоб. Но получилось, что дунула в лицо Таяну. Надо как-то разрядить обстановочку.

– Господин Таян, я что спала? – прохрипела я.

– Да, я усыпил тебя, чтобы ты не сопротивлялась, теряя время, – самым спокойным тоном сообщил он.

– Вы что со мной сделали? – я дернулась от возмущения и от того заново почувствовала прикосновения наших тел.

Я закусила губу и страшными глазами посмотрела на Таяна. Он ведь тоже без одежды. И как это он там выглядит? В смысле не прям там, а вообще в целом? Я тут же спохватилась, не отразились ли эти мысли у меня на лице, и выдернула руку, чтобы прикрыть рот, моя ладонь проскользила по обнаженной груди Таяна.

– Ой, – я скорее прижала ее к себе.

Таян слегка вздрогнул.

– Я нажал на сонные точки, – произнося каждое слово отдельно как робот, пояснил он, а потом высунул руку из-под плаща и коснулся моей шеи.

– Вот здесь сонные точки, – сказал он уже более расслабленным тоном, а я с остановившемся вдруг сердцем наблюдала за его обнаженным плечом.

Раньше я никогда не видела его без одежды, поэтому вид его плеча, ключицы и половины груди привел меня в смятение. Кожа у него золотистая, на плече и руке четко выделялись мышцы. Я медленно моргнула. Таян не стал убирать руку назад под плащ, наверно, опасаясь, что случайно всю облапает меня и сложил ее сверху.

– Зачем вы нажимали мне на сонные точки? Это законно? – спросила я.

– Я хотел поскорее раздеть тебя, – сообщил Таян, дернув бровью.

Я заглянула в его смеющиеся глаза. И прикусила губу, чтоб не улыбнуться.

– Шутить изволите.

– Разве можно оставаться серьезным в такой ситуации. Я думал, ты первая начнешь.

– Что начну?

– Веселиться. Ты всегда так делаешь.

– Аа, теперь ваша очередь, – пробормотала я.

– Мату, что ты так беспокоишься? Нам надо было согреться. И все еще надо.

– Да, но я никак не могу успокоиться, думая, что…

– Что?

– Что вы меня раздевали. Вы что видели меня голой?

Я бросила на него быстрый взгляд. Таян смотрел поверх меня, стараясь видимо не смущать меня. Но куда уж больше, мы голенькие прижались друг к другу, валяемся под елкой. Согреваемся так сказать. Но что меня действительно волновало. Он меня видел полностью голой? Как я выгляжу? Вдруг что не так? Какой ужас, сгораю от стыда, не могу же я спросить ну и как там мое ничего?

– Да, видел, и заметь уже не в первый раз, – ответил он запоздало на мой вопрос.

– Как это? – я опять дернулась.

Таян усмехнулся.

– Когда ты танцевала, помнишь.

– О да, лифон слетел прямо на сцене. Позора не оберешься, но зал аплодировал.

– Я тогда правда был очень разозлен и не смог оценить твой танец.

– Да, а почему?

Он помолчал.

– Мне не хотелось, чтобы кто-то видел тебя кроме меня.

– А… да… я, – у меня ком к горлу подкатил, я почувствовала себя так же как перед тем, как он поцеловал тогда меня в спальне. По телу пробежала волна жара, исходившая то ли от меня, то ли от него. Трудно было определить. Язык у меня прилип к небу, и я не могла сказать ничего путного.

– Ты не очень долго спала, если тебя интересует. Пока не пройдет дождь, то лучше оставаться здесь, – выдал мне Таян сводку новостей.

– Скоро наверно закончится, – я кивнула.

Разговоры о погоде. Может, еще и чай разопьем. Был, конечно, уже день, но из-за непогоды и густого ельника здесь царил серый полумрак. Но я могла различать лицо Таяна и думаю, он мог видеть мою застывшую и ошалевшую физиономию. Я подумала, время пришло.

– Господин Таян, вы на меня сердитесь из-за всего этого?

– Из-за чего?

– Да вы сами все знаете, не так ли?

– Ты любишь говорить загадками.

– Кто бы говорил.

– Нет, не злюсь.

– Мне надо наверно вам все объяснить, раз так вышло. И нам все равно надо о чем-то поговорить.

– Подожди, – он чуть откинул голову назад, – не нужно, я знал, что ты что-то задумала, но не стал тебя останавливать.

– Почему, если знали?

Он задумчиво посмотрел поверх моей головы.

– Потому что я хотел довериться судьбе. Я не верил тебе с самого начала. Хотя и много раз ты доказывала свою верность. И в какой-то момент я был близок тому, чтобы запутаться. Если человек хоть сколько-нибудь умен, его должны одолевать сомнения. И меня они тоже преследовали. Но сомнения и вера дополняют друг друга. И когда они полностью поправят друг друга, то появится знание, и оно будет подлинным.

– И какое знание появилось у вас? – с тревогой спросила я.

– Я понял, что больше не хочу, чтобы мы были врагами.

– Но мы бы не стали врагами, – с жаром пояснила я, – я все устрою, вот увидите.

– Послушай, Мату, – он почти ласково взглянул на меня, и этот его взгляд обжег меня сильнее, чем любой страстный взгляд, – ты да, ты бы не могла стать моим врагом. Но не я. Боюсь, я не обладаю для этого таким великодушием. Поэтому я рад, что ты выполнила то, что хотела. И теперь мы здесь. Мы не погибли. Это уже хорошо. Значит, я сделал все верно.

– Ну да, – брякнула я, чувствуя жжение в груди, распространяющееся по всему телу.

Некоторое время мы молчали. А потом он посмотрел на меня прямо и нежно. Лицо его в серых сумерках казалось столь же мягким ранимым и далеким, каким я никогда не видела. Я чувствовала, будто мое сердце превращается в хрусталь и разламывается на острые осколочки, разлетающиеся по кровеносным сосудам. И все тело кололо от этих стеклышек от головы до ног.

– Мату, – произнес Таян еще более понизив голос чем обычно, – у тебя тут кровь.

Он провел пальцами по моему лбу. Я затаила дыхание.

– Поранилась, и еще я должен сказать. Ты нужна мне.

– И я. и мне… и вы тоже, – произнесла я, чувствуя безумное смятение.

Внезапно мне стало даже страшно, и я заговорила быстро и всякую чепуху:

– Я хочу сказать, господин Таян, вы очень великодушны. Я вам расскажу все, что знаю, и даже кое-что покажу. Боюсь, что карта размокла, но это полная ерунда. Все дело в том, что Олджей и Ван У думают, что сговорились, но на самом деле у меня есть план, как все это…

– Подожди, – Таян шепотом прервал меня, не меняя выражения своего лица, – ты можешь ничего не говорить?

– Почему это? – еще более волнуясь, спросила я.

– Когда ты так разговариваешь, я еще меньше могу сдерживаться.

– Что? – пискнула я.

– Я только и думаю о тебе, и слышу твой голос в голове, даже если тебя рядом нет, – просипел он и тяжело вздохнул.

 

Мне казалось, я понимала, о чем он говорит, ощущая как наши тела горят, словно в огне. Мне хотелось сказать, что я тоже думаю о нем. Но вместо этого я сказала:

– Я тогда помолчу.

– Хорошо, я ведь ничего не сделаю. Если ты не хочешь.

– Ну разумеется, – мой голос чуть не сорвался.

Таян приподнялся и навис надо мной, опираясь на свои руки. Я взволнованно прижала ладони к груди, стараясь смотреть только ему в лицо.

– А помните, как мы под статуй бывали в подобной ситуации? – сообщила я с наигранным весельем, – только все было немного по-другому.

– Все хорошо, – Таян выдохнул эти слова, и меня коснулось его дыхание.

Я машинально закрыла глаза, почувствовав его приближение. Хотя он и сказал, что будет ждать моего разрешения, он все же коснулся моих губ. И это было правильно, потому что я бы никогда не смогла дать своего согласия вслух. Наверно, он это понял

Его губы были теплые. И он совсем легко и невесомо коснулся моих. Но не отпрянул сразу, я испустила немного испуганный вздох, и тогда он вновь поцеловал меня, перевернувшись на бок, и прижав меня к себе.

Я потонула в его объятиях, но все еще не прекратив мысленно думать о тысячах мелочей. Что он сейчас думает? Что думаю я? Как я целуюсь? Что будет дальше?

Я ощущала как маленькие острые хвоинки впиваются мне в кожу, в то время как поцелуи Таяна как и его руки, обнимающие меня казались бесплотными.

В моей груди рождалось трепетная нежность. И я дрожала, но не от холода. Мне захотелось и самой обнять его, и я неуверенно коснулась рукой его плеча.

Таян почувствовал это легкое прикосновение и, не размыкая наших губ, вновь перевернул меня на спину. Его легкие и воздушные, прерывистые поцелуи становились более уверенными, не потеряв при этом своей нежности.

И я знала, что он по-прежнему контролирует себя точно так же как и всегда. И от этого чувства в моем сердце огненный цветок разгорался все сильнее. Он всегда оставался самим собой. Даже сейчас. Его прикосновения были такими бережными и осторожными. Я сразу поняла, что это вовсе не животная страсть, настигающая случайных любовников. Это что-то другое. Что-то, что заставляло слезы наворачиваться на глаза и раскрывать свою душу друг перед другом.

Я тайком открыла глаза, и увидела его лицо, мы застыли на секунду. Я выдохнула, перед глазами все расплывалось от этого неведомого чувства. И Таян тоже прерывисто вздохнул, я даже подумала, что он сейчас потеряет контроль и в его глазах загорится дикий огонь.

Я чувствовала как напряжено его тело, но он не изменился, и тайная страсть горела где-то в глубине его карих глаз. Его руки скользнули за мою спину и он слегка приподнял меня. Я еще раз выдохнула и тогда Таян вновь коснулся моих губ. И потом я ощутила тяжесть его тела на себе и его запах, который никуда не делся даже после купания в реке и дождя, аромат дыма и пряных трав смешался с терпким запахом хвои и смолы.

Барабанная дробь дождя громче зазвучала в моих ушах, соединяясь с шумом крови и пульса. Я чувствовала кожей горячую кожу Таяна и его быстро-быстро бьющееся сердце. Шепот ночного ветра слился с шепотом его губ, он что-то сказал, но я никак не могла понять что.

И тогда наконец его руки как легкокрылые бабочки скользнули по изгибам моего тела, нигде надолго не задерживаясь, словно он просто изучал, или боялся сорваться.

Я поняла, что мне становится все труднее и труднее дышать, и становится все жарче, с отстраненным пониманием я почувствовала, что сейчас все свершится. Таян сильнее прижал меня к земле. Его волосы упали сбоку от моего лица, щекоча шею и ухо. Он приник к мои губам, но не целовал их, а просто глубоко, а иногда и прерывисто дышал.

На мгновение я сжалась, не сумев расслабиться, одним резким движением он проник в меня. А потом новое чувство охватило меня, боль вперемежку со страхом, растворяющиеся в волне наслаждения и радости от того, что я теперь принадлежу ему.

Таян прошептал мне в губы что-то вроде «Ты в порядке?» или «Все хорошо?», я даже позабыла монгольский язык враз. Поэтому смогла ответить только: «Таян».

Его губы дрогнули. И я все еще ощущала боль, пока мое тело будто таяло под ним, превращаясь в сотни голубых бабочек, поднимающихся к небу.

– Мату…– прошептал он.

– Таян, я…

Не знаю, что я хотела сказать по своей привычке. Но Таян задышал все чаще и его руки опять обняли мои плечи и он крепко-крепко как никогда раньше прижал меня к себе. Он уткнулся в мои волосы.

А потом он перекатился на бок, увлекая меня за собой, наши тела разъединились. И я даже отодвинулась чуть-чуть, чувствуя свое тело будто чужое, оно было невесомым и тяжелым одновременно, а перед глазами плясала радуга.

Таян пронзал меня взглядом как электрошок. Его глаза теперь светились янтарным светом. Он так внимательно смотрел на мое лицо, что я наконец почувствовала запоздалое смущение. В голову резко вернулся поток мыслей, это что я только что потеряла невинность? Это точно? Несильная ноющая боль между ног и жжение вдруг подтвердили эту мысль. Я приложила руки к своей горячей и набухшей груди. На мои щеки вернулась краска.

– Что теперь делать? – спросила я не в силах пошевелиться.

Таян почему-то радостно улыбнулся при виде моей растерянности.

– Иди сюда, – произнес он и притянул меня к себе.

Он вновь прижимал меня к себе очень-очень крепко. Хотя раньше его объятия не были такими. Он всегда касался с осторожностью и невесомо. Но теперь словно волшебное заклятье спало и я чувствовала тяжесть и крепость его рук на себе.

Я уткнулась лицом в его грудь. Таян провел пальцами по моим волосам.

– Твои волосы такие мягкие и пушистые. Ты в порядке? – спросил он, и его дыхание сорвалось. Как будто он сейчас был готов утонуть в реке. Его сердце опять набирало стремительные обороты бега в груди.

– Да, – ответила я.

Он помолчал. И я все еще не могла прийти в себ. Я так долго готовилась к этому событию. Но произошло оно неожиданно, даже слишком неожиданно. Я прислушалась, дождь прекратился. Стало очень тихо. А потом тишина была нарушена оглушительным стрекотом цикад.

– Не может быть, – сказала я.

– Что? – Таян лег так, чтобы видеть мое лицо.

– Ну мы это… – я нервно хихикнула, – я никогда не думала, что это произойдёт так.

– Как? – тревожно спросил он.

– В лесу, под елкой. Мы голенькие.

Таян улыбнулся и вздернул брови.

– Я тоже не ожидал этого.

– Значит вы это не подстроили?

– Я еще не настолько стратег.

– Я так не думаю, – рассмеялась я.

Несмотря на эти смешки и наш разговор я все еще чувствовала некую неловкость от того, что сейчас произошло, и что мы продолжаем лежать так без одежды. Я не знала должны ли мы сказать друг другу что-то вроде признаний в любви. Никто из нас никогда не произносил этих слов. Хотя Таян и говорил что я нужна ему. Я взглянула в его лицо, надеясь увидеть там опять что-то новое. Его лицо и вправду было другим. Оно казалось мне теперь беззащитным, словно он на время снял свою броню. Под его глазами залегли темные круги и казалось будто они подведены черным карандашом, а щеки осунулись, выделив сильнее скулы.

В голове промелькнули воспоминания о его руках на мое теле, о его дыхании. Я все еще ощущала это. И кровь вновь забурлила в венах. Я не могла поверить, что это произошло.

Иногда ведь людям и не надо слов. Так даже лучше. Хоть и каждое слово Таяна на вес золота, потому что он не из тех кто любит трепаться. В отличие от меня. И наверно от меня он ждет этих особенных слов. Но я как язык проглотила, я в жизни никому не признавалась в любви. И говорить это сложно. Нет, это даже невозможно.

Я вздохнула. Таян медленно поднял веки.

– Я не ожидал, что ты согласишься, – сказал он.

– Я и не соглашалась, формально, – ответила я, – что теперь? То есть, как быть, разве вы не хотели, чтобы брак был фиктивный?

– Нет.

– Что нет?

– Я этого никогда не хотел. Ни одного дня. Но я должен был подождать, когда и ты расхочешь этого. Правда я не знал, что это произойдет сейчас.

– Хватит уже так говорить, будто я вся такая внезапная. Сама в шоке.

Таян встревоженно посмотрел на меня.

– Не бойся, ничего плохого не случилось.

– Я и не думаю, что это было плохо.

– То есть, тебе понравилось?

– А вам?

Таян прикусил губу.

–Я думаю, что никогда и ничего подобного у меня не было.

– А у меня тем более.

– Мату, – он коснулся моей щеки, – я рад, что ты доверилась мне.