– А можно немного конкретики? А то уже восемь, не хочу приехать домой к полуночи. Пока автобуса дождешься, половина жизни пройдет. И еще столько же, пока он доедет.
– А как же Влад? – Вроде возвращается она на землю, допивая холодные остатки коричневой жидкости залпом.
– Он на работе. Написал, что очень много работы.
– Извинился хоть? – Искривляет она лицо настолько, насколько позволяет ее мимика.
– За то, что работает? – Усмехаюсь я, даже не понимая, насколько серьезно Света это говорит.
– Ладно, поехали.
Вечер обещает быть скучным. В полном одиночестве я ложусь на кровать и пялюсь в потолок. Есть не хочется совсем. Телевизор смотреть тоже неинтересно. Кажется, я разучилась проводить время наедине с собой. Так привыкла к обществу Влада, что он всегда где-то рядом, как и шум его бесконечных интернет программ, что перестала обращать внимание на свои интересы. А ведь когда-то я рисовала. Не для работы, а в удовольствие. А это совершенно другое. Когда работаешь карандашом для коммерции, то не можешь особо фантазировать. А для себя … Сразу же стираются все границы. Фантазия уводит куда-то далеко, а ты просто следуешь за ней, забывая о времени суток, потребностях, настоящей жизни. Существуешь внутри своего рисунка, отправляясь в далекое путешествие, не имеющее никаких рамок и ограничений.
Недолго думая, я достаю из стола альбом и пачку простых карандашей. И начинаю творить. Отдаюсь любимому делу полностью и без остатка. Разве что, пару раз на кухню бегаю, чтобы попить, а то во рту совсем пересыхает, ведь высунуть язык – это святое, когда проводишь линию, которая может оказаться судьбоносной для этого рисунка. Но после того, как рубеж с развитием фантазии пересечен, я и о воде забываю.
Приходится закончить рисование не по своей воле. От скрюченного положения рук, ног и спины, затекает все тело. Особенно начинает болеть шея, хоть я и стараюсь контролировать себя, периодически перекладывая голову на другую сторону. Надо будет как-нибудь закончить свой рисунок, а то не люблю оставлять дела незавершенными.
Времени уже очень много, а Влада так и нет. Я до последнего надеялась, что он придет, и мы все же вместе ляжем спать. Но увы. Приходится вновь ворочаться одной в холодной постели, укрываясь огромным одеялом, не предназначенным для таких одиноких ночей.
На утро я оказываюсь совсем разбитой. Иногда совсем забываю, что высыпаться тоже нужно, а не ждать, пока кто-то придет и уложит спать. Но имеем, что имеем.
Кстати, Влада дома не оказывается. Не понимаю, приходил ли он вообще. Никаких улик его присутствия, но и отсутствия тоже. На телефон он не отвечает. День начинается крайне скверно.
Приходится искать номер Дмитрия Владимировича среди кучи документов, присланных мне на электронную почту. В одном из них он точно указывал свой номер телефона. И почему я сразу его не попросила? Все-таки начальник. Вдруг какая нужна возникнет ему позвонить? Например, как сейчас.
– Слушаю, – слишком по-доброму отвечает он для утреннего времени, которое для меня считается всегда самым неприятным.
– Дмитрий, доброе утро. – Начинаю я, готовясь к самой стыдной фразе. Еще никогда мне не приходилось вот так предупреждать, что опоздаю на работу. Но и Влад раньше не задерживался насколько на работе, чтобы не иметь возможности меня довезти. Хоть предупредил бы … Я встала бы пораньше. – Это Василиса Ларина.
– Да, я узнал. Твой номер у меня записан. Что за повод для звонка?
– Возникли непредвиденные … затруднения. Мне придется опоздать на работу. – Стыдясь своих же слов, произношу я. И сама чувствую, как наливаются мои щеки, словно имеют родственные связи с раками, а я сама сижу на раскаленной сковородке и жду, как меня поджарят от услышанного.
– А что случилось? – С беспокойством в голосе спрашивает Дмитрий.
– Да мелочи.
– Я слушаю, Василиса. – Настаивает на своем начальник.
– Да меня по утрам всегда жених довозил до работы. А тут он без предупреждений оказался на работе. Придется ехать на автобусе, но это займет больше времени. Если нужно, то я останусь вечером подольше на работе, – сразу же добавляю я, чтобы немного сгладить углы.
– Некрасиво поступил твой жених. Василис, я сейчас как раз еду в офис, могу захватить и тебя. Ты уже собрана?
– Не стоит, Дмитрий. Спасибо, я доберусь сама. Что вы будете тратить время.
– Василиса, мне практически по пути. Даже не спорь. Минут через десять буду у твоего дома. Если даже мы опоздаем, то вместе, а это не считается. Давай собирайся и выходи.
Дмитрий отключается, а мне становится еще больше неловко. Вот сейчас за мной заедет начальник, которого я вчера за глаза грязью немного поливала, «расхваливая» его подруге и делясь «радостью» об изменениях на работе. Да и ехать я с ним не хочу! Не нравится он мне. Можно было бы вызвать такси, но с деньгами сейчас очень трудно, несмотря на хорошую зарплату. Свадьба стоит немало, да и на квартиру мы откладываем, сколько получится. Так что, такси – это сейчас слишком дорогое удовольствие.
Но все же выйти из дома и ждать начальника приходится. Не могу же я бросить его, когда он сам вызвался помочь. Мне от него еще подпись нужна на дополнительные выходные по случаю свадьбы. Как же он мне пойдет навстречу, если я так с ним поступлю …
Подъезжает синяя машина, останавливаясь прямо передо мной. За рулем Дмитрий. Я сажусь рядом.
– Еще раз доброе утро, – поворачивается он ко мне.
– Утро не бывает добрым.
– Значит, у тебя неправильное утро.
Дмитрий увеличивает громкость уже играющей музыки, и машина трогается с места, быстро набирая скорость. Еще никогда я не каталась по городу на такой скорости. С одной стороны страшно, а с другой … такие приятные ощущения. Так компания Дмитрия становится менее невыносимой. А еще он молчит, не ставя меня в ступор своими оригинальными разговорами. И музыка настраивает на позитивный лад. Как же быстро плохой день меняется, становясь только лучше.
Но все хорошее заканчивается. Дорога продолжается, а Дмитрий делает музыку тише.
– Василис, а ты не хотела отучиться на права?
– Когда-то хотела. И отучилась. Только машины нет. – с горечью отвечаю я.
– И что пошло не так?
– Все упирается в деньги. Покупка машины – деньги. Бензин – деньги. Содержание машины – опять деньги. Одной нам обычно хватало, а вторую мы не потянем.
– Знаешь, если чего-то правда хочешь, то ничто тебя не остановит. А так можно рассуждать обо всем. К тому же, зарплата у тебя хорошая в компании, со следующего месяца будет прибавка, как я и обещал. Ничего не мешает взять и пойти к своей цели.
– Возможно. – Ухожу я в свои мысли.
В чем-то Дмитрий прав. Если хочется, то надо идти и делать, а не ныть. Всегда будет чего-то не хватать. Но странно, что я ни разу ничего подобного не слышала от Влада, только сейчас впервые прозвучала эта разумная и вполне мотивирующая мысль. Как будто Дмитрий не так уж и сильно от меня отличается, смотря примерно в ту же сторону и под тем же углом на происходящее в жизни.
Так получается, что в офис мы заходим вместе. Надеюсь, после этого не расползутся глупые слухи. А то расхлебывать это потом … Перед Владом объясняться, если все зайдет слишком далеко … Мне оно не нужно. Значит, и с Дмитрием больше не стану ездить, даже если будет такой приказ или под расстрел. Меня не напугать.
– Василиса, зайди ко мне сразу, – прямо на весь коридор объявляет Дмитрий, стоя в другом крыле коридора, пока я пыталась по-быстрому от него уйти.
– Как скажете.
В кабинете Дмитрий Владимирович чувствует себя крайне комфортно. Он сразу же ставит чайник, выкладывает из ранца документы и вальяжно проходится по всему пространству, убирая руки в карманы.
– Василиса, я не просто так позвал тебя в кабинет, хотя мог поговорить с тобой и в коридоре. Но решил не доставлять тебе еще больших неудобств. Я помню про твое отношение к другой стороне твоей работы, которую ты избегала. На завтра у нас запланирована встреча по поводу отеля. Нужно будет представить вариант дизайна. Проект готов?
– Практически. Нужно все перепроверить.
– Замечательно, – останавливается Дмитрий рядом со мной и улыбается, глядя на меня сверху вниз. – Тогда сегодня занимайся только этим проектом. Все должно быть выверено до мельчайших деталей. Завтра у нас с вами встреча с заказчиком.
– А кто еще будет? Из компании?
– Никого, – заставляю я опешить начальника и немного смутиться. – Только ты и я. И заказчики, разумеется. – Качает Дмитрий головой.
– То есть как? Раньше всегда на встречу приходила часть штата сотрудников. Да и юрист обязательно должен присутствовать при встрече.
– А сейчас все будет иначе. Большое количество людей не нужно, чтобы показать презентацию. И договоров мы никаких завтра подписывать не будем. Так что я уверен, мы с тобой вполне справимся со всем. Встреча, кстати, пройдет утром. Могу забрать тебя и подвезти.
– Спасибо, конечно, но я сама доберусь. Главное, скиньте мне адрес.
– Василиса, это за городом. Ты уверена, что тебя довезут?
– Уверена, – с раздражением выдыхаю я. – Это все? Я могу идти?
– Иди, – пожимает плечами Дмитрий и уходит к кипящему чайнику, на который я становлюсь сейчас очень похожа. Но с одной небольшой разницей, которая скоро исчезнет. Ведь еще немного, и у меня тоже что-то засвистит.
Работать над проектом я начинаю сразу же, только зайдя в кабинет. Это даже не вопрос распоряжения начальника, сколько моя собственная ответственность. Выверяю каждую цифру, букву, символ, равнение рисунка и еще много всего.
– Вася, привет, – звонит мне Влад, и я сразу же отвечаю.
– И тебе добрый день. Куда пропал? – С претензией спрашиваю я, ведь имею на то право.
– Извини, работы столько навалилось. Пока все делал, случайно уснул в офисе.
– Сегодня тоже планируешь?
– Не знаю. Как пойдет.
– Влад, а ничего, что по утрам ты меня довозишь до работы? У меня были все шансы опоздать, ведь ты даже ночью не предупредил, что можешь не приехать.
– Так я ж не знал! Но ты доехала?
– Да, я на работе.
–Ну вот и отлично, – радуется Влад только на словах. – Ладно, побегу. Еще столько дел.
Звонок заканчивается, а во мне начинает бродить глодающее и колючее чувство, застревающее в районе груди. Осадочек от разговора остается, несмотря на волнение и радость Влада, которых в ровном и спокойном голосе совсем не чувствовалось, словно он для галочки спросил.
– Можно? – Внезапно открывается дверь, и в кабинет заходит Дмитрий Владимирович.
– Разумеется, – обреченно произношу я.
– Пойдем пообедаем. – Вот так слишком легко и просто говорит он!
– Я не могу. У меня проект. А еще жених, если ты не забыл, – пересиливаю я себя, чтобы, наконец, перестать «вы-кать» по привычке.
– Да не переживай. Совместим приятное с полезным. Чтобы не тратить времени, обсудим как раз завтрашнюю встречу. Давай собирайся, и пойдем. Там есть, что обсудить.
– Можем поговорить тут. – Настаиваю я, даже не вставая с кресла.
– Зачем? К тому же, развеяться тоже бывает полезно. А еда особенно полезна при больших объемах работы. Собирайся, собирайся.
Живот предательски поддакивает начальнику, и мне приходится сдаться. Обед, и правда, не стоит пропускать, хотя компанию я бы, конечно, сменила.
С Дмитрием Владимировичем мы пешком отправляемся в ресторан, что находится недалеко от работы. Он настаивает именно на том месте, а я не вижу смысла отказываться.
За обедом мы действительно обсуждаем проект, как и обещал начальник, и ни словом больше. За рамки работы наша беседа не выходит. Дмитрий предлагает несколько вариантов, как можно представить финальный вид проекта.
– Давай сделаю зарисовку, покажу, что имею в виду. Есть с собой кусок бумаги?
Я начинаю искать. В ней оказывается тот самый альбом, над которым я вчера долго сидела, а потом, видимо, машинально сунула в сумку. Протягиваю Дмитрию весь альбом, хотя можно было бы и вырвать страницу. А он, как назло, начинает листать, не останавливаясь на первом чистом листе. Неудивительно, что он доходит до моего рисунка.
– Это ты рисовала? – Удивленно смотрит он на меня, а потом вновь разглядывает мои маляки.
– Да, вчера нечем было себя занять, вот и вспомнила о давнем увлечении.
– Ты очень красиво рисуешь. Ты ведь знаешь, что у тебя талант? Могла бы давно заняться рисованием серьезно, а не просиживать в офисе, собирая из мелочей идеи дизайнеров воедино.
– Меня устраивает моя работа, – продолжаю смущаться я. Еще никогда и никому я не показывала свои рисунки, считая их недостойными внимания.
– Наверно, жених гордится твоими работами. – Совершенно искренне произносит Дмитрий, все еще не отрываясь от моего рисунка, в котором нет ничего особенного.
– Я даже не уверена, что он знает.
– Что ты рисуешь?
– Ага. Мы это не обсуждали. Да и он не интересовался, чем я занимаюсь, черкая карандашом по бумаге.
– Очень зря. Обязательно покажи ему свои работы, думаю, он оценит.
Наконец, Дмитрий переворачивает страницу, и берет в руки карандаш. Четкими и выверенными линиями, которые даются ему так легко, он в два счета делает зарисовку сложного проекта. Сразу видно, мастер. Я бы даже поучилась бы у него, не будь он моим начальником.
Время пролетает с небывалой скоростью, и приходится возвращаться в офис. В глубине души мне становится даже жаль, что обед подходит к концу. В какой-то момент я успеваю забыть, с кем нахожусь рядом, и раздражение от общения с Дмитрием куда-то пропадает.
Мысли, мысли, мысли … Голова буквально рвется на части. Идеальная работа – тоже не предел. Мне же лично предстоит отвечать за нее головой, представляя заказчикам. Не помогает уже и горячий кофе, обычно налаживающий умственную работу. Перехожу на холодный. Вынужденно, конечно, пару раз забывая про него. Но … с кем не бывает.
Страдальческое выражение лица, смотрящее на меня из зеркала, придает сил скорее завершить работу. Странная мотивация, согласна, но все не так уж однозначно. Хочется быстрее закончить, чтобы поехать домой и отдыхать, морально готовясь к предстоящему «веселью и разнообразию». Завтра меня ожидает самая настоящая инквизиция.
Времени уже оказывается слишком много для того, чтобы ехать домой и расслабляться. Я конкретно так перерабатываю, выключая рабочий компьютер только к началу десятого. А все почему? Люди разучились ответственно работать. Одна халатность! Сначала приходится переделывать макеты, на которых красуются несовместимые части, затем двигать картинку целиком, чтобы та влезала в заявленные размеры реального пространства. Находится еще огромная куча мелочей, незамеченных дизайнерами, что отправили мне куски проекта. Да, это даже не части, а самые обычные куски, рваные, необтесанные, неаккуратные. Поувольняла бы всех, будь у меня такая власть.
Телефон только сейчас попадает ко мне в руки, все время до этого пребывая в беззвучном режиме. Оказывается, писал Влад. Опять он задерживается и просит не ждать на ужин. Раз столько работы накопилось, может и не стоило нам уезжать в отпуск? Зачем вообще такая работа нужна?! Я возмущена!
Прекрасный солнечный день превращается в холодное мрачное царство. По мере прохождения коридора, я отчетливо слышу, как задувает ветер за окном. А я всего лишь в тонких брюках и пиджаке, под которым шелковая майка на тонких лямках. Еще и Влад забрать не сможет, так что придется дожидаться, редкого для этого времени, рейса автобуса, пытаясь насладиться порывами ветра. Все оказывается против моего возвращения домой.
– Василиса? – Звучит мне в спину знакомый до неприятности голос. Оборачиваюсь, ведь прятаться уже слишком поздно.
– Дмитрий Владимирович?
– А что вы здесь делаете? – Не понимает он, подкладывая бумаги под стол решепшна, что расположен напротив главного входа.
– Я работала. Столько ошибок нашла, вы не представляете. Не могла себе позволить уехать домой, оставив работу недоделанной.
– Похвально, – улыбается он, подходя ближе и звеня ключами. – Вас, наверно, уже ждет жених?
– Разве что я передумаю и выйду замуж за автобус, – пытается пошутить мой больной работой и уставший мозг.
– Интересная у тебя жизнь. – Дмитрий начинает медленно идти в строну выхода, а я машинально иду рядом с ним, не выпадая из диалога.
– На самом деле нет, – с грустью признаюсь я. – Самая обычная. Даже скучная.
– Давай, я тебя подвезу до дома, а ты расскажешь мне больше о своей скучной жизни?
– Не нужно. Я в состоянии сама добраться до дома. Извините, конечно, Дмитрий Владимирович, но мне совершенно не нравится ваше пристальное внимание и постоянные приглашения на обед или подвезти. Я не знаю вас, возможно, это просто вежливость. Но у меня есть жених, и я не хочу его обидеть тем, что вы решили поиграть в мать Терезу, помогая всем обездоленным и обделенным. – От суматохи дня я уже не выдерживаю и высказываю все, что накопилось у меня за эти дни. Пускай лучше начальник услышит от меня правду, чем я буду притворяться, что все хорошо, и меня это устраивает. Выражение его лица ничуть не меняется, даже улыбка остается при нем. Дмитрий будто не слышит меня, продолжая существовать лишь в собственной картине мира, вводя меня в ступор своей чрезмерной вежливостью.
– Надеюсь, завтра вы не опоздаете. Доброй ночи. – Продолжая улыбаться, говорит он и разворачивается, открывая дверь машины.
Странный он все-таки. Я ему тут высказала, ведь мог и обидеться, а он … Просто принял удар и уехал с наилучшими пожеланиями. Ну что ж, а мне теперь топать на автобус. Куда проще было бы, конечно, согласиться на машину и компанию Дмитрия Владимировича, которая идет в комплекте с помощью, но так было бы не честно. Да и пользоваться его «услугами» я не смогу вечно.
Спустя каких-то полтора часа, из которых час был потрачен только лишь на ожидание автобуса, я захожу домой. В квартире горит свет, а на диван, удобно устроившись, сидит Влад. Он чуть ли не подскакивает, поднимая голову и видя меня.
– Чего пугаешься? Это я. А ты давно дома?
– Да нееет … Пришел совсем недавно.
– Ты ведь мог и забрать меня. Слушай, – сажусь я к Владу на диван, – мы ведь договаривались совсем о другом. До твоей работы ходит гораздо больше автобусов, и рейсы чаще. Давай тогда я буду ездить на машине, если ты не можешь меня возить.
– Ничего себе ты обнаглела! – Ползет у Влада улыбка, но только на одной половине лица. – Машина так-то на меня оформлена. Не смущает?
– Не смущает. А ты чего так завелся сразу? Покупали машину вместе, я оплачивала половину стоимости, как и ты.
– Мне машина нужнее, – закрывается от меня Влад, не поднимая даже головы.
– Ты что-то скрываешь от меня?
– Я? Ты переработала что ли? Я никогда от тебя ничего не скрывал! А знаешь, что? Давай переодевайся и ляжем, я пока выберу фильм.
На споры сил просто не хватает. Я сразу же переодеваюсь в домашнее и прячусь пол одеялом. Влад включает фильм, название которого я даже не спрашиваю. Он обнимает меня, полностью завороженный происходящим на экране, а я устраиваюсь поудобнее и получаю наслаждение от объятий любимого человека. Усталость всего дня накатывает на меня, и я со свободной совестью засыпаю, не обращая никакого внимания на орущий телевизор.
Утро наступает слишком быстро, я не успеваю даже досмотреть свои сны, несмотря на то, что, только открыв глаза, уже забываю все сюжеты. Влад копошится в шкафу.
– Доброе утро, – сонно приветствую я его, пытаясь дотянуться, чтобы поцеловать в щеку.
– Не доброе. Я проспал. Уже должен быть на работе. – Мгновенно отрезвляет он меня, выводя из состояния опьянения вчерашней усталостью.
– То есть? А как же отвезти меня?
– Не получится. – Торопится он к двери.
– Влад! Мы так не договаривались! С завтрашнего дня машина, значит, будет у меня, и я тебя буду подвозить до работы, раз ты теперь начинаешь раньше меня.
– Не, не. – В спешке выбрасывает он слова, выискивая что-то в своей сумке. – Завтра она мне тоже нужна, и потом. Короче, ничего не выйдет. Пока. – Скользит он своими губами по моей щеке.
– А как я доеду? У меня встреча! – Кричу уже ему вслед, выскакивающему в подъезд.
– Попроси кого-нибудь. – Отвечает мне эхо Влада.
Нет, ну нормально вообще? Обхватываю руками голову и смотрю в потолок. Тяжело вздыхаю. Что делать то … Такси будет стоить бешеных денег до места, где назначена встреча. У меня даже не факт, что хватит в одну сторону, ведь недавно я закупилась продуктами и всякими штуками для квартиры, необходимыми во взрослой самостоятельной жизни.
«Влад, скинь на такси» – Пишу я быстрее смс.
«У меня ничего нет, заплати сама» – Приходит сразу же ответ.
Замечательно! И как мы с ним планировали входить в брак и создавать семью? Что за новые горизонты отношений появляются? Такого я от Влада точно не ожидала.
Похоже, выбора у меня не остается. Вот почему ни Свету, ни Матвея нельзя попросить? У Матвея нет водительских прав, а Света машину только недавно отдала в ремонт. Как же все не вовремя … Так бы я к ним обратилась. Но приходится переступить через свою гордость и мысленно извиниться за все сказанное вчера. И позвонить Дмитрию Владимировичу, сгорая от стыда и становясь родственником знаменитого овоща из теплицы.
Странно, но гудки быстро сменяются мужским «Слушаю». Неужели, его вчерашние слова ни капельки не задели?