Zum Hörbuch
Они были старшекурсницами – красивые, каждая по-своему, абсолютно уверенные в себе. Высокая рыжая Лили Пелье, стройная и здоровая, эдакая кровь с молоком. Жгучая брюнетка Наяда Сирадэ, на полголовы ниже, зато крупнее и фигуристее, вызывающая опасение грубым голосом, остротой взгляда и хищностью охотницы. Казалось, ей ничего не стоит обратиться в пантеру и откусить вам голову. И миниатюрная голубоглазая Агнешка Ковальски с правильными чертами лица и тонкими руками, похожая на наследницу аристократической семьи, знающую всё о приличиях и о том, как их обойти.
Девушки без всякого стеснения рассмотрели мою комнату, прошлись по ней, будто члены приёмной комиссии, заглядывая за ширму и в углы. Хорошо, что мои недавние знакомые Минни и Хлоя застыли на пороге, улыбаясь с неловким любопытством, иначе я бы тоже их невзлюбила. Но они были милыми, особенно на фоне старших девушек. А я-то, наивная, думала, что наслажусь тишиной и одиночеством.
– В чём именно вы ждёте моей помощи? – спросила я, сложив руки на груди.
– Скоро узнаешь, – хитрой лисой улыбнулась Лили, её зелёные глаза не вызывали никакого доверия, впрочем, как и улыбка. – А пока пойдём с нами ужинать. Мне как раз в этом году не досталось новичка для кураторства!
– А ты так переживаешь, дорогая! – саркастично заметила Агнешка.
– Ты же испортишь самую нравственную девственницу, научишь пить, курить и делать запрещённые пассы! – хмыкнула Наяда.
– И манипулировать, – добавила Агнешка.
– Нет, что вы, этим только к сэру Алви! Мне его не превзойти! – с поддельной невинностью подкатила глаза Лили, и все рассмеялись.
«Столовая – дело первостепенной важности», – подумала я и не стала отказываться от приглашения. Да и провожатые мне не помешают, учитывая, что я понятия не имела, где находится эта башня и как из неё выбираться.
Столовая располагалась в большой овальной зале на первом этаже того же здания. Лампады летали в воздухе, ярко светились у стен, освещая крылатые статуи и оскалившиеся морды горгулий на балках под потолком. Ряды столов с длинными скамьями с обеих сторон расходились лучами от центра, где стояли кувшины, подносы с фруктами и сладостями.
Студенты собирались группами, рассаживались. Крышки над большими котлами сами собой поднимались по требованию, и магический половник разливал гуляш или кашу, возле других двузубые вилки сами накалывали куски мяса и крупно нарезанные овощи и отправляли на тарелки. На длинных блюдах по центру столов было сколько угодно хлеба, лепёшек, сыров, ветчины.
Шепоток «заклинательница драконов» пронёсся где-то рядом. Все принялись оборачиваться. Мои сопровождающие отвечали им с весёлым апломбом, а я растерялась. Пожалуй, я никогда столько еды не видела. А мой живот уже давно прилип к позвоночнику.
– Еда тут не ахти, но лучшего не допросишься. Если надоест, можно за отдельную плату заказывать поварам что захочешь. Но заранее, – сообщила Лили.
– Сядешь с нами? – спросила Хлоя.
Я кивнула и устроилась рядом, пытаясь скрыть под столом дрожащие руки. Вокруг меня все просто рассаживались, заказывали магическим вилкам и половникам, что подать; высказывали недовольство, что опять гуляш, просто болтали. А я думала о девочках, которые остались в приюте. Стало ужасно стыдно, что я о них забыла.
На меня продолжали пялиться, спрашивать, кто я и откуда, так что пришлось взять себя в руки и, наблюдая за другими, наполнить тарелку.
– Посмотри-ка туда, – сказала сидящая рядом Лили, – справа. Вон там, за крайним столом, на крайнем месте будет сидеть высокий брюнет. Тоже заклинатель драконов. Страшненький такой, с бородкой.
Я вскинула глаза.
– И он не хочет дать нам ключ от всех дверей, а он – председатель студенческой общины, – добавила Агнешка. – Мы в кои-то веки обзавелись отдельным помещением, но тут ты! Так что тебе и решать вопрос, чтобы нам снова можно было собираться без лишних глаз.
– Вообще-то это было решение не моё, а мистера Носка, – заметила я, возвращаясь к реальности.
– Эта старая куча хлама любит взятки и берёт их, – ответила Наяда. – Если бы не решение одного из старших магистров, лысого демона он бы тебя туда поселил! Кто тебя привёз в Академию?
– Леди Элбери, – сказала я.
Наяда фыркнула:
– Так и знала! И узнаешь у неё, куда она дела нашу собственность с чердака, если это не работа Носка.
– Там были только обломки…
– Много ты понимаешь в магических покровах! – возмутилась Лили. – Обломки – прикрытие. О, а вот и леди Элбери пожаловала! И заклинатель с ней. Его зовут Джестер Вагнер.
Я взглянула на вход в зал и увидела леди Элбери в бордовой мантии. Рядом с ней шёл высокий, темноволосый молодой человек с бородкой и с папкой под мышкой. Он был некрасив, но крепок, нос с горбинкой, взгляд с прищуром. Уж не Вёлвинд ли это? Хотя почему это должен быть он?
Язык так и зачесался начать расспросы, но облысеть мне не хотелось. И я навострила уши, потому что если говорить нельзя, выслушать других всегда полезно.
– И вообще зачем Вагнеру ключи? – продолжала возмущаться Лили. – Вечно разъезжает по своим проектам: драконов ищет. То в пустыню, то в леса. Дотошный, жуть!
– Ведь ему так положено по должности… – начала было Минни, но увидев взгляд Наяды, осеклась.
– По должности он должен в Академии сидеть, а не путешествовать по миру туда-сюда.
– И вообще мы хотим, чтобы, наконец, председателем сообщества стала девушка! Стала же леди Элбери старшим магистром! – заявила Агнешка.
– Заклинателей почти нет. Так что вы наверняка столкнётесь, может, он тебя курировать будет! – взволнованно проговорила Хлоя. – Нас он вообще всерьёз не воспринимает и слушать не желает.
Моё внимание зацепилось за другое: разъезжает, в драконах разбирается, высокий и эта борода… Сердце забилось от волнения: всё-таки он – Вёлвинд?
– Хорошо, я попробую поговорить, – сказала я. – Только расскажете, зачем. Наверняка спросит.
– Вот и отлично! – раскраснелась от удовольствия Лили. – Мы тебе подготовим легенду.
– Лучше просто сказать, что нам нужен ключ и пустое помещение, – сдержанно сказала Агнешка.
А я снова вспомнила об оставленных в приюте девочках и подумала, что поговорить стоило и с леди Элбери в первую очередь. У меня в самом деле есть вопросы…
Решив так, я позволила себе поесть. Кажется, можно было радоваться: жизнь налаживается, у меня есть кров, еда, новые друзья… Вот только о старых забывать не стоит, хоть они меня и предали в некотором смысле. А ещё есть главная загадка: Вёлвинд.
Я снова взглянула на угрюмого парня, который выглядел старше других, собранный и цельный, будто высеченный из скалы. Я и не подозревала, что так скоро раскрою моего спасителя! Хотя днём мне показалось, что он должен быть другим…
И вдруг Лили томно зашептала:
– О Боже, мистер Элоис вернулся! Боже-Боже, я его обожаю!
– Мечта… – вздохнула Агнешка, а Наяда хрипло рассмеялась.
Я обернулась, проследив за их взглядами, и сердце моё гулко бухнуло. От бокового входа к столу преподавателей шёл уверенной походкой, как фрегат, оставляющий за собой длинные тени, тот самый незнакомец. Мощный, высокий, черноволосый, в идеально скроенном сюртуке, с аккуратно завязанным шёлковым шейным галстуком, в узких брюках. И… тоже с короткой бородой.
Он поприветствовал преподавателей за отдельным столом, леди Элбери, пожал руку заклинателю и сел, слегка развалившись, рядом. Туда же подошёл и несносный блондин мистер Алви. Я отметила, что у преподавателей были высокие стулья, а не лавки. И приклеилась к незнакомцу взглядом, чувствуя нарастающую неприязнь к Лили, которая продолжала петь ему дифирамбы.
– А кто он? – слегка охрипнув от волнения, спросила я.
– Мистер Элоис – декан научного факультета, – ответила с томной улыбкой Лили. – Мы просто дождаться не могли, когда он вернётся с конференции. В отличие от других магистров, он не настолько крутой маг, зато гений. Его везде звали, а он выбрал нашу академию. Потому что она лучшая!
– Девочки, а какие у него плечи! – заметила Наяда.
– Но ты не заглядывайся, место рядом с ним уже прочно занято! – добавила Лили.
– Это ещё вопрос, – недобро глянула на неё Наяда.
А я подумала, что мистер Элоис тоже мог бы оказаться тем, кто скрывался под маской. Хотя если он не очень сильный маг, то, наверное, нет.
И почувствовала сожаление.
Леди Элбери сказала что-то сидящим рядом с ней мужчинам. Мистер Алви, заклинатель и черноволосый красавец, мистер Элоис, одновременно подняли головы и посмотрели на меня. Я покрылась мурашками и поспешно уткнулась взглядом в собственную тарелку.
А вдруг и в самом деле один из них Вёлвинд?
И если так, что я с этим буду делать?
В любой непонятной ситуации ешь, пока не отобрали, – решила я и налегла на гуляш. Увы, наелась быстрее, чем хотелось бы. Вокруг витали разговоры, взгляды и запахи.
Я встала из-за стола, поблагодарив половник за неимением повара. Наяда, Лили и Агнешка прыснули. Сидящие напротив девушки-первокурсницы, заглядывающие им в рот, тоже. А Минни и Хлоя оглянулись.
– Уже уходишь?
– Подожди нас, – сказала Минни. – Поболтаем ещё!
– Нет, – мотнула я головой. – У меня есть дела. Потом хочу лечь спать пораньше. Долгий был день.
– Сразу видно новичка! – усмехнулась Лили. – Ладно, спи пока. Но не забывай, если мы не найдём помещение до конца недели, спать тебе мы не дадим. Комнату в башне мы первые заняли.
– Посмотрим, – буркнула я.
Проход из столовой, взгляды в спину, наконец, улица! Всё-таки здесь всего было чересчур много! Я вдохнула вечернюю прохладу и, вспомнив дорогу к апартаментам леди Элбери, направилась туда. Мешок ждёт меня у миссис Хогс, но мне хотелось бы поговорить с её хозяйкой. Потому что с каждой мыслью о брошенных в приюте девочках стыд пробегал по моей спине и рукам колкими приливами мурашек.
Возможно, здесь не в курсе, что там у каждой второй малышки есть магия? А она есть! Теперь я могу в этом поклясться! И все эти важные маги и волшебники должны об этом знать!
Впереди показалась группка студентов, я шагнула в тень кустов. Надоели мне взгляды, вопросы и необходимость держать лицо. Парни прошли мимо, болтая громко о своём.
Под сенью деревьев, за остриженными кустами, жарко пахнущими жасмином, оказалась узенькая протоптанная дорожка. Видимо, садовник оставил. Я пошла по ней, поглядывая на отлично видимых из моего укрытия прохожих и оставаясь в тени. Вновь почувствовала себя, как в лесу: одна, с шорохами ветвей и трав, перещёлкиваниями сверчков и трелями цикад. Люблю эти звуки!
Торопиться было некуда. Подожду, когда пройдёт леди Элбери к себе, тогда и отправлюсь за вещами. Когда сидишь часами в крошечном карцере, лучшее, чему можно научиться, – ждать. А я в совершенстве освоила этот навык!
По площадке, подсвеченной фонарями, прошёл, пришаркивая левой ногой, магистр Гроусон. За ним проплыла вчерашняя пожилая мадам, только теперь не в чепце, а в плетёной шляпке с пером и цветами. Интересно, почему она всегда в головном уборе? Возможно, она лысая?
И снова наступила тишина. Тёплая, ночная, тягучая.
Что-то шлёпнулось мне на макушку и, щекотнув ухо, упало на край плеча. Я осторожно повернула голову. Маленький геккончик повис на коготках, угрожая разорвать новое платье. Моргал, уставившись на меня.
– Тшш, – сказала я и протянула к геккончику руку.
Тот начал дёргаться в попытке высвободить когти.
– Стоп! Замри! – рассердилась я, и вместе с эмоцией из моей ладони полился мерцающий жёлтый свет.
Геккончик застыл, как неживой. Я осторожно отцепила его с рукава и пересадила на свободную ладонь. Поднесла к глазам.
– Испугался, глупыш?
И вдруг в моей голове пронеслась не мысль, а ощущение доверия. Не моё. Я уставилась на крохотное существо. Оно смотрело на меня.
– Боже, а ведь ты тоже из драконов! И я, кажется, тебя понимаю… Мы сможем с тобой подружиться! Скажи, чего ты хочешь?
Посторонний шелест пронёсся в голове, наполненный ощущением ошеломления и вопросом.
– Что? Повтори, сейчас я не понимаю! – воскликнула я громким шёпотом, из ладони к геккончику пролился более интенсивный свет.
– Он говорит, что если вы не перестанете шарашить так в него магией, то у бедняги мозги растворятся, – пробасил некто из-за кустов. – И спрашивает, не приняли ли вы его за настоящего дракона?
– Ой! – Я сжала мерцающую ладонь в кулак.
Кусты раздвинулись, показалась крупная голова. Молодой человек с бородкой, тот самый старшекурсник-заклинатель по имени Джестер Вагнер заявил:
– Стало быть, это вы.
– Стало быть, я. А вы?
– Геккона отпустите. Негуманно так измываться над братьями меньшими.
Джестер перелез на мою сторону под тень раскидистых деревьев и забрал с моей руки ящерку. Что-то прошипел странное и выпустил геккона в траву.
Я растерянно крикнула вслед геккончику:
– Извини!
Джестер взглянул на меня сверху вниз и покачал головой.
– Мда… Но ничего не поделаешь.
– А что со мной надо делать? Что не так?
– Силы валом. Невежества ещё больше. Разве не знаете главный закон мага?
– Не знаю. И какой?
– Слабому не навреди.
– Но я не собиралась никому вредить! – возмутилась я.
Молодой человек глянул на меня исподлобья. В роду у него наверняка были камни. Валуны. Скалы. И прочая неживая природа. И лицо будто из базальта вырезанное.
– Но навредили. Напугали, как минимум. Будете учиться усерднее других, раз ничего не знаете, мисс Танатрея Стоули. – И протянул крупную руку. – Я ваш куратор, Джестер Вагнер.
Я осторожно вложила свою руку в его ладонь, но пожала крепко. Пусть не думает!
– Хм, а у вас сильные пальцы! – с удивлением заметил заклинатель. – Тренировались с хватом грузов?
– Чулки вязала! – ответила я гордо.
– Интересный метод.
– Главное, практичный. Можете попробовать как-нибудь…
– А зубки о кремень точили? – проговорил заклинатель. – Не рекомендую со мной флиртовать и шутить подобным образом. Для заклинателя драконов всегда и везде главное – сосредоточенность и дисциплина.
Я?! Флиртовать с ним?! Да что он себе удумал? От возмущения у меня пропал дар речи. Тем временем Джестер Вагнер продолжал:
– Если хотите остаться в Академии, филонить не стоит. Все задания выполнять надо вовремя и на двести процентов. Неуспевающих даже дар не спасёт. Жду вас завтра сразу после первой лекции у выхода из столовой.
– Я буду, – оробела я от его раскатистого, почти драконьего тона.
– И осторожней в кустах, – заявил Джестер. – Здесь ещё много непуганых ящериц. Надеюсь, больше вы мозги никому не расплавите.
И шагнул наружу. Я моргнула. А он ушёл в сторону преподавательских апартаментов.
«Он сказал «филонить», он разъезжает и он видит, как я «заклинаю» драконов. И в разговоре он твёрд, характер тот ещё. И несмотря на то, что он только студент выпускного курса, он с преподавателями на короткой ноге», – размышляла я. – «Значит, он и есть Вёлвинд. И это он меня спас».
Можно было возликовать: загадка разрешилась, но почему-то я расстроилась. Вылезла из кустов и сразу же наткнулась на леди Элбери.
– Что ты тут делаешь, Танатрея? – удивилась она.
– Вас жду.
– Зачем?
– Хочу поговорить. – Я собралась с духом и выпалила: – В приюте большинство девочек с магией. Я в этом сомневалась, но теперь, когда я вижу всех этих студентов и преподавателей, волны их энергий, я могу точно сказать: магия у девочек есть! Может, меньше, чем у вас, к примеру. Но и у меня и намёка не было на какие-то заклинания, пока я не испугалась, что та виверна сожрёт Нэтси! А знаете, как нас воспитывают, чтобы погасить магию? Держат в холоде, впроголодь, заставляют постоянно что-то делать «на благо» их проклятого общества, лишь бы некогда было вздохнуть и подумать: а кто ты. Вот что там происходит, леди Элбери! Ужас, что там происходит! И некоторые даже сходят с ума или просто превращаются в кукол, в послушных, картонных кукол, у которых ничего не остаётся своего, только вбитые в голову слова сестёр! Я смотрю на весь это рай здесь, в академии, и понимаю, так не должно быть: что одни страдают, а у других всё есть, и эти другие вовсе не ценят, что им дано! Все должны знать! И даже если вы отправите меня за это…
– Почему я должна тебя куда-то отправлять? – спросила леди Элбери.
– Потому что вы сказали скрывать моё прошлое и забыть всё, что было. Но я не могу забыть, это несправедливо! Это как предательство: расслабиться, отвернуться и сделать вид, что всё хорошо!
– И кому же ты хочешь рассказать о приюте?
– Всем. Надо что-то сделать с этим. Как-то изменить. Забрать девочек… Почему нельзя было забрать всех? Ведь сёстры ничего не могли сделать, они были заморожены…
– Всех забрать нельзя. Не сейчас, – почти вплотную встала ко мне леди Элбери и понизила голос. – Похищение одной девочки можно назвать хулиганством. Похищение всего приюта – бунтом. Для этого пока не время…
– А когда будет время? – волнуясь, спросила я.
– Будет, – твёрдо сказала леди Элбери и тронула меня за руку. – Мне очень жаль, что ты страдала, и жаль всех твоих девочек. Это трагедия нашего времени. Но бывают такие моменты, когда для того, чтобы спасти большинство, приходится жертвовать чем-то. В данном случае справедливостью.
– Но я не могу, как вы! – проговорила я. – Мне кусок в горло не лезет, оттого что я знаю: там голодают! Мне стыдно!
– Мы не боги. И мне тоже больно осознавать: что-то мне не под силу, а хочется изменить всё и сразу. Но я скажу тебе больше: от того, как хорошо ты будешь делать то, что можешь сейчас; как усердно станешь учиться; как быстро увеличишь силу твоего дара и свои возможности, зависит не только твоё будущее, но и будущее твоих девочек. И таких же, как они, в других приютах, которых много по всему вашему королевству.
У меня пересохло во рту.
– А как они от меня зависят?
– Каждый маг, каждый человек вносит каплю зла или добра, гармонии или хаоса в то, что происходит в мире. От магов зависит в два раза больше. От сильных магов – в сотню. Твоя сила растёт…
– Тогда я буду учиться! Я хочу побыстрее внести в мир то, что нужно!
– Отлично. Но некоторые вещи не делаются побыстрее. То что придёт к тебе, придёт само. В нужное время и нужный час. Ни позже, ни раньше.
– А что же тогда делать? – растерялась я.
– Просто живи. Узнавай себя и свою силу. Это сейчас самое важное!
– Ладно… – выдохнула я.
– Вот и хорошо, – улыбнулась леди Элбери. – Я рада, что ты пришла ко мне, Танатрея. Ты очень добрая девочка. Всегда обращайся ко мне, если возникнут вопросы. А теперь иди отдыхать. Благих снов!
– Благих снов и вам!
Я развернулась и побрела в сторону общежития. На плечи навалилась усталость, и хотелось одним взмахом жезла изменить весь мир.
И вдруг вспомнила: я же не забрала свой мешок. А делать хорошо, значит, делать вовремя и не откладывать на завтра. Поэтому я побежала обратно к апартаментам леди Элбери. Дверь была не закрыта. Наверное, она только что вошла. Я ступила в холл и позвала негромко:
– Миссис Хогс!
Только пламя свечей взволновалось от моего голоса.
– Миссис Хогс! Это Танатрея. Я пришла забрать мешок.
Нет ответа. На втором этаже послышались голоса. Я почувствовала неловкость, хотя мне и велели явиться. Поднялась по лестнице, утопая ногами в ковровой дорожке. Дверь в гостиную была приоткрыта. Подобрав юбки, я шагнула на площадку, размышляя, постучать или заглянуть вежливо. И вдруг услышала:
– Вёлвинд, меня беспокоит эта девочка. Она милая, но может испортить всё, что мы выстраивали так долго… – сказала леди Элбери.
Вёлвинд?! Я затаила дыхание: он здесь! И сейчас я точно его увижу! Я безотчётно вытянула шею и подалась вперёд.
Сгорая от любопытства, я сделала шажок вперёд, но увидела лишь стену с камином, спинку дивана и пустое кресло. Чёрт!
– Она умнее, чем ты думаешь, – приглушённо сказал из другой части комнаты мужской голос. Совсем не такой, какой был у моего похитителя, и не такой, как у Джестера Вагнера. Хм…
И вдруг из гостиной повеяло запахом дождя, предчувствием грозы. Я даже взглянула в окно: полило? Нет. Я затаила дыхание, понимая, что подслушивать не честно, но просто не смогла уйти.
– А если она узнает тебя?
– Не узнает, – спокойно ответил неизвестный голос, – черты лица в маске не различить, и голос изменён магией. Ты же в курсе.
– Но если всё-таки узнает или будет допытываться? Если про то, что ты был там, с её лёгкой руки станет известно остальным студентам и преподавателям, а ты знаешь, как легко распространяются новости по миру, учитывая, что есть тут у нас и дети дипломатов. Что тогда? – тревожно спросила леди Элбери. – Имей в виду, она ведь пришла сегодня требовать освобождения всех из приюта. И я не уверена, что мой ответ её удовлетворил.
– Почему ты не сказала ей подробнее? Что не было возможности забрать ещё кого-то, ведь пространственно-временная петля, созданная под одного мага, с трудом выдержит второго гостя? И то, что с ней и с тобой петля могла с любой момент схлопнуться, и мы бы упали прямо инквизиторам на голову? А также то, что петель под массовые переходы просто не существует в природе?
– Думаешь, стоило? Поняла бы это девочка, которой всю жизнь вдалбливали в голову, что магии нет?
– Это не просто девочка, это заклинательница драконов. А заклинатель априори не может быть туп. И обладает отменной интуицией, иначе драконы не стали бы его воспринимать.
– Её! В данном случае мы имеем дело с девушкой! Мы знаем всё о заклинателях-мужчинах, но женщины… Не было их сотни лет! О последней только в легенде говорится, – возразила леди Элбери.
– Она тебе настолько не нравится?
– Вопрос не в «нравится»… Оправдан ли риск?
– Ну, ты же сама читала легенды о заклинательнице… – усмехнулся Вёлвинд. – Прекрати бояться, она вон не боится. Мне ничего не угрожает. Уж точно не с её стороны. Как ты понимаешь, у меня тоже с интуицией всё в порядке.
Снова из гостиной дунуло грозой и ливнем.
Я покраснела и, закусив губу, начала осторожно пятиться. Развернулась, и на цыпочках, стараясь не дышать, спустилась по лестнице обратно в холл.
В дверь вошла миссис Хогс. На полусогнутой руке – корзина, наполненная крупными жёлтыми цветами.
– О, юная леди! Наконец-то за вещами!
– Да, добрый вечер, – смущённо кашлянула я, – тут было открыто, я только вошла…
Дверь гостиной наверху захлопнулась.
– Ну вот и чудно! А я вышла на минутку в палисадник, лунтиков набрать, – показала миссис Хогс на корзину. – Для настойки. Они только в этот час расцветают.
– Понятно, никогда таких цветов не видела, – кивнула я. – А мой мешок?
– Да вот же он! – показала миссис Хогс на стул у окна. – Целый день вас дожидается.
– Спасибо! – Я снова покраснела, взялась за бечёвку и спросила: – Не подскажете, как можно часами обзавестись? Я выпустила из внимания этот момент, а теперь опасаюсь проспать утром. Мне опаздывать на занятия никак нельзя.
– Сейчас пойду, спрошу, соберётся ли к вам переселиться кто-нибудь из тиктаклинов.
Я моргнула. А миссис Хогс, оставив корзину на столике, живо поднялась по лестнице, постучала в дверь гостиной и скрылась за ней. Через минуту она вернулась и протянула мне на ладони крошечное существо: мальчишечку в колпачке размером с половину мизинца.
– Он готов будить.
Я с трепетом протянула ладонь. Мальчишка перепрыгнул ко мне, приветственно мотнув молоточком.
– Добрый вечер! – оторопело сказала я. – Спасибо, что согласились!
Мальчик кивнул и уселся на моей ладони, как на площадке.
Я в недоумении подняла глаза на миссис Хогс.
– Но часов-то у меня всё равно нет…
– А тиктаклин на что? – удивилась она. – За ночь построит. И будет там жить.
Я шла обратно в общежитие, осторожно прижимая к груди ладонь, в которой щекотно шевелился мой первый в жизни тиктаклин. Студенты гуляли по парку, оккупировали скамейки в увитых розами беседках. Отовсюду доносились разговоры, смех и даже звуки музыки. А я проскользнула к себе в башню. Добравшись до комнаты, зажгла светильник, выпустила тиктаклина на стол со всем почтением. И на все обороты заперла дверь.
Тиктаклин деловито огляделся и, заметив сложенные обломки в углу комнаты, радостно кивнул, спрыгнул со стола, как кузнечик, и скрылся в них. Интересно, а кормить его чем? Я достала бережно завёрнутую в салфетку половинку печенья, на которое позволила себе разгуляться в городе, и положила на краешек стола. Набрала воды в напёрсток.
И только потом села, взялась за перо, положила перед собой лист бумаги – писать отчёт о произошедшем за день ректору, как было велено. А что писать?
От новой информации кружилась голова: Вёлвинда мне не узнать даже по голосу; а я – первая девушка заклинательница за сотни лет; неизвестный мне человек рисковал собой и продолжает рисковать ради меня… От осознания этого факта меня пробрало мурашками до костей. А ещё он мне доверяет! Он не просто благотворитель и спаситель, он отнёсся ко мне, как у человеку, – так, как всегда хотелось в мечтах!
И ничего не просит взамен, только учиться. С ума сойти! Разве можно предать такого человека или сознательно навредить ему? Ни за что! Могли не брать с меня клятву, пугая выпадением волос.
Конечно, логика теперь не позволяла сомневаться: Вёлвинд – это Джестер Вагнер, ведь он – тоже заклинатель; и он направился в сторону преподавательских особняков перед леди Элбери.
Я задумалась, вспоминая встречу с Джестером в кустах. Да, он был строг и мне не понравился. Но, видимо, дело было в конспирации, теперь я понимаю. И докажу, что риск был оправдан, что я не пустышка!
Я посмотрела на шевелящиеся в облачках магии осколки старой мебели в углу.
Благородный, великодушный Вёлвинд. Возможно, я его даже полюблю!
Сердце забилось в волнении, потому что я никогда не была влюблена. Но разве можно не любить человека, который так много для меня сделал? В некотором роде, он – теперь моя семья. Хоть я и не знаю его настоящего имени, лица и голоса… Я вновь вся покрылась мурашками.
А потом вспомнила об обязанностях и написала на чистом листе:
«День первый. Закупка учебных принадлежностей и формы. Заселение. Знакомство со студентами. Без происшествий».
И только когда я коснулась щекой подушки, я внезапно подумала: «А запах дождя? Он всегда у Вёлвинда такой? Или когда надевает маску сумеречного ливня? Но погоди-ка, разве нужно было ему находиться в маске перед леди Элбери, которая всё про него знает?» И сама себе ответила: «Не нужно». И с улыбкой на губах на грани сна и яви я решила: «Значит, я смогу узнать его по запаху».