Zum Hörbuch
Возня с порталом затянулась.
Бхарти очень тяжело пережила открытие первого, и теперь Кали стремилась оградить ее от таких рисков. Терять аватара ей было не с руки. Особенно в той связи, что других аватаров у нее на Земле больше не было.
Одна отрада – скучающая Селентис как-то увлеклась Интернетом и компьютерными играми. Не техникой. Нет. Но представлениями землян о магии и богах, с удивлением узнав кучу всякого вздора и про темных эльфов, и про свою госпожу – Ллос. Оказывается, о ней тут слышали, что странно. Вот и сидела практически безвылазно за компьютером, изрядно разрядив обстановку.
В подмосковной усадьбе, где они поселились, было много деревьев и высокий забор. А главное – не было соседей внутри периметра. Поэтому Селентис смогла с облегчением снять кольцо маскировки и рассекать в своем натуральном виде. Все-таки плетение немного давило на психику и раздражало. Одно дело часик-другой походить, и совсем другое – днями напролет в течение нескольких месяцев.
Получался практически санаторий. Прогулки. Сидение с планшетом на качелях или на лавочке под деревьями. С беспроводной связью проблем-то не было…
– Товарищ генерал, – бодро козырнул Вольнов, входя в кабинет к высокому начальству.
– Слушаю.
– Есть результат. По телефону не стал докладывать.
– Даже так? Хм. Что-то серьезное?
– Нашли фигурантов. Сидят на одной из ведомственных дач в Подмосковье.
– Ведомственной?
– Так точно. Министерство финансов. Владелец говорит, что поселил там своих дальних родственников, и просил их не беспокоить.
– Опять внушение?
– Видимо.
– Визуальный контроль проведен?
– Так точно. Вот, – произнес Вольнов и положил на стол планшет с открытой галереей фото. – Дроид близко не подлетал, но Ивана Семеновича и Елену Георгиевну вполне можно распознать. А вот тут четко видна госпожа Бхарти.
– А это кто?
– Наша садистка.
– А чем это она так измазалась? Вон – черная стала, словно негритянка. Так загореть-то невозможно.
– Не могу знать. Предполагаем какие-то косметические мази. Хотя… она в таком виде постоянно ходит. Что для косметики странно.
– Ладно. Тогда попробуем их взять. «Добровольное» вовлечение фигурантов министерств нам не простят при докладе. Этак они к президенту зайдут и подпишут любую бумажку.
– Но вы же сами говорили, что нужно быть осторожными.
– Говорил. Но ситуация меняется. Бери бойцов одного из подчиненных ЧВК[10]. И выдвигайся. Будем надеяться, что внезапность нападения сыграет нам на руку.
– Что делать в случае сопротивления?
– Взять их нужно живыми. Ранеными, но живыми.
– Понял, – кивнул Вольнов, козырнув.
Спустя час. Недалеко от Рублевского шоссе
– Сигналят, – удивленно произнес Иван Семенович. – Неужели хозяин приехал?
– Он сейчас в Индии, – недовольно поджав губы, произнесла Бхарти. – Мне это все не нравится. Сель, колечко надень. Не будем дразнить гусей.
– Очень интересно… – как-то отстраненно произнесла Селентис, играя с крошечным паучком, спустившимся с ветки.
– Что?
– А ты разве не чувствуешь? За забором полно мужчин. Человек десять возле ворот – остальные более-менее равномерно распределены вдоль стенки. Вряд ли так прибывает владелец.
– Иван Семенович, Елена Георгиевна, укройтесь в доме. Лучше в подвале. А то тут могут стрелять начать, – произнесла Бхарти.
– Я не буду прятаться!
Вместо ответа Бхарти ТАК на него взглянула, что желание спорить сразу исчезло. Как рукой сняло. И они с супругой бегом отправились к укрытию.
– Убиваем?
– Только в случае острой нужды.
– Ты же видишь – они собираются нападать.
– Может быть, получится договориться. Не хочу крови…
– И это говоришь ты? – фыркнула Селентис.
– Мы – уйдем. А ты о родителях Виктора подумала? Думаешь, смогут нормально скакать зайчиками? Ой, не факт.
С этими словами она направилась к воротам.
– Кто там?
– Госпожа Бхарти, это майор Вольнов.
– Что вы хотите, майор?
– Откройте ворота. Не хотелось бы ломать ценное имущество.
– Зачем ломать? Развернулись и ушли. Вам нечего здесь делать. Вам и тем людям, что сейчас жмутся к забору снаружи.
– Вы вынуждаете нас к решительным действиям.
– Не советую. Селентис на взводе – ваши люди могут пострадать.
– Страдать – это их работа, – хохотнул Вольнов, вызвав этой спонтанной фразой удивление и улыбку у Селентис.
– И что в этот раз вы хотите?
– Пригласить вас для знакомства с одним очень уважаемым человеком.
– Мы отклоняем приглашение.
– Мы будем вынуждены взять вас силой.
– О… это звучит интригующе… – произнесла Бхарти, и сразу же открылись ворота. Сами. Перед полными подозрения и недоумения бойцами. Внимательно их осмотрев и обнаружив какие-то приводы, они облегченно вздохнули. Чем меньше чертовщины – тем лучше. Они и так слегка были на взводе от предвкушения после инструктажа.
– Иван Семенович, – крикнул майор. – Но вы-то серьезный человек. Зачем с ними связались?
Но в ответ лишь тишина. Ну как тишина – только звуки леса.
Все бойцы аккуратно втянулись на территорию дачи, осторожно ступая и очень внимательно осматриваясь. Казалось, что она вымерла.
Майор же, будучи уже тертым калачом, так и остался стоять у открытых ворот. Ну, так – несколько демонстративных шагов внутрь периметра сделал, и все. Он-то знал, с какими непростыми противниками они тут столкнулись. Вдруг над правым ухом раздался очень знакомый голос той самой белобрысой садистки.
– Хочешь посмотреть, как приносят людей в жертву? – томно, с придыханием поинтересовалась она.
– М… м… – лишь выдавил из себя Вольнов, не в силах издать ни одного осмысленного или хотя бы громкого звука. Да чего уж там – даже пошевелиться.
– Не хочешь? Жаль. Наша индийская подруга тоже не хочет переводить наши отношения в плоскость крови. Хотя лично я считаю, что давно пора. И в следующий раз ей, может, и не удастся меня убедить проявить к вам снисхождение. Поверь – мне уже давно хочется крови. Я люблю кровь. А вы прямо-таки умоляете меня, чтобы я ее вам пролила. Сдержаться очень непросто…
И тут бойцы начали замирать. Словно решив поиграть в «море волнуется». Только глазами дико таращась. Ну и мыча. А возникшая буквально из воздуха госпожа Бхарти спокойно ходила между ними, собирая оружие.
Завершилось же это театрализованное действие тем, что бойцы, безвольно мыча с ошалевшими от ужаса глазами, направились гуськом к выходу.
– Ты все понял? – вновь обратилась Селентис к Вольнову.
– Д-д-да, – ответил он с трудом. Речь ему таки вернули.
– Хорошо. Свободен!
После этого она, знатным пинком под зад, выставила его за территорию дачи. Да так удачно, что стремительно закрывающиеся створки ворот добавили «импульса» ускорению.
Как только створки с грохотом захлопнулись, ребята сразу же оттаяли. Смогли двигаться, говорить.
Но выглядели более чем подавленно.
– Командир… что это было? – наконец выдавил из себя один из бойцов.
– Селентис! – вместо ответа бойцу крикнул Вольнов. – А поговорить?
– У тебя совсем нет чувства самосохранения… – тихо прозвучало над ухом, от чего майор вздрогнул, а стоявшие невдалеке крепкие мужчины в камуфляже отшатнулись.
– А что мне терять? Или ты убьешь, или генерал. Все одно – провалил работу. Она на высоком контроле. Так просто на тормозах не спустишь.
– Так и убьет? – усмехнулась Селентис.
– Может, и не убьет, но на работу больше никуда не устроюсь. Бродягой стану. Так ославит, что даже бандиты не примут, – отвечал майор, так и не рискуя обернуться. – Не знаю даже, что лучше. Так – или смерть.
– Что ты хочешь?
– Мы хотим установить контакт и наладить сотрудничество. Это возможно?
– О сотрудничестве ничего не скажу – не мне решать. А контакт мы можем наладить. На километр во все стороны – убрать все приборы и людей. После чего тот, кто будет устанавливать контакт, приходит один.
– Мне его сопровождать?
– Один. Кроме того, вы причинили Ивану Семеновичу и Елене Георгиевне много неприятностей. Было бы неплохо компенсировать это как-то. Я имею в виду подарки. Сами думайте, что в ваших возможностях. Ну и нам тоже всю эту беготню как-то нужно компенсировать. Ваши жизни, опять же. Считайте, что я вам их сегодня подарила.
– Может быть, прислать рабов для жертвоприношения? – усмехнулся Вольнов, пытаясь нервно шутить.
Вместо ответа Селентис выдала одно из плетений магии Разума, экстраполируя на майора воспоминания того, кого приносили в жертву Ллос. Всего на несколько секунд. Ничего конкретного. Просто эмоциональный фон. Однако у Вольнова половина волос стала седой.
– Я… я все понял, – с трудом выдавил он из себя.
– Оружие заберете завтра вон в том мусорном баке….
И исчезла так, словно ее и не было. На самом деле она просто отвела взгляд всем присутствующим, спокойно направившись в дом. Но им-то этой малости никто не объяснил.
– Нужно снова переезжать, – фыркнула Бхарти.
– Не хочешь с ними сотрудничать? – повела бровью Селентис.
– Это как игра в рулетку. Помнишь, я тебе рассказывала? В такой игре выигрывает всегда казино, даже если несколько конов остались за тобой…
Неделя прошла тихо.
Селентис продолжала увлеченно потрошить Интернет, а Бхарти самым серьезным образом уделяла внимание порталу. Нужно было срочно все заканчивать и сворачиваться.
И вот – торжественный момент.
Бхарти, вновь обнаженная, долго возилась вместе с такой же обнаженной Селентис вокруг мраморной «таблетки» магической печати. Расстановка накопителей. Кровь трех сотен жертв, в основном бродяг. Она вливалась в специальные флаконы-капельницы, откуда и должна была питать магическую печать. Эти жутковатого вида емкости стояли натуральной батареей, окружая печать на три четверти.
Иван Семенович и Елена Георгиевна даже не пытались вдаваться в подробности происходящего. Ну – кровь и кровь. А откуда и чья? Думать не хотелось. Страшно.
Но вот все закончилось.
Селентис с помощью магии очистила тело индуски от малейших загрязнений и пота. И та, войдя в круг печати, повторила страшное дело – вогнала себе ритуальный кинжал в солнечное сплетение.
Чета Орловых в этот раз только вздрогнула. Второй раз это воспринималось легче. Хотя все равно – что-то внутри сжималось при виде того, как Бхарти заносила кинжал для удара. Понимать-то понимали, что это не смертельно. Но организм рефлексировал, практически паниковал, воспринимая это все как форму самоубийства.
Пока Селентис облачалась после помощи в ритуальных делах, через портал повалил народ. С полсотни человек. Ну… как человек? Формально среди вышедших по эту сторону портала не было ни одного человека, но Иван Семенович с Еленой Георгиевной решили считать их разновидностью людей. Есть же негры или аборигены Австралии. Вот и тут.
Хотя нет. Вот трое мужчин с темно-пепельной кожей и кровавыми глазами вышли в сопровождении огромной черной пантеры, такой, что верхом ездить можно. А вот выбежал огромный, жуткого вида паук, стремительно забившийся под потолок беседки. И как он при таком весе там только держался? С годовалого кабанчика, не меньше.
Елена Георгиевна от вида этого насекомого слегка позеленела. Боялась она их. Жуть. Но ничего, выдержала.
– Пап, мам, – произнес Виктор, подходя к ним. – Ничего не бойтесь. Здесь все свои.
– А кто это? – указала мама слегка дрожащей рукой на паука.
– А, – отмахнулся рукой Виктор. – Не обращайте внимания. Эта дама – творческая натура. Она любит пребывать в образе. Хотите – бросьте в нее тапочку.
– Не стоит, – с сильно взволнованным лицом заметила Селентис.
– Да ладно тебе.
– Очень не советую. Я ее жрица. Она такое обращение не любит. Совсем.
– Ясно, – хрипло ответила Елена Георгиевна.
Бардак, внезапно образовавшийся от вторжения такого количества гостей, тек своим чередом. «Пришельцы» растекались по территории дачи, занимаясь заранее продуманными делами. Охрана. Приготовление пищи. Поливка цветов. И прочие прелести садово-дачного труда.
А вот из портала вышло шестеро малышей, едва ковыляя неокрепшими лапками.
– Внуки! – махнул рукой Виктор в их сторону. – Помните, вы мне ездили по ушам на тему наследников? Пока вот так. Но думаю, позже расширю популяцию.
Елена Георгиевна посмотрела на сбившихся в кучку детишек со смешанным чувством. Медленно. Словно заржавевший механизм, в ее голове ворочалась мысль о том, что они – ее внуки и внучки.
Вот – красноглазая девчушка с кожей цвета темного пепла принюхалась и подозрительно посмотрела в сторону старшей четы Орловых. Улыбнулась. Бросила словечко на непонятном для стариков языке. И сразу же вся эта орава карапузов заковыляла к ним. Два парня с сочной, лазоревой кожей умудрились вырваться вперед. Но белобрысый крепыш недолго думая начал пихаться, стремясь обогнать. Все завалились на пол. Началась веселая возня. Только малышка с кровавыми глазами, что ковыляла в самом хвосте, догадалась обойти стороной эту куча-мала и первой дошла до дедушки с бабушкой. Селентис кивнула ей, и та охотно полезла на ручки к Елене Георгиевне с весьма самодовольным видом.
– А как там Бхарти? – озабоченно поинтересовался Иван Семенович, окруженный, как и Елена Георгиевна, внуками и внучками. – Она выдержит? Вы ведь не спешите.
– По предварительным расчетам, портал продержится около недели-двух. Здесь ведь больше приемник. Основной расход энергии идет с той стороны.
– Сколько же вы людей погубили? Крови-то, крови ведь, наверное, жуть ушло!
– Это тут мы вынуждены использовать кровь. А там с магическим фоном дела обстоят намного лучше. Здесь мы годами бы собирали в накопители столько энергии, сколько даст десяток-другой жизней. Можно было бы пронести сюда накопители еще прошлым порталом, но мы не уверены, что в условиях низкого магического фона они будут стабильно работать.
– Вы убиваете людей?
– Пап, давай не будем это обсуждать. Жизнь там несколько изменила мою мораль. И да… – замялся Виктор. – Хочу вам представить прапрадедушку и прапрабабушку. – С этими словами он чуть отошел в сторону, открывая вид на Валинора и Арьяну[11].
И тишина. Елена Георгиевна просто молча ждала развития событий, отметив сходство этой пары с супругом. А Иван Семенович откровенно завис. Как-то так сложилось, что этого вопроса пока не поднимали.
– Здравствуйте, – мягко улыбнувшись, произнесла Арьяна.
– Пап, – добавил Виктор, – три тысячи лет назад она попыталась спасти своего единственного сына, переправив его в наш мир, предварительно запечатав кровь. Именно по этой причине мы так похожи с тобой, дедом, прадедом и так далее.
– Я верно понял? Три тысячи лет?
– Да, – кивнул Виктор. – Да ты не переживай. Они провалялись в виде мумий все это время. Так-то им актуальных не так много лет. Сотен по шесть где-то.
– Кхм…
– И, если бы не ваш сын, провалялись бы еще не одну тысячу лет, – произнес Валинор. – Без какой-либо надежды на спасение.
– Значит, это вы устроили ему переход? – вставила веское замечание Елена Георгиевна.
– Отнюдь, – покачала головой Арьяна. – Это сделал один из богов, преследуя свои цели. Мы, если честно, вообще не рассчитывали на то, что когда-нибудь кто-то из потомков нашего сына сможет добраться до нас и вытащить из спячки.
– Все намного проще, – продолжил Валинор. – Мы хотели просто спасти своего сына от гибели. Шла война. Его выслали подальше. А сами в подходящий момент имитировали смерть, дескать – погибли все. Ну как имитировали? Превратились в мумии, выгрузив сознания в малый план.
– Некое виртуальное пространство, – пояснил Виктор.
– Это было нужно, чтобы сканеры противника не смогли зафиксировать живых разумных после удара с орбиты. Еще оставались преступники, но их тела находились в консервации и также были лишены сознания, выгруженного во внешние носители. Как правило, артефакты. Так, например, Виктор познакомился с Цири – она отбывала наказание в клинке. В благодарность за помощь, которую она оказала вашему сыну, мы простили ее и позволили стать его супругой.
– Ясно, – хмуро кивнул Иван Семенович, ничего толком не понимая. Все сказанное как-то диссонировало с его восприятием мира. Но спорить он не хотел, так как одного портала в принципе было достаточно для восприятия этих слов на веру. – А что означает «запечатать кровь»?
– Спасти от проявления природных способностей в области магии, – сказала далеко не всю правду Арьяна. – Судя по всему, наша цивилизация была уничтожена. В основном около пятнадцати тысяч лет назад, в ходе войны. Плюс-минус. Но мы тогда еще не родились, так что толком ничего не знаем. Мы жили в последнем пристанище нашего народа, по которому и ударили враги, когда обнаружили.
– Геноцид?
– Да. Война на истребление. Мы воевали с разумными рептилиями. И они посчитали нас слишком опасными противниками. Прежде всего, из-за сильных магических способностей вблизи они не могли нас контролировать. Полагаю, они нас просто боялись.
– А что вы хотите на Земле? Вы ведь не зря столько возитесь?
– Действительно, таки что вы хочете здесь взять? – произнес с небольшим акцентом мужчина средних лет, внезапно материализовавшийся в комнате.
Спортивные шорты и футболка, неплохо обтягивающие достойно подкачанное тело. Сланцы. Длинные кудрявые волосы, собранные в «гульку». Аккуратно подстриженная борода. Модные солнцезащитные очки на лбу. «Умные часы» на руке. Беспроводная гарнитура на ухе.
– Простите, а вы кто? – подозрительно прищурившись, поинтересовался Виктор.
– Ой, я вас умоляю. Или ви думаете, что ваши игры с божественными порталами не ахали в набат по всей округе? Смешно подумать, молодой человек, если ви так считаете. Коллектив интересуется – на кой бес ви нам тут сдались?
– Вот оно что. Авторы «Догмы» были не так уж и не правы…
– В какой-то мере. Но лично я не люблю домино. Скучно. Мне больше нравятся бильярд и горные лыжи.
– Милая, – произнес Виктор на языке темных эльфов, обращаясь к огромному пауку. – Ты тоже можешь поучаствовать. Только прошу, сдержи свою страсть к обнаженному телу.
Паук какую-то пару мгновений помедлил, потом превратился в сгусток черного тумана и, метнувшись к Виктору, обратился в самую соблазнительную форму Ллос, мало отличимую от темной эльфийки. Разве что глаза парили чернотой. Но, к слову сказать, просьбу мужчины она выполнила – ее интимные места прикрывала одежда. Условно, конечно, больше обозначая факт своего существования, нежели что-то действительно скрывая от любопытных взглядов.
– Я тебе больше не нравлюсь? – Закусив губку, богиня хаоса попыталась состроить из себя обиженную девочку.
– Возьму в жены и заставлю стирать носки! – с нажимом произнес Виктор.
На что Ллос продемонстрировала острые зубы и зашипела, переходя местами на ультразвук. Виктор же поцеловал ее в носик, обнял за талию и развернул к гостю.
– Итак.
– Что «итак»? – фыркнул гость.
– Мы вас слушаем. Хотели бы просто выгнать – проблем, я полагаю, не возникло бы. Кали вы знаете. Она сейчас не в форме, мягко говоря. Ллос… она натура страстная и крайне любопытная, но ее сила не велика. Вряд ли мы смогли бы дать вам серьезный отпор. Тем более – здесь, на вашей земле. Значит, вы что-то хотите от нас?
– Хочете знать, что мы имеем вам сказать?
– Да.
– Контракт, – произнес загорелый мужчина в деловом костюме, возникший рядом с первым. – У нас с братом был один контракт, который оказался очень некрасиво подвешен. Вы могли бы поспособствовать примирению сторон.
– Что конкретно нужно сделать?
– Пятнадцать тысяч лет назад к нам прибыла группа нефилимов.
– Кто? – напрягся Виктор.
– Ну… представители вашего рода.
– И’ри’тори?
– А… ну да. Они называли себя так. Мы называли их нефилимами.
– И что с ними случилось?
– С ними? Ничего. Но две тысячи лет назад мы заключили с ними контракт. Хм. Очень непростой контракт. И так вышло, что выполнить его оказалось не в наших силах. Они обиделись. Укрылись в месте силы нашей сестренки…
– Сестры? И что, она их не хочет выдать?
– Там все очень непросто. Да и поругались мы с ней. И вот уже тысячу лет сидим на двух сторонах пропасти, не в состоянии объясниться. Они игнорируют наших переговорщиков. А попасть лично в место силы другого бога, как ты знаешь, нельзя без его разрешения.
– А что вы так прицепились к этому контракту? – поинтересовался Валинор.
– Он… был заключен очень каверзно. Ваш род вообще любит всякие ухищрения в этих делах. – Услышав это, Кали демонстративно скосилась на Валинора и прищурилась. Шутка ли – почти четыре тысячи лет отпахала привратником, попавшись в хитроумно расставленные сети благих пожеланий. – В итоге невыполнение контракта очень сильно связало нас по рукам и ногам. Мы хотели бы его расторгнуть. Но полюбовно.
– Отлично, – фыркнул Виктор. – И что нам с того будет в крепкой валюте?
– Молодой человек, не наглейте.
– Вы хотите жареного цыпленка, а платите за плохо сваренное прошлогоднее яйцо. И после этого вы заикаетесь о наглости? Я сейчас заберу родителей, и мы уйдем. А вы останетесь у разбитого корыта хлебать свои помои кочергой. Вас такой расклад устраивает? Если контракт вам так поперек горла, то предлагайте профит.
Ллос ловко изогнулась и нежно откусила Виктору мочку ушка, довольно урча. А потом размашисто слизнула струйку крови, побежавшую по его шее. Но мужчина лишь повел бровью, отращивая потерянный фрагментик тела. К таким выходкам Ллос он уже привык. Подкрутил болевой порог и старался не рефлексировать.
– Носки, говоришь? – усмехнулась она.
– Я пошутил. Серьезно. У меня уже есть четыре жены. Мне хватит. И так перебор.
– А я все же подумаю. Мне нравится твой подход к делу…
Начались торги. Очень напряженные. Впрочем, в этом деле Ллос с Кали охотно подменили Виктора. Им в таких склоках участвовать было привычно и комфортно. Особенно Ллос, окунувшись с головой в свою любимую стихию интриги.