Zum Hörbuch
Как навалилось – то всё разом. Да что же это за день такой!
Берусь за коробку. Пытаюсь изобразить улыбку перед притихшими бывшими коллегами. Новость о том, что меня уволили, всех ввела в прострацию.
– Давай, помогу, – отстраняет мои руки Митков. – Донесу до машины.
– Да пошёл ты!
Вцепилась, не отпускаю.
– Лан, брось! Ты что думаешь, я не понимаю, какого тебе? Поддержать хотел морально, а ты злишься…
Нехотя убираю руки. Митков берёт коробку и первым идёт к двери.
– До свидания. Удачи вам в новом проекте…, – глотая слёзы, произношу я.
Вылетаю из кабинета вслед за Борисом.
Все вокруг смотрят на меня с сочувствием, жалостью. От этого мне только хуже. Опускаю голову, и спешно покидаю офис, словно сбегаю от жалостливых вздохов и взглядов.
Почему со мной поступили так несправедливо?..
Приближаюсь к машине. Давлю на брелок сигнализации. Багажник открывается. Митков ставит коробку, разгибается и поворачивается ко мне.
– Хорошо, что позволила себя проводить. При всех говорить не хотел…
Поднимаю на него удивлённые глаза. О чём он? Рыжие конопушки на лице Бори задёргались.
У него всегда так в моменты сильного волнения.
– Кабаков не хотел тебя увольнять…
– Серьёзно? Не хотел, поэтому уволил?! – нервно захихикала я.
– Лан, ему кто – то позвонил. Я сам слышал, как он кричал, что не собирается увольнять Милану Ларину. Хвалил тебя. Называл незаменимой…
Зависаю от недоумения.
Кто мог звонить и настаивать на моём увольнении?..
Кого могла так взволновать моя скромная персона?..
– Конца разговора я не слышал. Ретировался. Боялся, чтобы Сан Саныч не заметил, что я подслушал. Ну, а теперь получается, что его «уговорили». Надавили на него. Так что ты, Ланка, зла на него не держи. Время такое. Все выживают, как могут. У всех семьи, дети…
– Спасибо, Боря. За то, что ты мне это рассказал. Камень с души снял.
– Если что понадобиться, звони, – с дрожью в голосе бросает Митков. Разворачивается и уходит.
И когда это мы успели с Борисом так сдружиться?
Всё время подкалывали друг друга.
А оно вон как вышло.
Плюхаюсь на водительское сидение. Завожу мотор и топлю педаль газа в пол. Машина с визгом рвёт с места.
После разговора с Борей всё происходящее уже не кажется мне цепочкой случайных событий. Теперь всё это выглядит каким-то зловещим и очень закономерным.
Вцепившись в руль, кусаю губы.
Увлечённая работой, отдавая всё своё свободное время любимой дочурке, на мир смотрела, словно сквозь розовые очки. Которые сейчас сорвали с меня. Вмиг слетел весь розово – дымчатый флёр со всего, что меня окружало.
Где тот триггер – точка отсчёта, после которой всё пошло не так?
Только сейчас понимаю, как мы отдалились с Марком за последний год. Ведь это случилось даже раньше, чем он стал одержим постом мэра. Гораздо раньше.
В последнее время мы и спали – то с ним в разных спальнях…
Муж начал сильно задерживаться сначала на работе.
Потом в своём выборном штабе.
Говорил, что не хочет тревожить меня, будить по ночам.
Какая трогательная забота о жене…
Милана, похоже, ты давно влипла и по полной.
– Катя, – набираю номер утреннего оппонента. – Я готова с вами встретиться прямо сейчас. Скажите, куда подъехать?
Прекрасный солнечный день. Лучи солнца скользят по окнам домов, отражаясь от них и ослепляя.
Я щурюсь и с удивлением смотрю на раскинувшийся передо мной элитный район многоэтажек.
Охватывает недоумение.
Впрочем, чего я ожидала? Что девушка Катя живёт в спальном районе серых пятиэтажек?
Припарковав машину, пересекаю площадку перед домом и двигаюсь к подъезду.
– Простите, пожалуйста, – вежливо обращаюсь к старушкам, сидящим на скамейке возле дома. – Вы не знаете, здесь живёт Екатерина Русанова? Кажется, на десятом этаже, – неуверенно добавляю я, прикидывая по указанному в сообщении номеру квартиры – этаж.
– Катерина? – говорит седая сухонькая старушка. – Да, она живёт на десятом.
– Мужчина такой представительный к ней всё ходит…, – добавляет другая соседка
– Молчи, Глаша! – неожиданно меняется в лице первая старушка. – Зачем вы интересуетесь? – с подозрением спрашивает она.
– Я из женской консультации медсестра.
– А-а! – облегчённо выдыхает она. – Тогда понятно. Ей уже пора…
Больше не слушаю бабулек. Нажимаю код, слышится характерный щелчок и дверь открывается.
С замиранием сердца вхожу в подъезд, иду к лифту.
Не знаю, чего я добилась, наводя справки. Хотела убедиться, что девушка Катя настоящая? Ну, да. Настоящая. А ещё у неё есть любовник. Вполне вероятно, что он мой муж…
Похоже, сегодня день открытий. И этот день явно не мой!
Поднявшись на десятый этаж, оглядываюсь по сторонам. Здесь всего две квартиры. Топлю кнопку звонка.
Дверь распахивается практически мгновенно.
Не думаю же я, что Катя меня ждала. Хотя, почему бы и нет.
Разглядываю молодую девушку. Юная свежая платиновая блондинка. Лет двадцати. Скольжу взглядом по её фигуре.
Она в джоггерах и свободной футболке. Но даже такая демократичная одежда уже не скрывает её живота.
Оценивающе скольжу по нему, – месяцев шесть…
Веду плечами. А чего я, собственно, удивляюсь? Она же успела об этом мне сообщить по телефону.
Выходит, до последнего я надеялась. Цеплялась за мысли, что всё это просто развод. Ждала чуда. Но его не произошло.
– Проходи, Милана, – широко улыбаясь, произносит молодая хозяйка квартиры.
Не помню, чтобы мы с ней переходили на «ты». Но если и, правда, у нас с ней один муж на двоих.
То, какие уж тут условности!
Недовольно морщусь, переступая порог.
Окидываю взглядом пространство. Современная квартира – студия. Много свободного пространства и света.
– Пойдём на кухню. Я чай приготовлю, – деловито сообщает Катерина.
Нет, нет, нет! Это слишком даже для такой самонадеянной девицы.
Не хватало ещё с потенциальной любовницей своего мужа чаи распивать!
– У меня нет времени, – рвано чеканю я. Пытаясь резкостью провести черту между нами. – Ты сказала, что у тебя есть доказательства, что отец будущего ребёнка – Марк Полонский.
Стараюсь не смотреть на её живот. Мне больно его видеть. Словно он в укор мне.
– Да, есть. Сейчас принесу, – миролюбиво улыбается она.
Самоуверенная девушка. Констатирую сей факт.
Прохожу в гостиную, устраиваюсь на диване. Катя уходит в другую комнату и возвращается с ноутбуком.
Хмуро наблюдаю за её замедленными плавными движениями. Она ставит ноутбук на стол передо мной и включает видео.
Ошеломлённо залипаю взглядом на экран.
В главной роли мой муж… Не знаю, сколько длится это лицедейство. Но мне плохо.
Мир качнулся. Всё дрожит внутри. Стягивается тугим жгутом. Бросает то в жар, то в холод.
Зачем я занимаюсь моральным мазохизмом?..
Смотрю на то, как он целует другую.
Любит другую…
Взгляд становится невидящим. Не хочу на него смотреть.
Отворачиваюсь от экрана.
Сижу оглушенная.
Как больно ранит…
Вот так узнать, что твой муж – изменник.
Предатель!
Что любит он не тебя. Ему всё равно, что чувствуешь ты.
Не ты, не твой ребёнок, ни планы на будущее ничего для него не значат.
Вот чего мне не хватало всегда в муже – искренности. Вот почему, глядя на ласки, нежность, трепет Марка, когда он возился с ребёнком, всегда мне чего – то не хватало. Я думала, как мать ревную. Ан, нет! Всё было напускное, я это чувствовала сердцем. Но не могла себе объяснить. Не могла в это поверить.
А сейчас всё стало на свои места.
Не поздно ли пришло прозрение, Милана?..
Шоу на видео продолжается. Смотреть невыносимо. Слушать его ласковые нежные слова, обращённые к другой, – что – то за гранью.
Внутри меня всё закипает.
Протягиваю руки и резко захлопываю ноутбук.
Катя всё это время молча сидящая рядом, наблюдающая за моей реакцией, вздрагивает от неожиданности.
Но быстро приходит в себя.
– Я же говорила, Милана, что мы с Марком уже давно вместе. Он всё тянет с разводом из–за выборов. Но я, как ты понимаешь, – кивает на свой живот. – Тянуть дальше не могу!
Резко поднимаюсь с места.
Окидываю взглядом пространство.
– Эту роскошную квартиру купил Марк? – хмуро спрашиваю я.
– Конечно, – довольная отвечает она. – Ему надоело скитаться со мной по отелям. Не мальчик. Олигарх, – с достоинством произносит она, словно говорит о достижении собственного мужа.
Олигарх… И кто его сделал олигархом?.. Усмехаюсь я.
Чувствуя себя последней дурой.
Так вот зачем он женился на мне.
Из–за наследства!
Неужели мне понадобилось семь лет, чтобы это понять?..
Семь лет я жила окружённая ложью, интригами, предательством.
Чтобы в один далеко не прекрасный день, узнать всё!
– Что ты хочешь от меня? – неожиданно для самой себя спрашиваю я.
– Чтобы ты сама от него ушла…, – невозмутимо отвечает Катерина.
Вскидываю удивлённо брови.
– Ты ведь понимаешь, что сейчас он ни за что не даст мне развода? – сдавленно произношу я.
– А как же его наследник?! – вызывающе произносит любовница моего мужа.
Бережно гладит себя по животу. Морщит свой лобик.
Как больно. Обидно. Всё это слышать. Видеть.
Марк всегда хотел сына. Наследника. Но никак не получалось забеременеть. Я предлагала ЭКО. Но он отказался.
Возможно, было уже поздно.
И у него была Катя…
– Ради сына он сделает всё! – мечтательно произносит она. В упоении закатывает глаза. – Надо просто уйти без скандала, – поучает меня. – Тихо и незаметно…
Ну, да! Не доставляя ему хлопот.
Этой девочке едва исполнилось двадцать лет. А она такая уже продуманная.
Молча выхожу из квартиры. Спускаюсь вниз. Прохожу мимо соседок.
– Та Катя – то оказалась? – догоняет меня в спину вопрос.
Не оглядываюсь, ускоряю шаг.
Приближаюсь к машине. Падаю на водительское сидение. Обессиленно опускаю голову на руль. Слёзы катятся безудержно по моим щекам.
Как это всё могло случиться со мной?
Когда я успела так запутаться в своей жизни?..
Милана
Резко приняла решение и, быстро собрав вещи в дорожную сумку, покидаю дом. По пути забрала ребёнка из детского сада.
Машина останавливается на перекрёстке. Алиса крутится во все стороны.
– Мама! Куда мы едем? – интересуется дочка, не узнавая дороги домой. – В город за покупками? – округляет она голубые глазки, которые становятся похожи на два озерка.
– Нет, Алиса. Мы теперь с тобой будем жить в другом месте.
Горит красный цвет светофора. Нетерпеливо кусаю губы. Не знаю, как объяснить всё дочери.
Я приняла решение переехать в родительскую квартиру, в которой не была последние семь лет. Сразу же после похорон родителей, съехала с неё. Потому что находится там, было нестерпимо тяжело.
Всё вокруг, каждая вещь напоминала о маме с папой. Я непрерывно плакала. Плохо спала. Дошла до нервного срыва. Ушла не только из квартиры, но и от первого мужа…
Вспоминать об этом не хочется. Демид был моей первой любовью. Моим первым мужчиной. Первым мужем. Он во всём был номер один. Но самое главное, он был отцом моей Алисы…
У неё его глаза. Я смотрю в них каждый день. Это не даёт мне забыть, чья она дочь.
Этим всё сказано.
Только Демид не успел узнать об этом…
Когда случилось несчастье с моими родителями, у меня был непреходящий стресс. Я упрекала его, что при жизни родителей, муж так и не нашёл общего языка с ними.
Гораздо позже я поняла, что не Демид «не нашёл». А мои родители его не приняли…
А Марк был сыном друга моего отца. Всё время был рядом, поддерживал, терпел все мои выходки в ту пору.
Знала бы я тогда, почему он всё это терпел! Почему настраивал меня против мужа…
Теперь в свете последних событий всё выглядит иначе, чем казалось тогда. Всё выглядит с точностью до наоборот!
Плохо, что я так поздно поняла…
– А папа тоже с нами переедет? – врывается голос Алисы в моё сознание.
– Нет, доченька! Папа не может…, – тяжело вздыхаю я.
Приехали. Выбираемся из машины. Беру дочь за руку, и мы идём в родительский дом.
Сердце замирает. На душе тревожно. Как смогу я здесь находиться?
Ведь с этим местом связано столько всего…
Дом моих родителей, которых уже нет в живых. Дом, где прошло моё детство, юность. Дом, в который я боялась возвращаться в течение семи лет.
Но не проживёшь всю жизнь, как страус, пряча голову в песок.
Открываю ключом дверь. Переступаю порог квартиры и включаю свет.
Добро пожаловать, в прошлое, Милана!
– Мамочка, – бежит дочка в гостиную. – Здесь столько пыли! – чихает она. – Кто нам помоет? – стоит, упираясь руками в бока.
Капризно поджимает губы.
– Сами, – невольно улыбаюсь я, кладя ключи на банкетку возле двери.
Алиса морщит носик, непонимающе глядит на меня.
Да уж! Не подумала я об этом.
Надо начинать с детской, чтобы Алису вовремя уложить спать. И вызывать помощников с фирмы. Иначе до утра не управлюсь. Листаю в телефоне, ищу номер «Уютного дома».
– Здравствуйте, мне нужны два помощника…
Договорившись, что работники приедут через час, открываю онлайн – банк, чтобы оплатить услуги.
Карта заблокирована…
Недостаток денежных средств… Меня прошивает словно импульс электрического тока. Ладони вспотели.
Такого не может быть!
Может, сбой на сайте банка?..
Чёрт!
Да что же это за день такой!
Растерянно стою посреди квартиры. Окидываю взглядом пространство.
Отмывать всё вокруг, теперь уже точно придётся самой. Но не это самое страшное.
На какие деньги теперь жить?!
С утра надо срочно ехать в банк, выяснять, что с картой?
Лезу в сумочку, достаю кошелёк. Пересчитываю наличку. Несколько сот рублей.
Кошмарная ситуация!
Не имея привычки рассчитываться наличкой, никогда не заботилась о том, чтобы снимать деньги со счёта…
Но ведь нам нужны деньги элементарно на еду!
На бензин.
На оплату коммуналки.
Садик.
Какой ужас! Паника топит меня…
Держась за стенку, иду на кухню. Падаю на стул и закрываю лицо руками.
– Мамуля! Ты почему плачешь? – подбегает ко мне Алиса. Вытирает мои слёзы. Обвивает своими маленькими ручками мою шею.
Потому что, меня предал Марк!
Нас предал.
У него теперь будет ребёнок. Свой. Вот почему он стал так холодно относиться к Алисе последнее время…
Неприятный липкий холодок бежит вдоль позвоночника. Теперь и блокировку карты я воспринимаю не как случайность.
А что вообще там с бизнесом?.. Навязчиво закрутились мысли в голове…
Я никогда не интересовалась. Подписывала иногда какие – то бумаги, не читая их. Ведь я так доверяла мужу! Мне и в голову не приходило, что он может сделать что – то не так…
Или может? После того, что произошло сегодня, от него можно ждать чего угодно.
Нет! Он не посмеет!
Но что – то подсказывает мне, что уже посмел.
***
Просыпаюсь утром с тяжёлой головой. Вчера я отключила телефон. Хотела побыть в тишине. Подумать. Уснула под утро, так ничего и не решив.
Мне нужен развод. Я это чувствую остро.
Но нужен ли развод сейчас Марку? Не думаю. У него полным ходом идёт подготовка к выборам.
Он на финишной прямой.
Получается, это единственная причина, почему он тянет с разводом. Несмотря на то, что у него скоро родится наследник…
Вот гад!
Ненавижу его. Ненавижу.
Поднимаюсь с постели и понимаю, что не слышала привычного звонка – будильника телефона.
Чёрт!
Я же вчера отключила мобильник. Хватаю его в руки и включаю.
На дисплей вываливаются непринятые звонки и сообщения.
От мужа. Он что заметил, что нас нет дома?! Горько усмехаюсь я.
Не хочу проваливаться в сообщения, настолько он мне противен.
Но придётся. Вздыхаю. Ведь надо как – то разруливать эту ужасную ситуацию.
Бедная моя Алиса! Если со мной что-нибудь случится, она останется совсем одна на всем белом свете. Отца своего она не знает. Марку не нужна.
И родных у нас нет.
Но почему вдруг мне в голову приходят такие дурацкие мысли, что со мной может что – то случится? Я молода здорова. Ну и что, что не смогла забеременеть? Это ещё ни о чём не говорит.
Глупости какие – то лезут в голову!
Это всё из-за стресса. Столько всего случилось за вчерашний день. Плохого.
На глаза снова наворачиваются слёзы. Их не сдержать. Они катятся по щекам.
Эй, Милана! Кончай плакать.
Сейчас дочь проснётся, надо чем – то её кормить.
И да. Я так и не прочитала, что ОН мне там пишет? Кошусь на дисплей смартфона, но не решаюсь.
Иду на кухню. Вчера я кое – что успела купить. Пачку печений и пастилы. Не густо, конечно. Хотя чай есть с чем попить. Алиса позавтракает в детском саду. А я разберусь сегодня с финансами, потом будет на что поесть.
Очень на это рассчитываю.
Включаю чайник и устраиваюсь на стуле.
Дрожащими руками беру мобильник в руки. Проваливаюсь в сообщение.
«Милана, что за шутки? Куда вы пропали?..»
Неужели он решил, что это шутка?
«Я предупреждал тебя, чтобы ты вела себя предусмотрительно… Ты можешь испортить мой имидж…»
Меня потряхивает.
Делаю глубокий глоток воздуха.
Строчки перед глазами разбегаются в разные стороны. В голове туман. Соображаю плохо… По щекам текут слёзы.
– Мамочка! – тоненький голосок Алисы вырывает меня из оцепенения. – Ты снова плачешь?
Дочка кладёт голову мне на колени, обнимает мои ноги. Начинает плакать вместе со мной. Её худенькие плечи вздрагивают.
Что я творю? Своим состоянием пугаю ребенка.
Встряхиваюсь.
Торопливо вытираю слёзы.
– Солнышко! Ну что ты, родная. Я не плачу. Посмотри на меня, Алиса.
Поднимаю её голову. Натужно улыбаюсь.
– Беги умываться! Сейчас чай будем пить со сладостями.
Алиска смотрит на меня с подозрением. Упрямо стоит на месте, скрестив руки на груди.
– Ну, всё, малышка. Вперёд! – слегка подталкиваю её к двери кухни.
Во мне словно что – то переключилось. Опускаю глаза в телефон. Вчитываюсь в строчки.
Тон посланий становится всё более нервным резким грубым.
«Если ты сегодня же не вернёшься домой, то очень пожалеешь об этом!»
Сижу отрешённая.
Понимаю, что это уже не пустые угрозы.
Это моя новая реальность.
Набираю номер нашего семейного адвоката.
– Всеволод Борисович, доброе утро.
– Доброе утро, Милана! Как вы себя чувствуете? Как ваше здоровье? – заботливо интересуется он.
Жму недоумённо плечами, словно он может видеть меня. Почему вдруг у молодой двадцати пятилетней женщины с утра он интересуется здоровьем?
Не буду отвлекаться. Звоню я ему совсем по другому поводу.
– Всеволод Борисович, я хочу отозвать свою генеральную доверенность, выписанную на моего супруга Марка Полонского…
В трубке наступает тишина.
Может связь оборвалась?
– Алло! Алло! – нервно повторяю я.
– Какую доверенность, Милана Аркадьевна? – голос адвоката взволнованно хрипит. – Вы уже год назад передали свой бизнес в единоличное владение своему супругу – Марку Полонскому.
– В каком смысле передала? – в шоке восклицаю я.
– В самом прямом, – уверенно произносит он.
В мозгу взрываются сотни фейерверков.
Перед глазами плывёт.
Сползаю со стула. Удар об пол. В глазах искры. Дикая боль пронзает насквозь…
Прихожу в себя.
Подтягиваюсь и цепляюсь за край стола. Медленно поднимаюсь на ноги. В голове звенит колокол.
Милана
В банке меня встречает высокая стройная блондинка. Одета подобающе моменту. В белой блузке и узкой тёмно – синей юбке карандаш. На ногах… туфли на высоких каблуках.
Впечатляет, как модель на подиуме.
А я тут лезу к ней со своими проблемами.
Девушка – консультант стреляет глазками по сторонам в поисках VIP клиентов. По мне скользит равнодушным серым взглядом.
Словно я встала досадной помехой на её пути.
– Возьмите талон на оформление банковской карты! – отмахивается от меня.
Не, так не пойдёт! Для меня это вопрос жизни и смерти.
Вчитываюсь в её бейджик.
– Татьяна! – пытаюсь привлечь внимание к своему вопросу. – У меня есть карта. Вот только произошло недоразумение, она почему – то заблокирована.
– Ничего страшного, – безразлично жмёт плечами. – Скорее всего, с карты происходили подозрительные транзакции. Подождите сутки, она сама разблокируется. Что вы паникуете раньше времени?!
Похоже, её мало интересуют моя тема. Смотрит в сторону, словно я уже успела ей порядком надоесть.
Тяжело вздыхаю. Мне с моей маленькой дочкой не на что есть! Я должна достучаться до неё.
– Татьяна, карта не просто заблокирована. С неё сняты все денежные средства! – выплёскиваю в отчаяние я.
– С этого бы и начинали! – с каким – то злорадством выпаливает она мне в лицо. Даже удосужилась перевести на меня взгляд, полный презрения. – Вы вообще пришли не по адресу! Вам в полицию! – демонстративно разводит руками.
С чувством выполненного долга, круто разворачивается и дефилирует на своих высоченных шпильках в сторону хорошо одетого представительного мужчины.
Сердце бахает. Ладони вспотели. В какую полицию? Деньги ушли с банковского счёта, а им всё равно на твои проблемы.
Чувствую себя беспомощной и беззащитной.
Стою растеряно посреди зала. Обращаться в полицию, писать заявления и ждать месяцами расследования?
Тупиковый вариант.
Мне деньги нужны сегодня.
Судорожно думаю о том, что могла бы продать. Есть парочка брендовых шмоток, которые прихватила из дома.
Куда их выставить?
На сайт в интернете?
Полный бред!
Иду к выходу, думая о том, где срочно найти деньги на первое время. Не успеваю выйти из банка, как тут же ко мне подлетает шустрая бабёнка и, заглядывая в мои грустные глаза, сует визитку. Беру машинально и кладу в карман, направляясь к своей машине.
Падаю на водительское сидение. Судорожно вздыхаю. На душе очень неспокойно. Не представляю, как мы будем жить дальше. Ведь мне предстоят судебные тяжбы с Полонским.
А у меня нет денег даже на еду.
Какой – то замкнутый порочный круг!
Звонит мобильный.
–Алло…, – отстранённо произношу я.
– Ланочка! – слышу голос соседки по лестничной площадке. – Здравствуй, дорогая. Я видела вчера, что ты вернулась с дочкой в квартиру своих покойных родителей. Неудобно было беспокоить…
– Лидия Петровна, здравствуйте. Ну, о чём вы говорите. В любое время звоните, заходите.
– Да ты уж прости меня, старую, Лана. Только я вот по какому поводу. Приходили люди из Управляющей компании. У вас за квартиру не уплачено за все годы, как твои родители…
Вжимаюсь в спинку сидения.
Она реально это говорит?
Или у меня на почве стресса начались слуховые галлюцинации.
– А сегодня пришли у вас свет отключили. На вашем счётчике объявление вывесили: «За неуплату». Вот я и подумала, ты только переехала, как же вы с малышкой будете? Даже без света…
Это невозможно.
Невероятно.
Марк лично занимался этим, точнее поручал своим помощникам.
Глубоко дышу, чтобы не заплакать. Но слёзы так и норовят затопить меня.
– Ланочка! Деточка, ты меня слышишь?..
Мне становится по-настоящему страшно.
Неприятности мои нарастают, как снежный ком.
– Спасибо вам, Лидия Петровна, – еле выдавливаю я, глотая слёзы. И быстро нажимаю отбой.
Надо срочно заложить в ломбард все свои драгоценности!
Молниеносно приходит решение. Заплачу за свет. Немного – за квартиру. Съезжу в Управляющую компанию, попрошу отсрочки. Деньги нужны на жизнь, хотя бы на первое время.
Вспоминаю про визитку, что сунула мне незнакомка. Вынимаю из кармана.
«Моментальный заем», – старательно вчитываюсь в строчки, выведенные золотистыми красивыми иероглифами.
Вот он выход!
Сам прилет ко мне. Слабая улыбка появляется на моём лице.
Неужели смогу решить все свои проблемы вот так одним махом?!
Я спасена!
Хочу обрадоваться.
Но меня не покидает ощущение, что в этом есть какой – то подвох.
Ледяной страх вползает в душу…
Нет. Нет. Нет!
Что я творю?
Это же микрофинансовая организация!
Отдергиваю руку, словно обжигаюсь.
Только не это!
Выбрасываю подлую визитку в окно и завожу мотор.
Еду по дороге, судорожно думая, что предпринять. Ведь для судебных процессов нужны большие деньги.
Какая безвыходная ужасная ситуация!
Одной мне точно не справиться с этим монстром. Но ведь у отца были друзья.
Как же я забыла про Николая Старостина!
Надо к нему обратиться, он не оставит меня в беде.
Правда, я виновата перед ним…
Сразу после гибели родителей, ни с кем не общалась. И с ним тоже. Он делал несколько попыток выйти на меня. Я откровенно его игнорировала. Позже, когда пришла в себя, вдруг оказалось, что я совсем одна.
Только Марк был всегда рядом со мной. Утешал. Успокаивал…
Теперь я знаю цену этого успокоения.
Чёрт!
Ощущение, словно попала в западню. Весь мир тогда замкнулся на нём одном.
О чём я только думала!
В том – то и беда, что не способна была тогда трезво мыслить…
Из оцепенения меня вытащило то, что я вдруг обнаружила себя едущей по трассе за городом.
Плохо, что телефон Николая Ефимовича не сохранился. Но ничего. Я хорошо помню, где он живёт.
Это уже большая удача в моём положении.
Встряхиваюсь. Топлю педаль газа в пол. Машина несётся на большой скорости. Надо бы скинуть. Но я должна успеть съездить к нему, поговорить. И вовремя вернутся за дочерью в детский сад.
Вибрирует мобильник. Я на пределе. Интуитивно теперь уже жду только плохих новостей. Нервно хватаю телефон.
– Алло…
– Милана Аркадьевна! – слышу в трубке взволнованный голос Аллы Борисовны, воспитательницы Алисы.
Напрягаюсь, что – то случилось. Она не стала бы звонить просто так.
Вся на нервах.
Случилось…
Что?
Дочка заболела?
Температурит?..
– Алису только что забрал ваш муж Марк Полонский, – торопливо выпаливает она. – Сказал, что больше не будет водить ребёнка в наш детский сад…
Спазм перекрывает доступ кислорода. Сознание мутится. Руки дрожат.
Я больше её не слышу.
В голову врываются отчаянные звуки клаксонов и бешеный визг тормозов. Взрываются и разрывают мозг на части.
Перед взором – миллионы осколков стекла, разлетающихся феерическим каскадом.
Последнее, что я вижу – это себя, летящую сквозь стеклянную россыпь.
Наступает самая тёмная ночь, в которую я проваливаюсь…