Zum Hörbuch
Потянулись часы тягостного ожидания. Ожидания казни аристократов, посягнувших на незыблемые устои королевства: земли Литан-Эрона неделимы. Кто считает иначе, тот государственный враг и подлежит уничтожению.
Намия призналась, что участь отца Эрики еще точно неизвестна. Сам наследный принц, спешно прибывший в Тафр, будет решать, что ждет графа Марича: долгие годы каторги или казнь.
Традиционно вердикт вынесут, когда солнце начнет клонится к закату, на городской площади.
Динаэрия все не было. Из спальни Эрику не выпускали. Два бандитоподобных охранника с подозрением смотрели на Намию и на еду, которую она принесла в обед, и на чай, когда настало время полдника.
Есть не хотелось, но под взглядом строгой тетки приходилось жевать через силу.
Солнце опускалось все ниже.
Эрика знала, что на площади, вокруг круглого помоста, уже зажглись огни, собралась толпа любопытных. Аристократов нечасто казнили, а уж в присутствии наследника – еще ни разу. Чем не зрелище?
– Сударыня, вы пытаетесь закормить племянницу, как гусыню? – донеслось из-за двери.
Опять тетя? Дрожащая Эрика решила, что в этот раз не поддастся уговорам: она не будет есть в то время, когда решается судьба отца.
Бедный папочка! Она так виновата перед ним и мамой!
После того как неумолимая охрана артефактом проверила поднос, Намия вошла в спальню.
– Чай и твой любимый пирог! – сообщила она подчеркнуто бодро.
Открытый пирог гордо демонстрировал ярко-зеленую начинку. Дорогущие ягоды шо?
Эрика с удивлением посмотрела на тетку: неужели забыла, что ей после них плохо?
Намия подмигнула. Стоящий позади маг, разумеется, не увидел.
Значит, ничего Намия не забыла…
– Обожаю ягоды шо, – натянуто улыбнулась девушка и положила на тарелку кусочек. – Вы тоже угощайтесь.
Предсказуемо охранники отказались и вышли из спальни, но дверь оставили приоткрытой.
Когда Эрика съела треть кусочка, ее губы и веки опухли. Вторая треть – и у нее раздулись уши и нос, словно их искусали пчелы.
Когда она начала кашлять, тетка в притворном ужасе закричала:
– Отравили! Целителя срочно!
Ворвавшаяся охрана мигом оценила обстановку.
– Я за артефактами, стереги их, – распорядился старший боевик и выскочил из спальни.
– Дыши, Эрика, дыши, милая! – причитала Намия, заламывая руки и при этом прислушиваясь к звукам извне.
Когда стих топот сапог первого охранника, она внезапно обернулась ко второму.
Маг не успел отреагировать на летевшую в его сторону сверкающую пыль. Мгновенно уснув, он рухнул женщине под ноги.
– Быстрее! – прошипела Намия и за руку потянула племянницу из спальни.
Из дома они выскочили через ход для слуг, благо его не стерегли: Динаэрий посчитал, что двух боевиков возле спальни невесты достаточно.
– Когда окажемся на улице, разделимся: сядешь в первую карету, тебя отвезут к Айле, – на ходу, тяжело дыша, проговорила Намия. – Надень кулон!
Тетка протянула зеленый камень на простой медной цепочке. Точно такой уже висел на ее шее. Артефакт?
Запыхавшаяся Эрика все еще опухшими, непослушными пальцами надела украшение.
Зеленая вспышка. Намия стала точь-в-точь как ее отражение в зеркале, даже домашнее платье скопировалось.
– Давай, встретимся на месте! – решительно велела тетка за воротами.
Они разделились: дрожащая Эрика в облике Намии поднялась в закрытую карету, тетка – в стоящий неподалеку открытый экипаж.
Намия взяла погоню на себя… А что, если она потом не сможет выпутаться?
Кусая губы, девушка старательно гнала прочь страшную мысль.
Кучер привез ее к невзрачному одноэтажному домишке с чахлым садом и невысоким деревянным забором. Возле ворот стояла мрачная Айла в дорожном платье и легкомысленно розовой шляпке. В глубине сада виднелась магповозка с чемоданами на крыше, на месте кучера сидел пожилой слуга из дома тетки. Вокруг кареты весело бегали дети Намии, не понимая, что вскоре жизнь их кардинально изменится.
Внимательно вглядевшись в растерянную Эрику под иллюзией, Айла с недовольством прошипела:
– Эрика, это ты? Значит, у Намии получилось… Вот же дура отчаянная! Нам теперь уезжать из страны придется!
– Почему? – не сообразила Эрика.
Раздраженная Айла доходчиво объяснила:
– Потому что, помогая тебе, мы все стали преступниками! Навязанным замужеством теперь не отделаться!
Эрика растерялась.
– Я не хотела, я…
Айла зло махнула рукой, обрывая оправдания:
– Во всем виновата ты и только ты! Одно твое неправильное решение перечеркнуло жизни многих людей! Твоему отцу голову отрубят из-за тебя!
Эрику осенило: одно неправильное решение запустило цепочку событий… Если сделать его иным, то ничего не будет!
Ничего не говоря, она направилась в ту сторону, откуда приехала.
– Ты куда?! – возмутилась Айла.
– В храм Сестер, исправлять свою ошибку!
Улицы были пусты. Наверное, все жители Тафра сейчас на площади в ожидании казни.
Без помех Эрика добежала до храма Гармонии и Дис. Двухстворчатые двери традиционно открыты – богини готовы принять посетителей в любое время дня и ночи. Жаль, что сейчас редко отвечают. Точнее, никогда простым смертным, лишь жрецы богинь удостоены чести передавать их просьбы.
Но то, что задумала Эрика, позволит связаться напрямую.
Не зря она любила легенды! В одной из них она нашла любопытный ритуал, существование которого позже подтвердила научная книга.
Забавно, что именно из-за нее Эрика сцепилась с Дином в день знакомства. Судьба…
Нет, она не будет думать о предателе!
Есть шанс все исправить – и она его не упустит.
Храм тоже пуст.
Пройдя ряды скамей для молящихся, Эрика остановилась напротив трехметровой статуи: две девушки и шар в их руках. Точнее, у одной он лежал на левой ладони, вторая словно прикрывала его правой от невзгод. Гармония и Дис. Вечно соревнующиеся Сестры, хранящие Дисгар.
Эрика беспрепятственно дошла до сердца храма – алтаря. Огляделась. Никого. Свечи горят на полу и в нишах на стенах. На алтаре нет драгоценностей и монет, подношений для Дис, только цветы для Гармонии, лежащие пышными охапками. То есть вечернее служение завершено, дом богинь убран. Возможно, храмовники ужинают где-то в скрытой части храма.
А то и вовсе все ушли на площадь поглазеть на казнь…
Эрика встревоженно огляделась. Храмовники должны дать ей ритуальные предметы. Как она без них?
– Эй! Кто-нибудь! Мне нужна помощь!
Крикнув, Эрика замерла, потрясенная собственной дерзостью. Громко кричать в доме богинь… Никогда бы не подумала, что сможет так.
Проходы, ведущие в скрытую часть храма, все так же темны.
И кто ей теперь принесет нож?
Ритуального храмового нет, и с собой обычный не додумалась захватить.
Едва не расплакавшись от обиды на свою непредусмотрительность, Эрика, кусая губы, прошлась вокруг статуй. У подножия каменных богинь догорали свечи.
О, свечи! Точно! Она как-то видела, как служка острым ножом срезал с пола огарки. Завершив работу, он оставил инструмент в одной из ниш. Вдруг это его постоянное место хранения?
Эрика бросилась ко второй нише справа.
Есть! Нож на месте. Получается, богини не против ее затеи?
Эрика решительно освободила алтарь от цветов, сгрузив их на пол. Удивительно, но ни одного увядшего растения! Свежи, словно их только срезали.
Сердце билось в горле, когда девушка залезала, а затем и удобно укладывалась на алтаре.
Положив нож на живот, Эрика зашептала врезавшуюся в память молитву из книги:
– Милосердная Гармония, Всепонимающая Дис, услышьте! Я совершила ошибку и пришла ее исправить. И я готова отдать самое ценное, что у меня есть, – жизнь. Только избавьте моих родных от страданий, позвольте вернуть счастье и покой! Кровь за кровь, жизнь за жизнь!
Схватив нож, Эрика резко взмахнула…
И, зарыдав, разжала пальцы. Звон ударившегося о пол ножа вспугнул тишину.
Она не может. Просто не может!.. Принести себя в жертву не может даже ради родных… Страшно. Больно. А еще этот ритуал перечеркивал учение богинь, что жизнь бесценна. Разве они могли ее требовать?!
«Верить до последнего вздоха», – говорила Гармония.
«Бороться до конца – и обязательно вражьего», – твердила Дис.
Так разве могли богини требовать самоубийства от последовательницы?
Книга ошибочна, а то и вовсе зловредна! Ловушка для отчаявшихся.
Так, нужно вернуться к убежищу Намии и обсудить, как быть дальше.
Эрика ощутила, как с плеч свалилась непосильная ноша.
Спрыгнув с алтаря, она сделала шаг…
– Эрика! – отчаянный крик у входа.
Тетя?!
Поворот в движении… Нога зацепилась за букет.
Эрика успела удивиться, что падает, а затем пришла темнота…
Я забарахталась в холодной воде. Закашлялась.
– Эри, да что же такое?! Опять уснула!
Заботливые руки Намии помогли удержаться, не соскальзывать по стенкам ванны.
Уснула – и провалилась в воспоминания настоящей Эрики. Последние дни и часы ее жизни, самые яркие. Порой даже забывала, что я – не она. Не юная наивная девочка, которая поверила, что самая большая вина на ней, что лишь она должна отвечать за горе, свалившееся на семью.
Нет, это отец Эрики привел в дом заговорщиков. Если с ним связались, предложили поддержать движение, значит, он разделял опасные взгляды и неосторожно себя выдал.
Эрика виновата в том, что не рассказала родителям о поклоннике, задурившем ей голову. Впрочем, Динаэрий любил девушку по-настоящему и совместил приятное с полезным: устройство личной жизни и выявление заговорщиков.
Что ж, грустно, но невезение и мнительность Эрики подарили жизнь мне. Второй шанс, который отберут богини, если я не буду осторожна…
– Намия, откуда ты знаешь, как готовиться к побегу?
Этот вопрос периодически я задавала самой себе, забывая спросить у той, кому он предназначался. И лишь сейчас, после погружения в память настоящей Эрики, решила задать.
Намия застыла возле двери. Медленно обернулась и с деланым равнодушием пожала плечами:
– Я не знаю, просто повезло. К тому же в городе началась паника, сама помнишь.
О да, ночь нашего побега сложно забыть, но все же женщина хитрит.
– Прости, Намия, но ты слишком четко действовала: отвлекла охрану, усыпила, затем применила специфический артефакт – артефакт обмена внешности. А съем жилья, поддельные документы для меня? Даже волосы ты перекрашиваешь профессионально, словно много тренировалась. Ты как будто знала, что племянницу придется спасать. Вспышка озарения?
Намия невесело улыбнулась:
– Ладно, подловила. Я не планировала спасать племянницу, это остатки старой подготовки.
– Старой подготовки? – переспросила я, теряя нить разговора.
Вернувшись, Намия опустилась на край моей кровати.
– Хорошо, раз ты такая наблюдательная, расскажу. Я ведь вышла замуж не по любви, по приказу родителей. Не слюбилось и даже не стерпелось, а после рождения дочек стало невыносимо. И я решила, что заберу девочек и сбегу.
– Твой муж обижал тебя? – тихо спросила я.
– Он не поднимал на меня руку, если ты об этом. Но некоторые люди умеют бить словами больнее и прицельнее, чем кулаком. Самое безобидное – это упреки, что вместо наследника я родила ненужных ему дочерей-близняшек, вдобавок наполовину шаадорок.
– Но ведь он знал, что ты шаадорка, когда брал в жены!
Намия пренебрежительно хмыкнула:
– О, тогда этот недостаток перекрывала величина моего приданого! Но, увы, оно имеет свойство заканчиваться.
Приглушенный свет магической лампы подчеркивал мягкую, нежную красоту Намии, фигуру в форме песочных часов. А еще она была честная, добрая, хозяйственная, уютная… Да на такой женщине любой нормальный мужчина женился бы с радостью и даже без приданого!
Вздохнув, Намия продолжила рассказ:
– Я купила бланки для новых документов, оставалось вписать только имя и дату рождения, заказала артефакт для временной смены внешности, нашла женщину, которая согласилась бы под личиной увести погоню в сторону, изучила нужные заклинания и…
Не договорив, она тяжело вздохнула.
– И? – поторопила ее я.
– Видят богини, я никогда о таком и не просила их, но мой супруг внезапно умер, мне не нужно было сбегать.
«А еще ты оказалась беременна, в этот раз мальчиком», – мысленно добавила я. Какой тут побег? Да и смысл? Статус вдовы дарил свободу, а рождение наследника позволяло сохранить титул и поместье, вопреки надеждам родственников покойного супруга.
– Ладно, Эри, пора спать, – строго, как маленькой, сказала Намия. – Завтра тяжелый день, выспись хорошенько. Добрых снов!
Точно, утром ведь придется сопровождать Айлу в лавку готового платья. Когда кузина услышала, что выданных хозяином гостиницы денег не хватит на портниху, она устроила скандал. Как же она в некрасивом наряде заинтересует аристократа?.. Ай-ай, беда-огорчение!
– Добрых снов, Намия, – пожелала я в ответ. – Ничего, справлюсь.
Пообещала, не ощущая уверенности.
После ухода Намии я проворочалась в постели около часа, но так и не уснула. День выдался тяжелым, а затем еще и тягостные воспоминания. Спуститься на кухню и выпить успокоительный чай? Или посчитать драконов?
Перед глазами возник образ драконида у банка. Не в облике зверя, нет… Как наяву увидела пепельноволосого блондина с необычными фиолетово-синими глазами – и по спине сыпануло морозом.
Драконов точно считать не хочу, уж лучше чай!
На кухне, подумав, я все же налила молока, не захотев возиться с приготовлением травяного напитка.
Дом спал, когда я возвращалась обратно по скрипучей лестнице.
Хм, не все спали – из-под двери в комнату Айлы лился бледный свет.
А ей почему не спится? Волнуется из-за работы?
– Любимый, прикоснись ко мне, поцелуй меня.
Что-что?.. У меня глюки?
Я застыла у чужой двери.
– Любимый, забери меня отсюда…
Нет, жаркий шепот Айлы мне не почудился!
Я решительно ворвалась в спальню кузины.
Она стояла на коленях в центре комнаты. В свете свечей таинственно золотились распущенные волосы Айлы, странным одеянием укутавшие ее нагое тело.
В руках – овальное зеркало и какой-то листок, на лице – дикий ужас.
– Э-эри? – заикаясь, произнесла она. – Ты…
Я сурово перебила:
– Где он?
Спросив, сразу же осознала, что в скромно обставленной старой мебелью спальне только мы. Никаких мужчин, как я вообразила, услышав голос кузины.
Неужели она гадала на суженого? Нечто похожее практиковали юные девушки и на Земле, только одетые.
Шагнув к кровати, сдернула с нее тонкий плед, заменявший в жару одеяло.
– Прикройся, охальница, – протянула кузине.
– Ну, знаешь!.. – Айла вскочила на ноги. Положив бумажку и зеркало на туалетный столик, выхватила у меня из рук ткань. – Ворвалась в мою комнату ты, а охальница я?!
Справедливо, но признавать ее правоту нельзя: она же потом со вкусом скандалить будет, когда почует мою слабину.
– Приличные девушки полностью обнажаются только в ванной, – ляпнула я глупость с невозмутимым лицом.
Гневно запыхтев, Айла завернулась в плед и сердито заявила:
– Для девицы, которая за спиной родителей встречалась с подозрительным мужчиной, ты излишне правильная. Но, говорят, раскаявшиеся распутницы все такие!
Ах, какая милая девочка, знает, куда больнее ударить! Вот только все оскорбления мимо: я не собираюсь стыдиться того, что делала первая хозяйка этого тела.
– Точно, я раскаиваюсь и не хочу, чтобы ты повторила мои ошибки, – усмехнулась я. – Когда гадаешь, закрывай двери и не кричи заговор на весь дом, дети спят.
Айла фыркнула и тряхнула гривой волос. Прядь коснулась оранжевого язычка свечи и загорелась.
– А-а-а! – завизжала девушка.
Я машинально кастовала бытовое заклинание по выдуванию пыли – вмиг прядка потухла, как и почти все свечи за спиной Айлы.
– Из-за тебя я чуть не сгорела! – завопила девушка. – Из-за тебя! Ненавижу тебя, Эрика!
В комнату вбежала Намия в тонкой ночной рубашке лилового цвета – с ее ярко-рыжими косами смотрелось шикарно. Жестом активировала магический светильник, заливая комнату светом.
– Что случилось? Где горит?
Падчерица визжала и топала ногами, не переживая о том, что неподалеку спят младшие сестры и брат.
– Тихо! – строго громыхнула Намия и, быстро оглядевшись, подняла с пола листок, который нечаянно сдуло со стола. – Что это, Айла?
Лицо кузины побагровело, она выхватила находку из рук мачехи и яростно скомкала.
– Что вы ко мне прицепились? Отстаньте от меня! В своей спальне я имею право делать что хочу!
Намия сделала замысловатый жест рукой – и бумажный комочек, выскользнув из кулака Айлы, вернулся к ее мачехе.
– Ошибаешься, не все. Только то, что не повредит тебе и семье. И запрещенные любовные чары в список дозволенного не входят.
О как!.. Да у нас завелась темная колдунья?
Почему-то мне стало смешно при этой мысли. Айла и мощные запретные чары? Не верится, да и силенок ей не хватит, как и смелости.
И все же кузина вмиг присмирела. Опустив голову, смотрела на нас исподлобья.
– Какой по счету это обряд? – строго спросила Намия.
Падчерица сердито буркнула:
– Первый, и я его не доделала – Эрика влезла… Везде сунет свой любопытный нос!
Прозвучало словно ругательство, но буду воспринимать как комплимент. Благодаря тому, что я не прохожу мимо странностей, мы можем позволить себе этот дом: я получила повышение на работе, когда вскрыла махинации предыдущего управляющего гостиницей.
В общем, мне на редкость везет на чужие тайны и секреты.
Закончив воспитывать, Намия велела Айле ложиться спать и вышла из спальни.
Я поспешила следом.
– Все серьезно?
Намия махнула рукой.
– Глупышке сил не хватит, чтобы провернуть нечто по-настоящему опасное и вредоносное. Но сам факт, что она решилась, да еще выбрала такой объект, меня пугает.
– Какой объект?
Намия развернула бумажный ком, который оказался вырезкой из газеты. Даже черно-белый портрет отлично передавал красоту молодого мужчины.
А у Айлы губа не дура!
– А кто это? – спросила, закончив любоваться молодым человеком.
– Не узнала? – вскинула брови Намия и назвала имя незнакомца.
Ноги ослабели, захотелось присесть и выпить водички. Обалдеть… Определенно, у Айлы губа не дура!
Утро началось весело: Айла проспала, затем вышел из строя артефакт – обогреватель воды в ее ванной, и она купалась в моей. Заканчивая завтракать, умудрилась пролить на платье чай, после чего убежала переодеваться… И надолго застряла!
В итоге я могла опоздать на работу на целых два часа, повезло, что должна была зайти в мастерскую за образцами ткани для штор и хозяин гостиницы не ждал меня раньше обеда.
Айла знала об этом, поэтому и напросилась со мной к швее, которая обычно шила форму для работников гостиницы и ресторана. Ей хотелось у модного мастера, но полученных денег не хватало.
– Я вот думаю, что надо было устраиваться в гостиницу, – задыхаясь, произнесла Айла, безуспешно подстраиваясь под мой быстрый шаг.
– Почему? – спросила я, особо не прислушиваясь к ее болтовне.
После ночного дождя не жарко. Ласково светило солнце, легкий ветерок доносил резкий, будоражащий запах водорослей и соли. Хотелось пойти на берег моря, усесться на теплый камень и часами слушать волны. Но нельзя, работа ждала, а еще я серьезно опаздывала из-за Айлы, не до расслабления. Так что вперед, по мокрому тротуару в соседний район!
– В ресторане клиент поел и ушел, а в гостинице живет несколько дней, – вслух размышляла Айла, – можно часто мелькать перед глазами, пока убираешь.
Что?.. Я вынырнула из медитативного состояния.
– Гостям нельзя навязываться, это под запретом! Уборка строго после того, как гость ушел из номера!
Айла загрустила.
– Ладно, мне такое не подходит. А какие клиенты у вас бывают в ресторане? Ведь не только те, которые поселились в гостинице?
Похоже, девчонка всерьез надумала искать мужа среди посетителей «Перекрестка».
– Забудь о слове «клиент», у нас говорят «гость», «посетитель».
– Что еще я должна забыть или, наоборот, запомнить? – хмуро спросила Айла.
Ерничает или пытается подготовиться к работе?
Я сбавила шаг, и Айла со мной поравнялась. Внимательно вгляделась в ее сосредоточенное лицо. Да нет, она серьезна.
– Что ж, запоминай общие правила. Первое: все делается для гостя и ради гостя. Второе: необходимо улыбаться, быть безукоризненно вежливой и внимательной, даже если на душе кошки скребут, а посетитель откровенно хамит. Особенно будь предупредительна по отношению к пожилым сударыням – они самые капризные и придирчивые. Третье: не проявляй любопытства, не навязывайся – никто этого не любит. Четвертое: старайся быть невозмутимой, не выказывай удивления, даже если посетитель попадает в неловкую ситуацию, творит глупости.
– Прости, но что ты подразумеваешь? – Айла округлила глаза.
– В ресторане есть отдельные кабинки, закрытые магическими щитами, поэтому некоторые гости забывают правила приличия, особенно когда приходят с любовницами.
Щеки Айлы покрылись крупными багровыми пятнами.
– Какой стыд…
– Вот об этом я и говорила: не осуждай, не проявляй эмоций на работе.
Кузина покачала головой, будто сомневаясь, что справится.
– Я буду ледышкой во плоти, клянусь тебе, Эрика!
Усмехнувшись, я продолжила:
– В-пятых, умение держать язык за зубами. Как бы ни чудил гость, что бы странное ни выдал, о нем нельзя рассказывать непосвященным. Если очень хочется, обсуди с напарницей, но за пределами «Перекрестка» у тебя провалы в памяти, понятно?
Айла нахмурила светлые брови.
– Вот почему ты ничего нам не рассказываешь, заявляя, что день прошел скучно? Просто не хочешь делиться забавными историями!
– Ими нельзя делиться, Айла, – с нажимом повторила я. – Это может не понравиться посетителю, а еще может ему навредить.
– Как? – удивилась кузина. – Как можно навредить словом?
– Был случай, когда одна из подавальщиц веселила подружек кулинарными предпочтениями невестки градоначальника. Мол, такая странная магичка, ела ягодное мороженое с копченым кальмаром.
Айла засмеялась:
– И правда, забавно. Как можно есть такое гадкое сочетание?
Я закатила глаза. А как можно быть такой нетерпимой?
– Айла, та магичка была беременной, вот откуда подобные предпочтения в еде.
– И что? Все равно чудно.
Смеясь, Айла споткнулась – я успела схватить ее за локоть, не позволив разбить нос.
– Вот же гверд! – выругалась девушка, рассматривая царапину на изящной бежевой, в тон платью, туфельке. В таких в карете или магповозке ездить, а не по городу ходить.
Вот и карма привалила – наказание за насмешку над милой причудой женщины в деликатном положении.
Пока Айла рассматривала урон, я рассказывала историю:
– О том, что невестка градоначальника беременна, узнал ее отвергнутый поклонник. Он заказал избиение девушки в надежде, что та потеряет ребенка и муж ее бросит.
– Боги! – ахнула Айла шокированно. – Какой же урод!
Ага, проняло, значит, не все потеряно.
– К счастью, жертва оказалась не беззащитной: с помощью артефактов сумела отбиться.
Айла выдохнула:
– Все, я поняла, сплетничать не буду!
Мы вошли в торговый квартал Опалового района. Плотная застройка, красивые двух- и трехэтажные дома из светлого ракушечника, где внизу размещались мастерские и лавки, а выше жили семьи хозяев магазинчиков.
Солнце слепило, и я поправила шляпу так, чтобы уберечь глаза.
– И еще очень важное правило. Проанализируй случай и попробуй сформулировать его сама.
– Давай, – азартно согласилась кузина.
– Молодой купец, резервируя кабинку в ресторане, радостно сообщил, что хочет сделать приятную неожиданность своей невесте, у которой день рождения. Естественно, он заказал букеты цветов, а еще торт от нашего повара. В оговоренный день пришел с миловидной блондинкой. А через четверть часа явились еще две девушки с цветами и яркими коробками. Сообщили, что пришли поздравить подругу с днем рождения, и подавальщица провела их в кабинку купца. Правильно ли она поступила? Напомню, что гость всегда прав, и мы работаем, чтобы он остался доволен обслуживанием.
Особо не думая, Айла закивала головой:
– Да, все верно.
Я пренебрежительно и, очень надеюсь, обидно засмеялась.
– А вот и нет! Девицы разгромили кабинку, напали на празднующих. Облили невесту чернилами лиловой каракатицы, а купцу нахлобучили торт на голову вместо шляпы.
Потрясенная Айла машинально схватилась за свою светлую косу.
– Какие гадины! Лиловые чернила не отмываются с волос! Все, теперь я точно поняла: никому, никогда и ничего не рассказывать о клиентах.
– О гостях, – поправила я.
– О гостях, – согласилась кузина.
– Хорошо, – кивнула я. – Придет полисмаг и потребует рассказать о таком-то госте. Твои действия?
Айла гордо задрала нос и торжественно заявила:
– Я буду молчать как рыба!
– И это неправильный ответ, – в тон ответила я. – С законниками мы беспрекословно сотрудничаем, но только после того, как они предъявляют значки.
Айла надула губы, расстроившись, что ни разу не угадала правильный ответ. И молчала до самой лавки портнихи.
– Сенсация! Грандиозные новости! – Из-за поворота вылетел щуплый взъерошенный мальчишка. Коричневая кожаная сумка с пачкой газет на его плече странно смотрелась с застиранной рубашкой и коротковатыми брюками. – Минус одна невеста! Принцесса Орбирии возвращается домой! Кронпринц Иссандр снова свободен от брачных обязательств!
М-да, хороша сенсация: всего-то сорвалась помолвка…
Я уже открывала дверь, когда Айла дернула меня за рукав платья.
– Подожди! Я хочу купить газету!
– Зачем? Парнишка озвучил все новости, что еще можно там прочитать?
– Не все…
– А, ты хочешь заполучить новый портрет принца? – подколола я. – И снова провести ритуал перед зеркалом?
Айла густо покраснела.
– Мне опять нужно повторить, что я не планировала привораживать принца с помощью этого глупого обряда?! – прошипела она. – Он не действует, это знают даже маленькие девочки! Я просто настраивалась на то, что достойна самого лучшего жениха!
Я подавила улыбку, вспоминая об аффирмациях и медитациях, освобождающих внутреннюю богиню, в которые верили некоторые женщины Земли. Забавно, разные миры, а вера в позитивное мышление, то есть чудеса, одинаковая.
Правда, Намия уверена, что, будь падчерица сильной магичкой, принц ощутил бы ее попытки повлиять на его волю. И к нам пришла бы Служба безопасности империи.
– Хорошо, успокойся, я тебе верю.
Повеселев, Айла подозвала мальчишку и купила газету. Я стояла у двери, терпеливо ее дожидаясь.
Обнаглевшая девица даже раскрыла свое приобретение.
– О! «Известия Шаадора» уверены, что принц скоро объявит поиск своей истинной!
– Айла, вообще-то мы спешим, – не выдержала я. – Дома почитаешь.
Она недовольно надула губы, но газету закрыла и свернула пухлой трубочкой.
Я уже входила в лавку, когда кузина раздраженно пробормотала:
– Если бы вышло, Намия мной бы гордилась, а ты бы завидовала…
Это она о чем? О ночном стриптизе перед зеркалом? То есть она всерьез верила в успех своей затеи? Чудесно! Намия права: нам повезло, что Айла не обладает серьезным даром, иначе пришлось бы огребать всем.
Ладно, пора сосредоточиться на работе.
Из-за прилавка вышла сероглазая блондинка, одна из дочерей портнихи и по совместительству ее помощница.
– Светлого дня! – с улыбкой произнесла она и стрельнула любопытным взглядом в сторону Айлы, которая замерла возле серебристо-голубого бального платья, с помощью магии парящего прямо в воздухе возле большого окна. Отличная реклама для посетительниц, проходящих по улице. – Чем могу вам помочь, дамы?
– Светлого дня! Нам нужен комплект формы подавальщицы ресторана «Перекресток» и желательно поскорее.
Разумнее, когда форменная одежда ходовых размеров есть на складе в гостинице, но, увы, господин Морил так не считал, предпочитая экономить. Вот и приходилось новым работникам ходить к портнихе, которая по договору обшивала всю прислугу «Перекрестка».
– Айла, я оставлю тебя, мне нужно образцы тканей для штор посмотреть.
– Угу, – отозвалась кузина бездумно, все еще зачарованно рассматривая платье.
И что она в нем нашла? Вышивка серебром в районе декольте, переливающаяся ткань небесного цвета. Красивое, но не настолько, чтобы восторженно онеметь.
Разглядывая бальный наряд, я также видела и улицу за окном. И остановившуюся возле лавки пару. Юную красивую шатенку и худощавого жгучего брюнета с острым носом и желтыми глазами. Глазами безжалостного змея.
В памяти всплыло имя, увитое сладко-горькой ассоциацией. Дин… Динаэрий Флардо. Подлый некромант из Литан-Эрона, погубивший предыдущую владелицу этого тела.
И он собирался войти в лавку прямо сейчас.
Я сориентировалась быстро: схватив кузину за руку, втащила в примерочную и тщательно задернула штору из плотной ткани красного цвета.
– Эрика, ты чего? – возмутилась Айла, удивленно хлопая длиннющими темными ресницами.
Я накрыла ее рот ладонью.
– Тихо! Пожалуйста, помолчи!
Звякнул колокольчик на двери.
– Светлого дня! – поприветствовала новых посетителей дочь портнихи.
Голос прозвучал почти невозмутимо, словно ее не удивил мой поступок.
А может, и не удивил – чего только не видят работники сферы обслуживания!
– Светлого дня. Мы хотим взглянуть на голубое платье. Будьте добры деактивировать артефакт, который его удерживает в воздухе, – произнес Динаэрий Флардо.
– Секундочку, – пробормотала дочь портнихи, почему-то не радуясь интересу покупателя.
Тишина. Шуршание ткани. И оглушительный стук сердца. Моего или Айлы?..
– Благодарю, – произнес некромант и строго добавил для спутницы: – Мэйласса, у вас четверть часа на примерку, поспешите.
Ногти Айлы вонзились мне в предплечье, глаза испуганно расширились.
Она узнала нашего общего знакомого по голосу. Мужчину, из-за которого нам пришлось бежать из родного дома как преступницам. Нашего общего врага.
– Чтобы примерить платье, четверти часа мало! – недовольно произнесла спутница Флардо. – К тому же примерочная занята.
По спине сыпануло морозом. Ой, а о таком повороте я и не подумала! Девица пожелает примерить наряд, нам придется выйти – и некромант меня увидит. Выкрашенными в рыжий волосами его не обмануть, он меня узнает, и тогда… Что тогда, точно не знаю, все-таки мы в империи драконидов, а не в Литан-Эроне. И все же Флардо – сильный беспринципный маг, не мне с ним тягаться. Лучше бы не попадаться ему на глаза…
Айла думала точно так же, как и я. Вцепившись в мою руку, она застыла и не сводила полного ужаса взгляда с занавески.
Какая же хлипкая преграда между нами и некромантом…
– Сударыня, вы скоро освободите примерочную? – деловито осведомился Флардо.
Его голос прозвучал близко-близко.
Нужно что-то ответить, но… Перед глазами пронеслись воспоминания настоящей Эрики: неистово-злые, жалящие поцелуи некроманта, его грубые прикосновения.
– Сударыня?
Надо ответить. Вот только горло перехватило, сложно выдавить из себя хотя бы звук.
– Сударыня, вы скоро покинете примерочную? Моя кузина тоже желает ее посетить.
– Может, ей плохо? – шепотом поинтересовалась шатенка.
Какая сопереживательная… жаль, не к месту.
– Сударыня, вам нужна помощь? – напряженно спросил некромант.