Zum Hörbuch
Сборы, или, как их начали называть в середине 1990-х, сходняки, были важнейшим ритуалом в жизни группировки. На них решались текущие вопросы и тренировалась коллективная мобильность группы, которая требовалась во время войн. С помощью сборов старшие контролировали младших. Их нельзя было пропускать без уважительной причины. В 1980-е сборы могли проходить ежедневно по два-три часа в день. К середине 1990-х собирались уже реже: не более трех раз в неделю на полчаса-час. Во время экстренных ситуаций, например войны с другими группировками, проходили строгие сборы или «обязаловки». Сборы были первым, с чем ты сталкивался, приходя на улицу.
1976 г.р. Роберт Гараев
Состоял в группировке «Низы» в 1989–1991 годах
Мои первые сборы были максимально окружены дворовой романтикой. Макс с Димоном привели меня к шести часам вечера на окруженную серыми многоэтажками уютную полянку в районе разъезда Восстания. На фоне серых типовых домов она, окруженная зарослями канадского клена, смотрелась крайне чужеродно. В центре горел костер, в который мы скоро начали кидать принесенную картошку. Человек двадцать моих сверстников должны были провести на этом месте полтора-два часа.
Больше других мне запомнились двое – Бисприк (от слова «беспредельный»), маленький, юркий и авантюрный добряк, обматывающий ноги пластинами свинца для того, «чтобы удар был пиздаче», и Малыш – наш «крайний» (то есть смотрящий, что-то типа старосты класса, у каждого возраста их должно было быть двое). Малыш был голубоглазым блондином с пухлыми губами, косой челкой и в моднейшем, как мне тогда казалось, прикиде. Его штаны были не менее 32 сантиметров в ширину, что было в топе тогдашней пацанской моды, еще он носил импортную олимпийку. Но главное, что Малыш много и ярко говорил, часто до крови из носа отстаивая свою позицию. В этом была его суперспособность. Но еще он был параноиком и психопатом.
Внешних опасностей на сборах было две. Во-первых, менты, которые могли в любую секунду приехать и забрать в отделение тех, кто не успеет убежать. Во-вторых, курировавшие нас старшие, которые заходили с проверками. Проверяли они наше количество, могли внезапно нагрянуть и застать кого-нибудь за курением сигарет, хотя для наказания хватало и сигаретного запаха, желтых пальцев или застрявшей в кармане табачинки. Курение было под запретом и считалось серьезной провинностью. Чтобы назначить всему возрасту наказание – пиздюли, – достаточно было одного провинившегося.
Меня не покидало ощущение, что я самозванец, а расплата за то, что я посмел «примазаться», будет грандиозной. Я только окончил художественную школу и посещал все привозные выставки, собирал виниловые пластинки, был бывшим отличником (то есть задротом) – моя биография абсолютно не вписывалась в происходящее вокруг. На первых же сборах я чуть не облажался. Пацаны стали обсуждать новую группу «Сектор Газа». Я, подумав, что это что-то из международной повестки программы «Время», ляпнул невпопад и рассмешил своих собеседников. Этого не было в моих планах: вообще-то я рассчитывал им понравиться и сделал для этого все, что успел. Например, перед выходом тренировался произносить фразу «Привет, пацаны!» возле зеркала. Смех – это, конечно, хорошо, но лучше, когда смеются не над тобой.
Я отчетливо помню статью о драке двух группировок, которую прочел незадолго до этого. С каждой стороны было человек по шестьдесят с монтажками и металлическими шарами, в газете писали о проломленных черепах, смертельных исходах и не подоспевших вовремя милицейских «бобиках». А в том, что я увидел тем сентябрьским вечером, была густая уличная романтика, мужская дружба и то, что подразумевают под словами «плечо к плечу». Забегая сильно вперед, скажу, что я жестоко ошибался.
1972 г.р. Александр А. (имя изменено)
Вступил в группировку в 1985 году
Помню, бежал, ног под собой не чуя, на первое собрание после второй смены в школе. Сумку зашвырнул за какие-то сараи, а галстук пионерский снять не догадался. Старшие товарищи поржали и посоветовали алую материю снимать перед собраниями, а лучше вообще не носить. Причем эти же товарищи мне ее и вешали торжественно на шею за четыре года до этого. Пришивался без пиздюлей, контора тогда довольно крупная была, не двор и не коробка, правила то ужесточались, то ослабевали. Да и перед пришиванием я много времени проводил с друзьями-участниками: ходили вместе в спортивные секции, в хоккей играли. Так что пришив был делом формальным.
1973 г.р. Андрей Борзихин (имя изменено)
Состоял в группировке «Хади Такташ»
Обычно смотрели на человека, могли и через пиздюли пришить. Дисциплина жесткая была, утром бегали к соседям «C добрым утром»[31]. Когда на улицу приходил какой-то чертоватого вида молодой человек и с виду вызывал сомнения, обычно спрашивали: уверен ли он в своем выборе, готов ли к пиздюлям? Если он не уходил, запускали в круг и били, но руками – ногами только врагов можно было. После пиздюлей снова интересовались: не передумал ли? Если не отказывался, то пришивали к пацанам. Кстати, когда отшивали, тоже давали выбор: как пацан отошьется или как чушпан? Если выбирали пацановский вариант, то били жестко, но оставляли возможность пришиться к другой группировке. Если чушпанский, то не били, гасили[32] и все. Часто соглашались на чушпанский вариант, боялись пиздюлей.
1973 г.р. Андрей Питулов
Состоял в группировке «Светлая» в 1990–1993 годах
Предприниматель, клубный деятель
Кажется, это был октябрь-ноябрь 1990 года. На сборы меня привел друг, все происходило на территории группировки «Светлая», на одноименной улице, недалеко от кинотеатра «Идель». Сборы шли с шести до восьми или девяти часов вечера. Пацаны стояли в кругу, было два возраста – супера, к которым я пришел, и молодые, то есть возраст старше. Меня представили: вот такой-то, хочет быть с нами. Я вышел и говорю: «Пацаны, хотел бы быть с вами, хотел бы защищать улицу, то есть территорию». Молодые мне задавали какие-то вопросы, но особо не пробивали – за меня же поручился человек. Сказал, что я его знаю, ручаюсь за него, он порядочный. Я действительно нигде не был замечен, ни в окодах никаких. Я не помню, пришлось ли мне в первый день вставать в отмах – там же проверяли, нужно было с кем-то побиться. Но в первые два месяца мне регулярно приходилось драться. Мы собирались на хоккейной коробке, все это было похоже на тренировки.
1976 г.р. Алексей «Снежок» Снежинский
Экс-участник группировки «Слобода», экс-киллер группировки «Жилка»
Отсидел, принял ислам, занимается строительным бизнесом
Первый раз я пришел на сборы в неурочное время и в неурочном месте. Был четверг, сборов вообще не должно было быть, просто решался вопрос в отношении одного мальчишки – его отшивали с улицы. Сначала был разбор полетов, потом завели за стенку и жестко его и отшили. Собрался возраст, пригласили его прийти не туда, где сходняк был у молодежи, а в другое место – около клуба «Полет». Они удивились, потому что об этих сборах было объявлено на перемене друг другу шепотом. «Стоять! А как ты вообще сюда пришел? Каким образом ты здесь оказался? Никто же об этом не знал!» И я не знал на самом деле. Поэтому, я говорю, это просто предопределение. Вот что-то щелкнуло, и кто-то мне сказал встать и идти, и все. Внешние силы есть.
Роберт М.
Вступил в группировку в Приволжском районе в 1992 году
Я вступил в это движение в 1992-м, когда был студентом одного из техникумов города. Подтянул меня мой друг. Все тогда знали и понимали, что ходить по улицам становится небезопасно, да и выбора особого не было. Либо ты с пацанами, либо тебя гасят и трясут бабло. Началось все стремительно. Спортивный костюм Adidas, сборы на стадионах под видом игры в футбол. Для поддержки боевого духа организовывались спарринги, где ты обязан был выстоять, и неважно с кем – другом или профессиональным боксером. Курение категорически запрещалось, но мы все равно тайком курили.
1981 г.р. Марат Т. (имя изменено)
Состоял в группировке в 1995–1999 годах
Бизнесмен
Первый сходняк хорошо помню. Пришел с пацанами, мне сказали: вот парни, вот улица, типа, все дела, отвечай на вопросы. Я постоял в стороне, люди общаются между собой, стоят в кругу, потом подзывают меня. Задали десяток вопросов из разряда «Почему решил подойти к улице?», «Почему именно к этой улице?», «Кого знаешь?». Отвечать было просто: с пацанами общаюсь, с пацанами живу, решил поддержать своих друзей и близких, решил присоединиться к вам, потому что у вас хорошая репутация, зарекомендовали вы себя на отлично, бла-бла-бла, устраивают уличные принципы и конкретно ваша улица. К тому времени, в 1995-м, это уже превратилось в такой элитный клуб: никого никуда не затаскивали, не приведи господь. Приходили только проверенные люди, у которых есть репутация, за которых могут поручиться. В массовости, в толпе уже не было необходимости. Эпоха 1980-х – начала 1990-х, когда воевали за асфальт, когда нужно было собирать орду в пятьсот человек, чтобы где-то, кого-то, чего-то накрыть, закончилась. У нас небольшая улица была, всего человек тридцать в младшем возрасте. Я, наверно, где-то 31-м, 32-м был.
После этого сказали: «Окей, дружище, а теперь проверим, на что ты способен». Надо было подраться, себя проявить; стояли старшие, трое человек. Вышел один, погоняло Белый, как сейчас помню, здоровый лось. Я такой: «И че, с ним?» – «Да». Ну и я огреб пиздюлей. Я получил пизды, но достойно. И все: «Вытри кровь, вытри сопли, присоединяйся к пацанам». И так понеслось: три раза в неделю сходняк, раз в месяц сдавали в общак.
1982 г.р. Антон Т.
Состоял в группировке «Телестудия» в 1996–2000 годах
Спросили: «Откуда и почему к нам?» Было похоже на собеседование, только антураж другой: все стоят в кругу и смотрят на тебя. Сборы – это такие системные совещания. Если не было суровых вопросов, то минут пятнадцать-двадцать какие-то подвиги обсуждали и расходились. До трех раз в неделю это было. Иногда были строгие, обычно, когда мы с «Домом обуви» воевали, собирались каждый день.
1976 г.р. Алексей «Снежок» Снежинский
Экс-участник группировки «Слобода», экс-киллер группировки «Жилка»
Отсидел, принял ислам, занимается строительным бизнесом
Когда ты с пацанами, ответственности прибавлялось. Уже нужно где-то лицо своей улицы представлять, поэтому взвешиваешь поступки. Если какая-то ситуация возникала – пьяные загуляли с соседней улицы, а ты один, – ты готов с ними драться. Думаешь: ну и ладно, неважно, чем это закончится. Сломают, ну и пускай, зато за улицу! Ты понимаешь, что если встречаешь своих пацанов, то надо подойти поздороваться за руку, тем более со старшими. Не отвернешься куда-то, а через дорогу перейдешь, поздороваешься, потому что это твой старший возраст. Нос задираешь тоже – ты же теперь с пацанами, можешь где-то что-то себе позволить, например, лишнего. Хотя и так никто не обламывался. Мы-то росли, в принципе, пацанами, просто потом это поняли – что мы пацаны.
1976 г.р. Роберт Гараев
Состоял в группировке «Низы» в 1989–1991 годах
В обмен на новый статус ты должен исправно посещать сборы три раза в неделю и раз в месяц платить в небольшой общак. Запрещалось курить, пить алкоголь и употреблять наркотики. За последнее жестко отшивали, за провинность в первых двух пунктах просто давали пиздюлей всему возрасту. Честно признаться, третий пункт был условным: на тот момент настоящие наркотики я видел только по телевизору в страшных милицейских сводках и в «видеофильмах» (так мы тогда называли фильмы, увиденные в только появившихся видеосалонах).
Опасно было, если твои дом или школа находились на территории враждующей группировки, но враждующей в какой-то момент могла стать любая близлежащая улица. Я жил на территории «Панелей», с которыми «Низы», слава богу, не враждовали. Но я ездил к бабушке в центр на Большую Красную, а там были совсем другие порядки и дерзкая молодежь группировки «Тельмана Рабочий Квартал».
Таких романтичных сборов, как первые, больше не было. Во-первых, костер попал под запрет: слишком заметен для ментов. Во-вторых, мы теперь не курили на территории самих сборов. Для этого тихонько отходили по двое в подъезд, заодно и погреться, если дело было зимой. В-третьих, само место сборов приходилось часто менять, потому как менты достаточно быстро их вычисляли и приезжали нас разгонять. После того пустыря мы чаще всего собирались на площадках двух школ на нашей территории и играли в футбол. Футбол мне не особо давался, и поэтому я его недолюбливал. Меня ставили в защиту. Единственный урок, который я вынес: если на тебя бежит противник с мячом, надо подбегать к нему и пинать ботинком по ноге, а уже после пытаться отнять мяч. Это в нашей игре разрешалось.
Сборы были обязаловкой и довольно скучным занятием. Когда приезжали разгонять менты, это развлекало. Пробежка врассыпную дарила тебе на какое-то время адреналиновый всплеск. Убежать было относительно легко, и самое главное, что возвращаться обратно было не надо – можно было спокойно пойти домой или затариться в какой-нибудь теплый подъезд вне нашей территории. Но сборы нужны были нашим старшим: они были показателем нашей мобильности и силы.
1968 г.р. Дмитрий
Стоял у истоков группировки «Аделька»
Предприниматель, протестант
Раньше были просто дворовые блатные, между алкашей, бывших сидельцев и среди всяких горлопанов шишку держали[33]. Их звали стариками. Они к группировке никакого отношения не имели. Притесняли молодых, естественно, были у них на побегушках всякие. Мы же были выходцы уличные, но мы с ними считались, потому что они были взрослые. А когда уже перешли в пятый-шестой класс, со всякими ихними выкрутасами начали бороться. Возмущались между собой и говорили друг другу: «Ну все, надо решать!» Где-то в 1983–1984-м, когда я после восьмого класса пошел в училище, мы начали собираться и решили этот вопрос.
Тогда среди наших рядов пошло уже не пить, не курить, заниматься спортом. Старики посмеивались над нами. В один прекрасный момент мы под видом, что у нас якобы возникли серьезные проблемы с другими улицами, «Калугой» и «Комбинатом», пригласили их на стрелку. Мы частенько в этих зарослях собирались и в этот раз всеобщие сборы сделали, человек 160 нас собралось со всей улицы. Старики пришли – их где-то человек семнадцать-восемнадцать было. Вот так вот мы и лишились стариков. Мы их избили, прогнали, и больше они к нам нос не совали. В результате появилась [группировка] «Аделя Кутуя», и нас стали звать «аделевские».
1981 г.р. Марат Т. (имя изменено)
Состоял в группировке в 1995–1999 годах
Бизнесмен
Если собирались на улице, то все зависело от погоды. Никто – ни мы, ни наши старшие – не хотел себе жопу морозить. Приходили решать текущие вопросы: кому как помочь, кто где залетел, кому на лагерь отправить, если кто-то сидел из возраста в данный момент. Полчаса-час можно летом постоять, груши околачивать; если старших нет, пойти поднакуриться, пивка попить. Это превращалось в посиделки каких-то мальчишек без контроля, где они делились своими переживаниями. Дети по сути.
1976 г.р. Алексей «Снежок» Снежинский
Экс-участник группировки «Слобода», экс-киллер группировки «Жилка»
Отсидел, принял ислам, занимается строительным бизнесом
Тогда по воскресеньям в Казани в шесть вечера начали показывать по телевизору диснеевские мультики. А у нас сборы в пять. И Галя начал раскачивать весь возраст: «У меня младший братишка, мама обязала с ним сидеть до шести, так что в пять не могу – на сборы его я же не потащу с собой, там год ребенку! Давайте на шесть перенесем». Все говорят: «Так в шесть часов мультики начинаются!» Галя стоит на своем, мы на своем, не можем договориться между собой. Всё, ну это волосы. Пришли старшие и сказали: «Вы будете теперь собираться в 17:30». Я удивился: «А как мы-то не додумались до этого?» Это же просто – если никто не уступает, то все тогда, пополам. Я подумал: как же это просто-то на самом деле.
…А девчонка та
Не поверила:
Ты мотаешься,
Тебя любить нельзя.
Ну и стал он пить,
Начал он курить.
Был он супером,
А теперь забыт.
Казанский уличный фольклор
На улицах Казани не было единого правила, во сколько лет пришивать к группировке, поэтому я устроил анонимный опрос среди подписчиков группы «Казанский феномен», участвовавших в уличном движении. 25 % (228 человек) из 899 проголосовавших, как и автор этих строк, начали уличную карьеру в 14–15 лет. Еще 21 % (187 человек) ответили, что «не были с улицей, но знают тех, кто оказался там в 13 лет». 14 % (128 человек) признались, что им было 12–13 лет.
Потом в порядке убывания идут такие ответы: «16–17 лет», «Мне было меньше 12», «18–19 лет», «20 и более». Конечно, опрос во вконтакте – это не научное исследование, но больше половины отдавших голоса были группировщиками – это больше ресурсов любого из известных мне социологов, занимавшихся этой темой.
Основные ответы достаточно предсказуемы, но мне показались интересными два момента. Во-первых, возраст присоединявшихся к улице: сорок человек вступили в группировки, еще не достигнув двенадцати лет (среди моих собеседников был даже человек, начавший уличную карьеру в восемь лет в конце 1970-х в одной из группировок центра Казани). Во-вторых, тот факт, что на улицу не было принято приходить после двадцати лет. Все начиналось гораздо раньше, хотя были и исключения: отбывающий сейчас срок по 210 статье Уголовного кодекса РФ лидер челнинского «29-го комплекса» – одной из самых влиятельных группировок Татарстана – Адыган Саляхов (Алик Большой) пришился к своей группировке только в 25 лет и сразу стал двигаться семимильными шагами.
Младший возраст, нижняя ступень в местных группировках, называлась по-разному: скорлупа, шелуха, пиздюки, чеграши, зеленые, первый возраст. Это было сродни подготовительному классу: никаких серьезных поручений (особенно если тебе двенадцать), кроме как постоять на пиках[34], таким малышам просто нельзя было давать. Зато на них строже всего действовал запрет на сигареты, алкоголь и наркотики.
В крупных казанских группировках было до шести возрастов: спустя в среднем год или два после уже названного младшего возраста в один день вы все вместе переходили на ступень выше и становились суперами. Это происходило в тот момент, когда ваши старшие (супера) превращались в молодых (из-за схожести названия этого возраста с младшими часто возникала путаница), в то время как молодые становились средними, а те – старшими, и так вплоть до стариков. Во главе группировки стоит лидер (пахан) или несколько человек.
Лидеры выбирались демократическим путем из наиболее авторитетных стариков. Либо руководство брал на себя самый авторитетный и заинтересованный в этом участник группировки.
В 1970-х и 1980-х после армии пацан возвращался стариком. В 1980-х вернувшемуся давали право выбора: он мог без санкций выйти из группировки, оставшись ее почетным членом. Кроме названных возрастов существует категория древних. Обычно это мужчины старше сорока лет, которым не надо ходить ни на какие сборы, они автоматически считаются членами группировки.
Иерархия походила на армейскую: младшие возраста беспрекословно подчинялись старшим, а те – еще более старшим. По понятиям, старший не может злоупотреблять властью и со своей молодежью должен поступать справедливо. За связь, дисциплину, межвозрастную коммуникацию, вооружение и сбор общака в возрасте отвечали смотрящие – обычно те, кто хорошо владел речью и обладал лидерскими качествами.
В разговорах с уличными пацанами я встречал мнения, что такая структура многоступенчатой возрастной иерархии «скорлупа – супера – молодые – средние – старшие – старики – лидер» напоминает одновременно лагерные масти, неформальные структуры в советской армии, структуру боевых комсомольских дружин и даже пионерских отрядов. Социолог Светлана Стивенсон считает, что структура не пришла извне, а возникла сама по себе в связи с особенностями деятельности группировки. Однако для стихийной самоорганизации она уж очень витиевата.
1948 г.р. Борис Рыбак[35]
Адвокат Сергея Антипова
Каждая улица представляла собой участок организованной детской преступности. Организована она была по типу пионерских отрядов. Был старший среди младших, которому подчинялись, ну как в пионерском отряде; был председатель отряда, отряды входили в дружину, где был председатель дружины. Там было все точно по советской схеме построено.
Светлана Стивенсон
Социолог, автор книги «Жизнь по понятиям. Уличные группировки в России»
Структура не может быть привнесена извне. Она органично возникает в связи с особенностями деятельности социальной общности. Я бы не сравнивала ни с армией, ни с пионерскими отрядами – это порождение самого типа организации. Такая структура возрастных когорт типична для подобного рода молодежных группировок по всему миру. Люди подрастают и движутся дальше по этой иерархии – это естественный процесс.
1981 г.р. Марат Т. (имя изменено)
Состоял в группировке в 1995–1999 годах
Бизнесмен
Возраста у всех одинаковые были. Молодежь – это пиздюки, потом были супера, потом молодые, средние, старшие, старики. Затем уже шли авторы[36] и лидеры.
Со временем вы всем возрастом переходили на ступень выше. Но некоторые по поступкам двигались. Были ребята моего возраста, семнадцать-восемнадцать лет, которые были на хорошем счету у старших. Их тянули, и очень серьезно.
Вся группировка, наверно, была человек 150–200 максимум. Это со всеми возрастами. Тридцать младших, суперов тридцать, средних тоже, наверное, тридцать, сорок старших, стариков чуть поменьше. Лидеров, наверно, два человека. Еще авторитетных людей, которые определенные задачи выполняли – хранили у себя оружие, еще что-нибудь такое, – было несколько. Но это уже в мою компетенцию не входило: слишком пиздюк был.
1976 г.р. Алексей «Снежок» Снежинский
Экс-участник группировки «Слобода», экс-киллер группировки «Жилка»
Отсидел, принял ислам, занимается строительным бизнесом
Скорлупа, супера, молодые, средние, старшие, ну и старики – те, кто уже вернулся после армии. У нас, получается, было шесть возрастов. Это мало. Я знаю, на других улицах было больше. В возрасте тридцать-сорок человек было. У нас всего 120 человек было. Я прям точное число знаю, что вот на «Слободе» 120 человек. Когда нас было столько, на «Грязи» было восемьсот. Но можно было спокойно воевать с этой улицей.
Сергей И.
Состоял в одной из группировок Кировского района
Нелегалы – это молодежь, которая только подошла. Нелегалы пока не могут представляться, что они с улицы, этот статус дается примерно на месяц. Потом идут молодые – начальный возраст, не имеющий своих молодых. Старшие – те, у кого есть свои молодые. Дальше старшие старших – для молодых они те, кто старше на два возраста. Старики – крайний возраст, дальше только лидеры.
1971 г.р. Рустем Х.
Состоял в группировках «Хади Такташ», «Зорге»
Работает в сфере городского хозяйства
Пиздюки – это действительно обидно было. Я даже со средним чуть не подрался, когда тот первый раз меня так назвал. Я говорю: «Я не пиздюк», он мне, охуевший от неожиданности: «А че, ты старший, что ли?» Уже позднее мне объяснили, что я по состоянию пиздюк, потом привык и не огорчался.
1972 г.р. Вова П. (имя изменено)
Состоял в группировке «Кинопленка» в 1980-х
Немногие, наверно, вспомнят, что где-то до 1987–1988-го на «Грязи» возраста назывались точками. Первая точка, вторая точка и так далее. Одно время возле кинотеатра «Идель» собиралась первая точка, самые старшие. Кроме как на «Грязи» я про такое название не слышал, у всех было обычно: старшие, средние, молодые, супера и так далее. Но потом тоже как у всех стало.
1973 г.р. Андрей Борзихин (имя изменено)
Состоял в группировке «Хади Такташ»
Я с семи лет в хоккей играл, а сборы на хоккейной коробке проходили, поэтому все как-то само собой получилось. Я был один из первых пришитых пиздюков в своем возрасте. Возраста – старшие, средние и пиздюки. Старшие нас никогда не унижали: мусор выбрасывать или машину мыть не заставляли. Я даже больше скажу: если бы кто-то из старших додумался до таких вещей, им бы свой возраст предъявил за такое, скорее всего. Конечно, в пятнадцать-шестнадцать лет мы получали пизды от них, но на нашей стороне города возрастные деления не имели такого значения [как на другой стороне Казанки].
А в восемнадцать-девятнадцать лет мы уже в войне наравне со старшими участвовали. Мы бы перестали их уважать, если бы они хоть чуточку трусости показали бы. Мы могли сказать более старшим об этом, и им бы пришел пипец. Мы как-то на Газовую пришли к 82-й школе, там толпа «газовских» старших на коробке. С нами трое наших старших было (они были постарше на пару-тройку лет, сами недавно пришились). «Газовские» на нас побежали – ломиться нельзя, впадлу, а их больше в несколько раз, и они взрослее. Наши старшие убежали, а мы остались. Хорошо, менты приехали, нам немного попало, а так убили бы, нам было-то по пятнадцать-шестнадцать лет. Мы вернулись на улицу, все рассказали, те старшие, что были с нами и убежали, наврали что-то, а самые старшие поехали на Газовую и спросили у них, как все было. Те рассказали, что пиздюки остались и честно огребли по полной. Отшили тех троих, загасили как чушпанов.
1980 г.р. Булат Безгодов
Состоял в группировке в 1993–2006 годах
Писатель, автор романа «Влюбленные в Бога»
Ну вот, скажем, старшие сказали мента щелкнуть. Взрослые говорят: идите, воткните[37] возле подъезда, подождите, когда он с работы вернется, а молодые пойдут и сделают. Вопросы возникнут, но сделают. Перед тобой поставили задачу, и ты должен ее выполнить. Тебя используют. И ты думаешь: делать, не делать? Или залупиться, или сделать вид, что ты заболел, пропасть.
Иногда просто отказывался: расстался там какой-то взрослый со своей и решил ей отомстить, выпасти ее, снять с нее все и по башке настучать в темноте. Да просто не буду.
Самое сложное – это не когда на бокс заряжают молодых. Самое сложное – это отношения. Были группировки, в которых к молодежи относились бережно. А в нашей, наоборот, гнобили как хотели. В первую очередь постоянно занимают чем-нибудь: иди арматуру собери, иди лохов напряги. Тебя постоянно куда-то гоняют. Потом уже понимаешь, что они это делают ради своей выгоды, начинаешь искать способы отлынивать. А по поводу других отношений – я и видеть никого не мог, потому что постоянно занят чем-то был. Когда встречал каких-то знакомых, с которыми прежде было что-то, их нагибал сильно.
1981 г.р. Марат Т. (имя изменено)
Состоял в группировке в 1995–1999 годах
Бизнесмен
Смотрящие за возрастом отвечают за менеджмент в коллективе, сбор общака, присутствие на сборах, поручения старших товарищей. Можно было стать смотрящим, но не оправдать надежд и отправиться обратно в возраст. Какого-нибудь другого поставят, скажут, что ты не вывозишь ни хрена.
1976 г.р. Роберт Гараев
Состоял в группировке «Низы» в 1989–1991 годах
В нашем возрасте было двое крайних (так у нас тогда называли смотрящих) – Малыш и Куян (с татарского это слово переводится как «заяц»). И тот и другой были крайне невысокого роста. В их обязанности, прежде всего входила коммуникация со старшими и наша мобильность. Все поручения от старших передавались через них: крайние были с ними на связи и знали все последние новости. В случае строгих сборов они должны были быстро собрать весь возраст (представьте, как это было нелегко, учитывая, что, например, у моей семьи в то время не было домашнего телефона).
Малыша я уже упоминал – неуравновешенный психопат с лицом ангелочка, ходячий конфликт. Он был любимчиком старших и грозой не только чушпанов, но и пацанов из своего же возраста. Стоило появиться в модном, на его взгляд, прикиде на сборах, Малыш был тут как тут с фразой «Дай заносить». Означало это одно: больше ты эту вещь не увидишь, несмотря на то что зажимать у своих было не по понятиям. Если ты одалживал ему вещь, то к сроку возврата он бы, не моргнув глазом, заявил, что у него ее взял поносить, затаскать старший, или придумал бы какую-нибудь головокружительную историю о том, как она сгорела, испарилась или ее отобрали менты, подтвердив ее «словом пацана». Спорить с Малышом было практически бесполезно, зато с ним было весело проводить время: он был человеком-зажигалкой, постоянно генерировал какие-то движи.
В отличие от коммуникабельного Малыша, Куян был немногословен и умел посмотреть так, что ты чувствовал себя полным говном. Внешне он был типичный дистрофик – скуластый, будто с натянутой на череп кожей, и болезненно худой. Сблизиться мне с ним не удалось; впрочем, от Куяна исходил такой холодок, что от него хотелось держаться подальше.
После девятого класса школы мы волею судеб оказались в ПТУ № 50 – «полтиннике» – с Куяном. Одна сцена мне запомнилась навсегда. У нас была война, сейчас уже не вспомню с кем, и к нам в ПТУ приехали драться два вражеских пацана. «Низовских» там было двое – я да Куян. Неприятели были выше нас на голову. Я помню, как мы встретились у входа в училище, молча зашли в подъезд ближайшей четырнадцатиэтажки и встали возле лифтов на первом этаже в боевые стойки, как в фильмах с Ван Даммом. После команды «Поехали» те двое тяжеловесов месили нас на протяжении нескольких минут. Силы были неравны, но ломиться было нельзя. По окончании драки все молча встали, отряхнулись и пошли по своим делам так, будто бы ничего не произошло.
Спустя много лет мне рассказали, как распорядилась судьба с нашими крайними. Малыш умер в 1993-м: он по пьяни повздорил с пацаном из нашего возраста и в результате перепалки неудачно ударился головой. Тело Куяна нашли где-то за городом во время войны «севастопольских» с «Жилкой» («Низы» поддержали «севастопольских»). Его выловили «жилковские» киллеры Жора и Арнольд и сначала пытали, а потом убили и расчленили. Об этом эпизоде я прочитал в книге Максима Беляева и Андрея Шептицкого «Бандитская Казань».
1980 г.р. Булат Безгодов
Состоял в группировке в 1993–2006 годах
Писатель, автор романа «Влюбленные в Бога»
Группировка – она простая, и устройство у нее простое: все по цепочке вниз спускается. Я не верил во все это, я видел сразу. Это же вопрос власти всегда, старший – младший, кто кого подо что заряжает. И шкурные интересы видны всегда как на ладони. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы это увидеть. Соответственно, у меня не было никаких иллюзий. Когда я был юный отрок, то понимал, что если не зайду в группировку, житья мне здесь не будет. Если выйду, тоже житья не будет. Потом взрослел, а другой дороги уже не было для меня.