Zum Hörbuch
– Тебе больно? – Егор перестал меня касаться, а я подняла веки. Его глаза бегали по моему лицу, а я пыталась взять себя в руки.
– Нет, нет, всё хорошо, – я растерянно улыбнулась, закусив нижнюю губу. Уголки рта Егора дрогнули в ответ, а его глаза на секунду опустились на мои уста.
– Ты как? – спросил он, сворачивая окровавленную салфетку. – Выглядишь спокойной. Это странно, учитывая, что произошло.
– Егор Викторович, – послышался чей-то третий голос, который влился в нашу беседу. Егор тут же взглянул на водителя. – Это вас.
Мужчина протягивал назад трубку.
– Извини, – сказал он, видимо, мне, после чего принял телефон из рук шофёра. – Да? – более твёрдо произнёс Егор. Я же смотрела на профиль певца, ловя сердце где-то в горле. То, что сейчас происходит, вообще возможно в реальной жизни?
– Да. Она со мной. Мы едем в больницу. Их поймали? Мой телефон у тебя? – продолжал говорить блондин, потирая переносицу. – Хорошо. Да, жду.
Парень закончил разговор и вернул трубку водителю.
– Спасибо, – прохрипел он и снова откинулся на спинку сиденья. Я же отвернулась к окну, наблюдая за пролетающими мимо фонарными столбами. Делая вдох за вдохом, я ощущала, как ком в горле становится всё больше. В голову лезли лишь мысли о том, что меня могло не стать сегодня. Страшно представить, какую боль испытали бы мои мама и папа. От одной только мысли сердце мучительно сжимается от боли. Кажется, на щеку снова начали падать слёзы. Дабы не показывать свою слабость, я быстро размазала те ладошкой.
– Эй, – тихо окликнул меня голос певца, но я не поворачивалась к нему, так как не хотела, чтобы он видел меня в таком состоянии. – Так. Барышня, – увереннее произнёс он и вновь прикоснулся ко мне. – Иди сюда.
Егор настырно загрёб меня в свои сильные руки, что было крайне неожиданно. При этом маленькая девочка, что дрожала внутри меня, дико нуждалась в объятиях и заботе. Именно поэтому я, не сопротивляясь, уткнулась в ту самую чёрную футболку на груди Егора и расплакалась. Блондин заботливо поглаживал мою спину, пока я пыталась успокоиться.
– Всё хорошо, всё позади, – тихо произносил он, а я ощущала приятную вибрацию от его груди. От него так вкусно пахло. Я решила сосредоточиться на этом, а не на своих переживаниях. Кажется, в его парфюме присутствовали нотки цитруса. И немного ванили. Да. Точно. Сладковатый запах, при этом освежающий. С каждым новым вдохом мне хотелось попробовать Егора на вкус. Блондин же словно убаюкивал меня, робко поглаживая пальцами моюкожу на предплечье. Каким бы это странным ни казалось, но я чувствовала, что в его татуированных руках со мной и правда всё будет хорошо. Никогда подобного не испытывала. Честно признаться, мне понравились те ощущения, которые отозвались во мне, когда он касался меня. Это какое-то новое чувство, пока неизведанное мной. А может, мой мозг ещё ко мне не вернулся и я придумываю себе всякую чушь?
Наконец, успокоившись, я медленно отстранилась от блондина. Мои волосы цеплялись за его щетину, а голубые глаза тут же сосредотачивались на мне. Заботливо, парень поправил мои волосы и убрал те за ухо.
– Успокоилась? – с лёгкой улыбкой спросил он. Я же слегка покраснела, но кивнула.
– Да, прости, – я шмыгнула носом.
– Не извиняйся, – тут же ответил он и снова потянулся назад. Через пару секунд он открыл крышку на бутылке и протянул мне воду. – Держи.
– Спасибо, – я приняла минералку из рук парня, едва соприкоснувшись с его пальцами. Вдоволь напившись под пристальным взглядом Егора, я вернула ему бутылку. – Я, кажется, в порядке, – робко улыбнулась я, осмелившись вновь посмотреть в голубые глаза. Парень с интересом рассматривал моё лицо.
– Я заметил, – протянул он, и я усмехнулась, растянув губы в улыбке. Блондина, кажется, это позабавило.
– Правда, мне стало легче. Просто на миг представила, что он мог перерезать мне горло, и…
Я запнулась, не договорив фразу, так как Егор с шумом выпустил воздух из лёгких, снова проведя ладонями по лицу, будто пытался что-то стереть с него.
Услышав из её уст подобное, я почувствовал, как по спине снова пробежался холодок за руку со страхом. Если бы это произошло… Чёрт, как бы я мог жить дальше, зная, что я причина смерти кого-либо? Никогда бы не подумал, что всё произошедшее может быть реальностью, а не плохим сценарием к фильму. В ту же секунду я испытывал некое облегчение от того, что всё позади. Что было бы, если бы эта смелая и отчаянная девушка, что сидит рядом, не взяла бы всё в свои хрупкие руки?
Похоже, что состояние парня было ничуть не лучше моего. Он сцепил ладони в один большой кулак, уткнувшись в тот губами. Некоторое время он смотрел перед собой, затем я снова встретилась с голубыми глазами.
– Я боюсь даже представить, что такое могло произойти, – прохрипел Егор, слегка мотая головой в стороны, будто сам не верит в то, что говорит. Его взгляд иногда ускользал, но в итоге всё же сосредотачивался на мне. – Что из-за меня ты могла пострадать. Мне так жаль, что тебе пришлось пережить всё это. Прости.
Мои брови сами собой поползли вниз.
– Ты не виноват, Егор. Тебе не за что просить прощения, – ответила я.
Выдержав секундную паузу, он задумчиво улыбнулся, после чего достал ещё одну салфетку из упаковки. Я наблюдала за его действиями, когда тот неожиданно зарылся пальцами в моих волосах, придерживая тем самым мою голову. Сердце тут же заколотилось и подступило к горлу. Горячая волна окутала меня с ног до головы, затем собралась внизу живота. Вот же чёрт!
Всё глубже зарываясь пальцами в густые волосы, я вглядывался в зелёные глаза, которые растерянно смотрели на меня из-под мокрых от слёз ресниц. Страха в них было уже не так много, как там, на сцене, что не могло не порадовать. Иногда покусывая свои пухлые губы, девушка, затаив дыхание, будто чего-то ожидала. Хотя я могу ошибаться. Она явно непредсказуема. Я же усердно пытался распробовать на вкус те импульсы, которые возникали во мне при физическом контакте с этой незнакомкой.
– Ещё некоторое время назад ты кричала на меня, что ты с ножом у горла именно из-за меня, – произнёс Егор спустя секунды молчания. В его голосе послышались нотки задора, а сам он как-то грустно улыбнулся. Я же вспоминала, как нужно дышать. Ещё мгновение он ждал моего ответа, но, так его и не получив, нежно приложил салфетку к ране, медленно стирая вновь выступившую кровь.
– Я же должна была как-то отвлечь их внимание, – наконец произнесла я, ощущая каждое его касание.
– Правда, прости, что тебе пришлось пережить это, – тихо прохрипел он, не сводя с меня своих бездонных глаз. Как же он красив! Небрежная щетина делала его ещё более сексуальным, а пухловатые губы так и манили. Я ощущала, как теряю контроль под влиянием адреналина.
Егор тоже будто задержал дыхание, пристально смотря на меня, то и дело переводя взгляд на мои губы, которые я, кажется, кусала.
Не знаю, как она это делала, но я будто забыл обо всём, что произошло. За пределами этой машины больше не было никого и ничего. Были только мы. Смотря на её губы, я сокрушался в желании прикоснуться к ним. Это адреналин? Иначе с чего мне так желать незнакомку? Если я её сейчас поцелую, это будет недопустимо? Она ведь перенесла жуткий стресс. Но что-то мне подсказывает, что она тоже этого хочет. Язык её тела говорит мне об этом.
Не знаю, как он, но я чувствовала невероятное притяжение. В машине будто бы больше нечем было дышать, а внизу моего живота уже творилось что-то невообразимое!
– В этом нет твоей вины, – всё так же упрямо ответила я, почти перейдя на шепот. Ощутив, как ладонь Егора начинает медленно сжиматься у корней моих волос, я поняла, что это зелёный свет.
Окончательно потеряв голову и наплевав на все предрассудки, я потянулась к Егору и через мгновение прильнула к его губам. Кажется, в этот момент время снова остановилось, как и моё сердце. Я ощутила сладкий привкус, мягкость и жар от уст блондина. Втягивая в себя воздух, Егор начал медленно перебирать мои губы. Его рука, всё ещё находящаяся в моих волосах, начала сжиматься в кулак. Боже! Он не просто ответил взаимностью, он как будто сам хотел этого, но не решался. Ещё через мгновение наши языки сплелись, а тела стали ближе друг к другу. Его пальцы сильнее стискивали мои волосы у корней, что придавало ещё большую страсть нашему поцелую.
Она сделала это сама, в очередной раз заявив о своей непредсказуемости! Вот же чёрт, насколько она вкусная! Губы мягкие и невероятно сладкие. Давно ли я целовал естественные губы, которые не были накачаны всякой гадостью? Я не помню. Эта же девушка сияла натуральной красотой и очарованием. Сжимая её волосы в своих пальцах, я настойчивее впивался в неё поцелуем, желая получить как можно больше. Адреналин выплёскивался из нас, заставляя утопать в эйфории и наслаждении данной секундой.
Я позволила себе прикоснуться ладошкой к его щеке, ощущая под подушечками пальцев ту самую небрежную щетину. Я тонула в нём всё глубже, это было похоже на какой-то водоворот. Наше дыхание становилось тяжелее, а поцелуй – более пылким. Как только Егор коснулся второй рукой моей талии, я почувствовала, как моё либидо закружилось в танце! Это были неописуемые чувства. Никогда в жизни я не испытала ничего подобного.
Когда я отстранилась от Егора, мы оба тяжело дышали, смотря друг другу в глаза. Он был растерян, как и я. Странно, я думала, для такого парня это обычное дело.
За всем происходящим мы и не заметили, что машина остановилась, хотя внутри у меня оставалось ощущение полёта. Я не могла поверить в то, что только что сделала. Я обычно так не веду себя.
– Егор, прости, – я прервала тишину первой. Парень просто смотрел на меня, ничего не отвечая. – Я… – заикаясь, продолжила я. – Я не должна была этого делать. Я не знаю, что на меня нашло, – я отстранялась всё дальше от блондина, глупо оправдываясь. Егор продолжал внимательно смотреть на меня некоторое время. Все эти секунды я сгорала от стыда, ожидая хотя бы какой-нибудь реакции.
Девушка начала оправдываться, растерянно бегая глазами по моему лицу. Я же не знал, что сказать. Я ведь сам этого хотел!
– Пойдём, нужно обработать твою рану, – наконец заговорил он и потянул за ручку двери, выйдя из машины.
Я сейчас не поняла. Он рад? Зол? В шоке? Что за реакция? Мне показалось, он сам этого хотел, иначе зачем так пожирать меня глазами? Меня бросило в жар. Кажется, я всё испортила.
Обойдя автомобиль и открыв дверь с моей стороны, парень помог мне выбраться из машины. Взяв под руку, Егор повел меня в здание больницы. Я же боялась поднять на него глаза.
Я сидел на белом диване, нервно подёргивая ногой, пока Олег, мой концертный директор, по телефону обсуждал с нашими юристами произошедшую ситуацию. В слишком белом холле было довольно пусто. За стойкой с надписью «Регистратура» сидела дама в возрасте, иногда поправляя свои очки, так как те съезжали с её носа. Напротив меня на таком же диване сидела девушка, почти не отводя от меня взгляда. Может, она уже знает, что произошло? Может, уже все знают? Вздохнув, я откинулся на спинку дивана, прикрыв глаза. Перед ними тут же начали всплывать картинки произошедшего сегодня. И на каждой картинке присутствовала она. В ту же секунду я вспомнил о поцелуе и ощутил кульбит сердца в груди. Чёрт, я так возбудился! Она какая-то другая. Не похожа на всех. А я, осёл, заставил её чувствовать себя неловко, вместо того чтобы успокоить и сказать, что я сам этого хотел!
– Егор! – громче обычного обратился ко мне Олег. Открыв глаза, я уставился на парня. – Ты слышал, что я щас сказал?
– Нет, – на выдохе ответил я и потёр лицо ладонями. Отсутствие сна за последние двое суток давало знать о себе. Глаза закрывались сами собой.
Олег, поправив джинсы, сел рядом.
– В общем, юристы говорят, что нужно составить акт.
– Какой акт? – нахмурившись, переспросил я.
– О неразглашении. Девушка должна будет подписать его. Если она начнёт болтать, нам крышка.
– Недостаточно просто попросить не болтать? Обязательно заставлять подписывать какие-то бумаги?
Олег усмехнулся, помотав головой.
– Егор, ты как будто первый день живёшь. Ты забыл, как с тобой раньше поступали? Как крали твои личные данные и продавали?
– Не продолжай, – устало произнёс я и тяжело вздохнул. Олег прав. Мы не можем так рисковать.
– Но и бумаг будет недостаточно, – продолжил парень, а я тут же взглянул на него, не совсем понимая, что ещё потребуется от моей незнакомки.
– О чём ты?
– Нам нужны гарантии.
– Какие гарантии?
– Егор, она не должна заговорить о произошедшем, так как должна понимать, что это может навредить тебе.
– Да какая ей разница, что навредит мне, а что нет? – слегка возмущённо спросил я.
– Вот именно. Никакой. Сейчас никакой, – более загадочно продолжил Олег, начав бесить ещё больше.
– Брат, ты меня уже раздражаешь. Давай без загадок?
Олег вздохнул и оглянулся по сторонам, после чего наклонился ближе ко мне.
– Ей должно стать не всё равно на тебя. Понимаешь? – сквозь зубы протянул он.
Я же лишь нахмурил брови. Олег закатил глаза.
– Влюби её в себя! Пусть она будет бояться сделать тебе плохо!
– Что? – тут же возмутился я, нахмурившись. – Олег, ты гонишь?
Не дождавшись ответа, я поднялся с дивана, взъерошив свои волосы. Только этого мне ещё не хватало!
– Егор! – не отставая, Олег встал следом за мной. – Ну, неужели она тебе совсем не понравилась?
«Ещё как понравилась», – подумал я, вновь вспомнив наш поцелуй.
Не люблю я больницы. Почти терпеть не могу. Мне всегда становилось очень жутко среди этих белых стен. Специфический запах вызывал некое отвращение, странные звуки, похожие на чьи-то болезненные стоны, пугали, а вечная очередь отнимала слишком много времени. Тем не менее сегодня был совершенно другой случай. Доктор принял меня без очереди и зафиксировал неглубокий порез, который, к счастью, не нанёс мне сильного ущерба. На вопрос, откуда такая рана, пришлось соврать о своей сверхнелепой неуклюжести, чтобы обошлось без полиции. Хотя не сказать, что моя некая неуклюжесть была неправдой.
Когда с осмотром закончили и меня отпустили, я отправилась в холл, где меня ждал Егор. Боже, как мне было стыдно смотреть в его глаза. Наверняка он решит, что я какая-то ветреная, раз вот так поцеловала его. Я бы так и подумала. Что вообще на меня нашло? Стоя за углом, я давала себе время на то, чтобы запастись смелостью и собраться с духом, чтобы вновь показаться на глаза певцу.
Выдохнув, я завернула в холл и тут же встретилась с голубыми и взволнованными глазами Егора. Он моментально сосредоточился на мне, как и какой-то мужчина, находившийся рядом с ним.
– Привет! – как-то слишком оживлённо произнёс незнакомец и двинулся в мою сторону. Я не успела сообразить, как тот уже стоял рядом. – Я Олег, концертный директор Егора, – брюнет, лет тридцати на вид, с густой щетиной и зелёными, как изумруды, глазами обратился ко мне, протягивая руку. Выше меня раза в два, он с улыбкой ждал моего ответа.
– Здравствуйте, – поздоровалась я более робко, отвечая на рукопожатие.
– Давай отойдём, поговорим? – он жестом пригласил меня пройти в сторону, а я внимательно посмотрела на Егора. Тот немного поджал губы, но одобрительно кивнул. Скопировав жест певца, я ответила Олегу и прошла к противоположной стене, на которой висел большой плакат о вреде курения. И когда я стала доверять Егору?
– Нам нужно обсудить то, что произошло. Ты вообще как? Не болит? – Олег указал на пластырь, что красовался на моей шее, прикрывая кровоточащие следы сегодняшнего вечера.
– Не болит, спасибо, – робко ответила я, так как мужчина внушал мне некий страх. Он слишком большой. Его широкие плечи говорили о том, что тот довольно часто посещает тренажёрный зал. Он мог бы по совместительству быть и охраной для Егора. Где же ты был там, на сцене? – Что там с теми двумя? – более уверенно спросила я.
– Их взяли. Не переживай на этот счёт, – мужчина убрал руки в карманы джинсов, задумчиво рассматривая меня, а я немного выдохнула.
– Хорошо, – я кивнула и посмотрела в глаза Олега. Тот явно хотел спросить ещё о чём-то.
– Ты же понимаешь, что завтра об этом уже будут говорить все СМИ?
Олег слегка прищуривал глаза. Вокруг них образовывались морщинки, а тёмные густые брови немного подрагивали, опускаясь всё ниже. Наверняка он сейчас надеется на моё благоразумие.
– Предполагаю, – сдержанно ответила я.
Мужчина с шумом выпустил воздух через ноздри.
– Поэтому мне важно знать, что ты не будешь болтать журналистам о том, что произошло, – заключил Олег уже в более требовательной форме.
Не знаю, что меня задело больше. То, что ему на самом деле наплевать на мой возможный летальный исход, или то, что он указывает мне, что я должна делать, а что нет. Так как второй вариант мне ненавистен и зачастую выводил из себя, я ощутила, как внутри начинает всё клокотать. Кажется, это была некая вишенка на торте, последний ингредиент до готовности моего нервного срыва.
– Олег, – я обратилась к мужчине увереннее и твёрже, складывая руки на груди, будто выстраивая защитный барьер. При этом я сдерживалась изо всех сил, чтобы не наговорить сейчас лишнего. – Я не собиралась никому болтать.
– Возможно, но слов недостаточно, – собеседник тяжело вздохнул и перекинул вес с одной ноги на другую. – Мы составим акт о неразглашении, который тебе нужно будет подписать. Тебе будет запрещено обсуждать сегодняшний вечер с различными журналами, как и с обычными людьми. Также нам придётся тебя попросить не идти в полицию, чтобы писать заявление. Их всё равно поймали, а Егор завтра улетит, и ему не будет ничего угрожать, – он говорил достаточно спокойно, будто это обычное дело, что меня возмутило ещё больше. Час назад мне чуть горло не перерезали, а сейчас хотят заткнуть рот. С меня хватит! Какой, к чёрту, акт, какие бумаги?! Их только меня заставляют подписывать или всех, кто видел, что произошло?
– Вы меня, конечно, извините, но ничего подписывать я не собираюсь, – с каждым произнесённым мною словом выражение лица Олега менялось всё больше. Переведя взгляд на Егора, я продолжила чуть громче, зная, что он меня тоже услышит: – И не волнуйтесь, я никому ничего не стану рассказывать. Надеюсь, у вас больше не произойдёт подобного инцидента. Всего хорошего.
Кипя от злости и негодования, я развернулась и уверенно зашагала к выходу. Сегодня моя импульсивность была на высоте.
Вылетев из дверей больницы, я тут же окунулась в глубокую ночь. Севастополь уже давно спал, а я на мгновение и забыла, что нахожусь не в Москве, а в совершенно другом, чужом городе. Об этом напоминал и влажный горячий воздух, пропитанный запахом моря. Море. Да, точно! Я хочу к морю! Прямо сейчас!
Только я взяла курс, как вдруг за моей спиной послышался голос:
– Стой! – это был Егор. Его голос невозможно не узнать. Он догнал меня и перегородил путь, слегка выставив руки перед собой. Встретившись вновь с его глазами, я почувствовала, как раздражение во мне понемногу угасает.
– Егор, дай пройти, с меня хватит на сегодня, – с последними силами я обратилась к певцу, но тот продолжал стоять, бегая глазами по моему лицу.
– Пожалуйста, – взмолилась я, еле сдерживая себя, чтобы не разрыдаться, но Егор не сдвинулся с места. Он открыл рот, желая, наверное, что-то сказать, но я уже обходила его, чтобы уйти отсюда как можно скорее.
Вдруг я снова почувствовала прикосновение его рук. Егор остановил меня, взяв за предплечье, отчего что-то внутри меня совершило кульбит. Его руки. Они как-то странно действовали на меня, как и он сам.
– Постой, – парень вновь встал передо мной. – Давай я отвезу тебя, хорошо? Если с тобой ещё что-то случится, я точно себе этого не прощу, – он говорил искренне, это было видно по его глазам.
Тяжело вздохнув, я посмотрела в сторону. Незнакомый и ночной город явно небезопасен для одинокой девушки. Егор прав. Вновь встретившись взглядом с певцом, который был сосредоточен только на мне, я кивнула.
– Хорошо, пойдём, – блондин указал жестом на машину, пропуская меня вперёд. В то же мгновение миллионы мыслей начали свой забег в моей голове. Я и хотела побыть одна, при этом не хотела расставаться с компанией Егора. Он как глоток свежего воздуха. Когда я с ним говорю, все плохие мысли стираются в порошок и уносятся ветром. А мы ведь и не знакомы почти.
«Зато ты его уже поцеловала», – не забыл съязвить внутренний голос. Фыркнув на него, я решила, что мне не о чем жалеть. Ведь никто не знает, что произойдёт в следующую секунду. Вдруг кто-то с ножом и плохими намерениями окажется за твоей спиной. Нужно жить настоящим мгновением и брать от него всё.
– Знаешь, – голос Егора ворвался в беседу с внутренней я. Мы уже подошли к автомобилю. Блондин галантно открыл заднюю дверь, при этом внимательно рассматривая моё лицо, – между нами уже столько всего произошло, а я до сих пор не знаю, как тебя зовут.
Уголки его губ дрогнули в улыбке, а я вновь осмелилась взглянуть в голубые глаза, которые буквально обволакивали всю меня.
– Так как зовут такую смелую и отчаянную девушку?
– Алиса, – тихо произнесла я. – Меня зовут Алиса.
– Алиса… – парень произнёс моё имя, будто пробуя его на вкус. – У тебя очень красивое имя, Алиса. Мне нравится, – он улыбнулся, обнажив широкую и белоснежную улыбку, от которой дух захватывало. Кажется, я на крючке.
– Где ты живёшь? Куда едем? – спросил Егор, когда мы устроились на заднем сиденье, где ещё недавно целовались. От этой мысли внутри всё встрепенулось. На этот раз я села от парня подальше, дабы не совершить очередную глупость.
– Эм, если честно, пока ты меня не догнал, я направлялась к морю.
– К морю? – удивлённо переспросил певец. – Сейчас? Глубокой ночью?
Поджав губы, будто бы я сморозила какую-то глупость, за которую меня отчитывал взрослый, я кивнула.
– Мне просто хотелось…
– Стоп, – перебил меня Егор. – Прежде чем ты не начала оправдываться, потому что выражение лица у тебя именно такое, – мы оба усмехнулись, – я хотел сказать, что это не самая плохая идея. Я бы составил тебе компанию. Не против?
Глаза Егора впивались в мои, заставляя сердце внутри меня биться, как у птички колибри. Он серьёзно хочет провести со мной время?
– Не против, – с еле заметной улыбкой ответила я и отвернулась к окну, так как явно покраснела.
– Алис, ты не хочешь поговорить о том, что произошло? – с каким-то опасением Егор посмотрел на меня, когда автомобиль уже вёз нас к морю.
– О чём именно? О том, что какой-то псих и его подружка своей выходкой переплюнули твой концерт? Или о том, что я тебя поцеловала? – я повернулась и взглянула на певца, не скрывая ухмылки. И когда это я стала такой смелой?
Парень начал смеяться, немного отводя взгляд. До чего же у него красивая улыбка! Он слишком красив, нельзя таким быть.
– Ты очень забавная. Если честно, я не встречал ещё людей, которые бы так спокойно относились к происходящему. То ли ты странная, то ли особенная, – он продолжал улыбаться, но уже смотрел в сторону, будто рассуждал сам с собой.
– Ну, знаешь, как только я останусь наедине, обязательно открою бутылку вина, забьюсь в угол и начну реабилитацию, – я продемонстрировала своё своеобразное чувство юмора, чем вызвала смех у артиста.
Вновь отвернувшись в сторону, я уставилась в окно, пытаясь выпутаться из чар этого красавчика. Внутри творилась буря, которую мне с трудом удавалось скрывать, так как выставлять свои переживания напоказ я не привыкла. Или же мне просто хотелось выглядеть смелой в глазах Егора? Но зачем? Зачем я вообще его поцеловала?! Боже…
– Я обычно так не делаю, – мой голос прервал тишину.
– Чего не делаешь? – Егор с удивлением взглянул на меня, почесывая указательным пальцем подбородок, а я сосредоточилась на блондине.
– Не целую парня, которого знать не знаю. В своё оправдание могу сказать, что это всплеск адреналина. И ты так смотрел на меня… – я осеклась на полуслове, взглянув на свои пальцы. Боже, что я несу?
– Как так? – Егор улыбнулся, вновь включив обольстителя. Нет, ну это невыносимо!
– Твой друг попросил подписать меня какой-то акт. Это действительно так необходимо? Без этого никак? – я решила перевести тему, потому что напряжение снова нарастало.
– Если честно, я вообще не хочу это обсуждать, – он тут же нахмурился, поменявшись в лице. – Мне жаль, что тебя это задело. Из этого инцидента могут раздуть огромного слона. Не хотелось бы тратить время на расхлёбывание этой истории, – Егор тяжело вздохнул и взглянул на меня, выдержав небольшую паузу. – Так какой взгляд? Ты не ответила, – на его лице вновь образовалась ехидная улыбка, что меня рассмешило.
– Кажется, мы приехали, – не менее ехидно улыбнулась я певцу. Тот посмотрел в окно, а я уже распахнула дверь, желая как можно скорее оказаться на пляже.
– Алис, не убегай далеко! – крикнул мне вслед Егор, пытаясь догнать. Я уже сняла кеды, ощущая внутри некое предвкушение и волнение.
Ступив голыми ногами на почти остывшую гальку, я на несколько секунд замерла, глубоко вдыхая в себя прохладный воздух, который несло со стороны Чёрного моря. С каждым новым глотком кислорода я чувствовала, как волнение и страх испаряются из меня, словно вода на горячем камне.
– Можно тебя попросить не убегать вот так? – произнёс Егор, подойдя ближе. Ответив лишь улыбкой, я снова уставилась в горизонт, хотя того и не было видно. Его поглотила тьма. Сегодня выдалась особенно тёмная ночь.
– Если хочешь пройти дальше, тебе придётся снять свои дорогие кроссовки, – заявила я, указав на обувь блондина. Тот опустил глаза на свои ноги, затем уставился на меня.
– Без этого туда не пускают? – он кивнул в сторону пляжа, а я рассмеялась. Кажется, Егор тоже мальчишески улыбнулся, внимательно наблюдая за мной.
– Поверь, тебе лучше снять обувь. Пойдём, – я указала головой в сторону и зашагала по камешкам, ощущая, как те впиваются в мою кожу, разгоняя кровь в ногах.
Найдя, на мой взгляд, идеальное местечко, я бросила кеды на гальку и уселась рядом, поджав ноги к груди. М-м-м, до чего же волшебные мгновения. Закрыв глаза, я медленно втянула в себя прохладный воздух, пронизанный запахом моря. Здесь влажность ощущалась не так сильно, как в городе, поэтому по моей коже начали бегать мурашки. Через несколько секунд в морской воздух влился и запах Егора. Боже, он был головокружительным. Ещё через мгновение рядом со мной упали дорогие кроссовки певца. Не сдержав усмешки, я подняла глаза на парня.
– Мадемуазель, разрешите?
– Добро пожаловать в VIP-партер, присаживайтесь, – я указала рукой на гальку, и Егор, не скрывая улыбки, сел рядом со мной. Блондин окинул взглядом невидимый горизонт и втянул побольше воздуха в лёгкие.
– Здесь и правда хорошо, – тихо прохрипел он. – Но прохладно. Ты не замёрзла? – он взглянул на меня. Его забота подкупала ещё больше, чем его улыбка.
– Нет, – тихо ответила я, сосредоточившись на море. Взволнованно оно гнало на берег белую пену, обрушивая ту на гальку у наших ног. Это зрелище всегда завораживало меня. – Ты помнишь, как впервые увидел море? – спросила я, взглянув на Егора. Тот задумчиво сощурил глаза, смотря перед собой, будто пытался вспомнить.
– Родители часто ездили на море, когда я был совсем маленький, – начал он. – Поэтому фактически первого раза я не помню. Но помню, что мне нравилось кататься на волнах в надувном круге. Представлял, что я на большом корабле, – с усмешкой заключил Егор, взглянув на меня. Я улыбнулась, представив маленького Егора с панамой на голове. – А ты? – спросил певец.
– Я очень хорошо помню. Это было забавно, потому что я до последнего не могла понять, что передо мной море. Мы стояли на возвышенности, а небо было настолько чистым и голубым, что сливалось с водой, и мне казалось, что передо мной просто небо.
На лице блондина вновь показалась улыбка. Наверное, он, как и я, начал представлять в своей голове картинку, отталкиваясь от моего рассказа. Я смотрела на профиль Егора, чувствуя, что начинаю терять границу между артистом и самим Егором. Рядом со мной будто сидел обычный, но чертовски красивый парень.
«Не твоего полёта птица», – напомнил мне внутренний голос как раз в момент, когда Егор посмотрел на меня. Утонув в голубых глазах лишь на мгновение, я тут же отвернулась к невидимому горизонту.
– Алис, – начал он, – мне правда жаль, что тебе пришлось пережить подобное сегодня. Я могу как-то исправить положение?
– Да, – тут же ответила я и посмотрела на парня. – Не вспоминай об этом. Или хотя бы мне не напоминай.
Кажется, я высказалась довольно резко, так как взгляд Егора немного изменился. Слегка сощурив глаза, он еле заметно кивнул.
– Хорошо. Как скажешь. Просто я думал, что, если ты выговоришься, станет легче.
– Мне станет легче, когда я подпишу все необходимые бумаги и забуду всё как страшный сон, – ответила я и вновь отвернулась к морю. Внутри снова начало всё клокотать. Мне становилось неприятно, когда я думала об акте. Будто я влезла не в своё дело и теперь могу всем всё разболтать, как будто специально.
– Мне хочется, чтобы ты поняла, что акт – это необходимая мера, созданная для твоей и нашей безопасности.
– Вашей безопасности, – я поправила Егора, не смотря в его сторону. Боковым зрением я увидела, что тот усмехнулся и кивнул.
– Ты права, нашей. Просто сложно верить кому-либо, когда даже на свидания девушки приходят с диктофонами.
Нахмурив брови, я взглянула на Егора. Тот перебирал в пальцах гальку, всматриваясь в темноту.
– С диктофоном? – переспросила я. – Но зачем?
Блондин вздохнул.
– Я дорого стою, – он посмотрел на меня. В ту же секунду в голубых глазах промелькнула грусть. – СМИ платят большие деньги за эксклюзивный материал. А я, как бы это пафосно ни прозвучало, сейчас таковым и являюсь, – Егор снова усмехнулся и отвернулся к морю. – Представляю, сколько они получат за статью о сегодняшнем концерте.
– Но я ведь никому ничего не расскажу, – тихо ответила я. Егор улыбнулся и посмотрел на меня.
– Ты не расскажешь, Алис, но там было много других людей. Я уверен, что интернет уже кишит видео и фотками, где я, ты и тот псих с ножом на сцене.
– Тогда к чему акт? – спросила я, не совсем понимая всех тонкостей шоу-бизнеса.
– Те, кто был на концерте, видели лишь верхушку айсберга. Моя команда сможет дать какой-то комментарий об этом для СМИ. Но не все видели, что произошло после того, как выгнали посетителей. И поверь, каждый, кто остался там с нами, подпишет такую же бумагу, как и ты.
После его слов мне стало немного легче. Оказывается, заставляют молчать не только меня. Это вообще законно?
– Поэтому я ещё раз хочу попросить у тебя прощения, Алис, – продолжил Егор.