Zum Hörbuch
В 1437 г. хан Улу-Мухаммед, изгнанный из Орды, пришел со своим трехтысячным отрядом на Русь и занял город Белев. Хан просил у Василия II мира и службы, но великий князь послал против него войско. Тогда он хитростью одолел русских воевод и ушел на Волгу. Он засел в Казани, опустошенной в 1392 г. новгородцами за разгром татарами Вятки. Здесь он поставил деревянный город на новом месте. В несколько месяцев Казань наполнилась населением. Таким образом, Улу-Мухаммед положил начало Казанскому ханству. Уже в 1439 г. он совершил набег на Москву, положив начало более чем столетней борьбе Казани с Москвой.
Другим постоянным врагом русских был татарский царевич Мустафа, который со своим улусом беспокоил рязанские земли. Зимой 1444 г. Василий Васильевич выслал против них рать, в состав которой входили мордовские лыжники и отряд рязанских городовых казаков. Татары были наголову разбиты, а сам Мустафа убит. Сам великий князь в ту же зиму изгнал Улу-Мухаммеда из Нижнего Новгорода и уничтожил несколько его отрядов.
За это в 1445 году Улу-Мухаммеду удалось жестоко отомстить Василию Васильевичу. Он неожиданно напал на великого князя, когда тот с малым отрядом стоял на реке Нерли недалеко от Суздаля. В результате жестокой сечи отряд Василия был разбит, а сам он, весь израненный, попал в плен. В знак того, что князь у него в плену, хан отправил его матери нательный крест Василия. Москвичей объял ужас от случившегося, который был усилен пожаром в Кремле и гибелью 3 тыс. человек, а затем и еще землетрясением в Москве, что для этих мест было небывалым явлением. Шемяка предложил Улу-Мухаммеду держать Василия Васильевича в вечном плену, а самому занять великокняжеский стол. Но тот предпочел освободить князя из плена за огромный «откуп» в 200 тыс. рублей. Для сбора этой фантастической по тем временам суммы вместе с Василием были отправлены на Русь татарские мурзы с отрядами воинов, многие из которых тут же поступали «в службу» к Василию. Великий князь принимал их на службу, а по стране ширилось недовольство татарской ориентацией Василия. Но политика великого князя оказалась дальновидной: с приемом татар на русскую службу Москва усиливалась, а Орда слабела. Тем не менее для большинства боярства это означало нарушение их прав, кроме того, по стране ползли слухи, что великий князь хочет Москву отдать Улу-Мухаммеду, а сам сесть на княжение в Твери. Этими слухами и недовольствами решил воспользоваться Шемяка.
И вот в один из выездов Василия на богомолье в Троицкий монастырь, в начале февраля 1446 г., Шемяка со своими сторонниками неожиданно захватил Москву и полонил жену и мать великого князя. А тем временем его союзник, князь Можайский, хитростью захватил Троицкий монастырь. Василий успел спрятаться в церкви, а затем вышел с иконой Сергия Радонежского, умоляя о милосердии и разрешении постричься в монахи. Милосердие ему было обещано, но Шемяка не сдержал слово. Василий на санях был отвезен в Москву, там его обвинили в поддержке татар, ослеплении Василия Косого, и затем по приказу Шемяки его ослепили (отсюда и прозвище князя – «Темный») и сослали вместе с женой и детьми в Углич.
Казалось, Шемяка мог праздновать победу, но сказалась неприязнь к нему москвичей: в Москве за его неправедные дела в судопроизводстве даже появилась поговорка «Шемякин суд». Кроме того, все татарские царевичи на русской службе были тоже на стороне Василия Темного, многие родовитые бояре сочувствовали ему, наконец, сам митрополит Иона был за возвращение престола Василию. И вот усилия сторонников великого князя дали свои плоды. Василий Темный, отправившись на очередное богомолье в Кирилло-Белозерский монастырь, сумел бежать оттуда в Тверь, где заручился поддержкой тверского князя. С помощью своих сторонников Василий в 1447 г. победоносно вернулся в Москву и занял по праву принадлежащий ему великокняжеский стол. Шемяка опять признал его превосходство и подписал так называемую «проклятую грамоту» на верность Василию Темному. Но едва вернувшись в Галич, опять начал плести заговоры против великого князя. Не помогло и увещевание духовенства. Тогда в 1450 г. княжеские войска изгнали Шемяку из его вотчины – Галича, и он бежал в Новгород – центр оппозиции великому князю, где и скончался в 1453 году (полагали, что он был отравлен по приказу Василия). Известие о его смерти было встречено с великой радостью как в Москве, так и по всей Русской земле.
После «Шемякиной смуты» Василий Темный, человек по своей натуре смирный и добрый, проявлявший смелость в бою и твердость в вере, но вероломство в политике, решил привести в порядок Великое княжество Московское. Он уничтожил почти все уделы в княжестве и окончательно утвердил порядок престолонаследия от отца к сыну. Уже после ослепления и возвращения в Москву своим наследником и соправителем Василий II назначил старшего сына – десятилетнего Иоанна, который с тех пор стал тоже носить звание великого князя.
Окончание княжения Василия Васильевича ознаменовалось отражением ряда татарских набегов и победой над новгородцами. Так в 1449 г. татарский отряд Улу-Мухаммеда на берегах реки Пахры был разбит отрядом служивых татар под командованием царевича Касима. А в 1451 году к самой Москве подошел из-за Волги отряд царевича Мазовши. Татары не смогли взять Кремль и, поджегши посад, быстро бежали из-под Москвы. В народе набег Мазовши назвали «скорой татарщиной».
За поддержку Шемяки великий князь решил наказать и Новгород. Зимой 1456 г. Василий Темный отправил войско на Новгород. Захватив Старую Русу и получив выкуп от новгородцев, московские воеводы отпустили основную рать и тут, оставшись с отрядом из 200 человек, столкнулись с новгородским войском, состоявшим из 5 тыс. человек. Боясь опозориться пред лицом князя, московские воеводы приняли бой. Они приказали стрелять по лошадям новгородцев и добились полной победы. Одетые в броню новгородцы валились под копыта коней, демонстрируя отсутствие какой-либо воли к сопротивлению. После поражения около Старой Русы новгородцы думали только о том, как при посредничестве своего владыки заключить мир с Василием.
При Василии Темном покорность Москве проявили Псков и Тверь. А рязанский князь Иван Федорович перед смертью отдал под опеку великому князю своего малютку-сына. Василий привез его в Москву и, за малолетством его, послал в Рязань и другие города Рязанского княжества своих наместников. В целом, несмотря на внутренние смуты и усобицы, значение Москвы в княжении Василия Темного не поколебалось. Власть московского князя высилась и укреплялась на русском северо-востоке. Если и удерживались еще некоторые удельные князья, то с условием – повиноваться великому московскому князю, держать, как тогда говорили, имя его «честно и грозно».
В 1461 году почил московский митрополит Иона, прославившийся еще при жизни чудотворениями. Русский народ за крепкую любовь к православию и Русской земле почитал его наравне со святителями Петром и Алексием. А в следующем 1462 г. сошел в могилу на 47 году жизни великий князь Василий II Васильевич Темный. Без сомнения, главной их заслугой было отвержение решений Флорентийского собора и непризнание Флорентийской унии, что на многие века вперед определило судьбу русского народа.
IV
. Образование трех ветвей древнерусской народности. Развитие русской культуры после монголо-татарского нашествия
1. Образование малороссийской (украинской) и белорусской народностей. Процесс разделения древнерусской народности на три ветви, начатый еще в период феодальной раздробленности, завершился в XIV – XV веках в результате насильственного разделения русских земель между Золотой Ордой, Великим княжеством Литовским и Польшей.
После монголо-татарского погрома юго-западные земли Руси стали объектом агрессии Литвы, Польши и Венгрии. В ходе борьбы с завоевателями население этих земель оказалось в составе иностранных государств, оно было не только оторванным от Руси, но даже разобщено между собой. Перед русским населением встала угроза ассимиляции иноземными завоевателями. Однако достигнутая до XIII века степень внутренней прочности древнерусской народности, и в первую очередь приверженность к православию, обеспечивала возможность существования русского населения в новых исторических условиях. Некоторые особенности в быту и культуре населения, наметившиеся еще до XIII века, разные природные, хозяйственные и исторические условия, установившиеся в прошлом связи и, наконец, социально-экономическое развитие после XIII века – все это предопределило образование в границах юго-западных и западных групп отторгнутых областей Руси двух народов – малорусского (украинского) и белорусского.
Первоначально название «Малая Русь» появилось в XIV веке, и оно сначала относилось к Галицко-Волынской земле. Население этих земель в составе Польского государства, а именно Галиции, Буковины, Прикарпатской Руси, называли русинами. Позже название «Малая Русь» стало относиться и к Приднепровью, т. е. к землям бывшего Киевского, Черниговского и Переяславского княжеств, вошедших в состав Великого княжества Литовского. Первоначально население Приднепровья в составе Литвы преимущественно состояло из днепровских казаков и остатков кочевых народов – торков, берендеев, половцев и других народов, бродивших здесь после монголо-татарского нашествия. Но уже с XV века, начинается вторичное заселение днепровской украины русским населением, пришедшим сюда из глубин Польши, Галиции и Литвы. Это русское население, смешавшись с днепровским казачеством и остатками степных народов, и образовало особую малороссийскую народность. Что касается названия этого края Украиной, то оно появилось в конце XVI – начале XVII века, когда Польша и Литва окончательно объединились в одно государство под названием Речь Посполитая (хотя термин «Украина» использовался еще в русских летописях конца XII века для определения пограничного положения отдельных земель). Употребление же слов «Украина» и «украинцы» в литературе и политике стало насаждаться поляками. Их не устраивали ни «Малороссия», ни «Малая Русь», которые как-то напоминали о родстве с Северо-Восточной Русью. И уже на картах XVII века территория Приднепровья обозначается как «Украина», хотя в терминологии государственного устройства Речи Посполитой Украина именовалась Гетманщина, в отличие от Литвы (собственно Литвы и Белоруссии) и Коронных земель, т. е. Польши. При этом бывшая Галицко-Волынская земля не называлась Украиной, а входила в состав Коронных земель. Т. е. Польши. Позже в польской исторической науке, чтобы оторвать Малую Русь от Великороссии, появилась лжетеория, объясняющая происхождение украинцев от какой-то никому, кроме ее авторов, не известной орды «укров», вышедшей якобы в VII веке из-за Волги.
В процессе социально-экономического развития, на основе древнерусского быта и культуры, обогащаясь местными особенностями и заимствованиями у соседних народов – великороссов, белорусов, поляков, литовцев и татар, население края упрочивало особенности своей хозяйственной жизни, занятий, вырабатывало особые черты характера, общественного и семейного быта, материальной культуры (одежда, пища, жилище и пр.) и духовной культуры (обычаи, обряды, песни и другие виды народного творчества). Начали складываться и развиваться национальные черты в области искусства, живописи, архитектуры. Так в XIV – XV вв. сложилась малороссийская (украинская) народность.
Особенностю украинского языка было отличие его не только от великорусского, но и от древнего киевского наречия. Уже с конца XIII века, особенно в XIV – начале XV века, сложились такие характерные фонетические особенности в языке населения всего юго-запада Руси, как произношение i вместо старых о и е в закрытых слогах (кiнь, вiн, пiч вместо конь, он, печь, которые были в древнерусском языке), а также переход древнего звука iе (е) в i (сено – сiно) и замена старого и звуком ы (просити – просыты).
Население юго-запада Руси прочно связало свою жизнь и быт с территорией этого края, постепенно восстанавливая и расширяя освоение приднепровских земель, включая и Левобережье. Население Малороссии стало считать его своим отечеством, постоянно помня о родстве и близости с остальными землями Руси, прежде всего с Великороссией, стремясь освободиться от гнета иноземных поработителей и воссоединиться с Русью.
Из статьи Н.В. Гоголя «Взгляд на составление Малороссии»: «Южная Россия, под могущественным покровительством литовских князей, совершенно отделилась от северной. Всякая связь между ними разорвалась; составились два государства, называвшиеся одинаковым именем – Русью. Одно под татарским игом, другое под одним скипетром с литовцами. Но уже сношений между ними не было. Другие законы, другие обычаи, другая цель, другие связи, другие подвиги составили на время два совершенно различные характера…Прежде всего нужно бросить взгляд на географическое положение этой страны, что непременно должно предшествовать всему, ибо от вида земли зависит образ жизни и даже характер народа. Многое в истории разрешает география. Эта земля, получившая после название Украины, простирающаяся на север не далее 50° широты, более ровна, нежели гориста. Небольшие возвышенности встречаются очень часто, но ни одной гористой цепи. Северная ее часть перемежается лесами, содержавшими прежде в себе целые шайки медведей и диких кабанов; южная вся открыта, вся из степей, кипевших плодородием, но только изредка засевавшихся хлебом. Девственная и могучая почва их своевольно произращала бесчисленное множество трав. Эти степи кипели стадами сайг, оленей и диких лошадей, бродивших табунами. С севера на юг проходит великий Днепр, опутанный ветвями впадающих в него рек… В Днепр впадает только одна судоходная река, Десна, проходящая в северной Украине, с лесистыми, берегами, почти с обеих сторон потопляемыми водою; но и эта река только в некоторых местах судоходна. Кроме того, на севере Остер и часть Сейма, на юге Сула, Псел, с цепью видов, Хорол и другие; но ни одна из них не судоходна. Сообщения никакого нет; произведения не могли взаимно размениваться – и потому здесь не мог и возникнуть торговый народ. Все реки разветвляются посередине; ни одна из них не протекала на рубеже и не служила естественною гранью с соседственными народами. К северу ли с Россией, к востоку ли с кипчакскими татарами, к югу ли с крымскими, к западу ли с Польшей – везде она граничила с полем, везде равнина, со всех сторон открытое место. Будь хотя с одной стороны естественная граница из гор или морей – и народ, поселившийся здесь, удержал бы политическое бытие свое, составил бы отдельное государство. Но беззащитная, открытая земля эта была землей опустошений и набегов, местом, где сшибались три враждебные нации».
Земледельческий образ жизни украинского народа и его борьба с соседями выработали определенный характер малоросса. Тот же Николай Васильевич Гоголь в своих художественных произведениях вывел такие черты характера малоросса, как поэтичность и впечатлительность натуры, упрямство, гордость, ленивость («Вечера на хуторе близ Диканьки»), в то же время пламенный патриотизм, чувство товарищества («Тарас Бульба»).
Аналогичный процесс, только несколько медленнее, проходил и в западных землях Руси, на территории бывших княжеств Минского, Полоцкого и Витебского (между реками Западный Буг и Сож). Здесь в XIV – XV вв. наряду с существованием местных диалектов на основе древнерусской языковой близости складывались и общие языковые особенности разговорной речи населения края. Многое при этом принесли переселившиеся сюда в это время жители Киевского Приднепровья; многое перешло из языка великороссов, с которыми через Смоленск и Псков поддерживались связи. На этом процессе сказалось и взаимное общение с украинским, литовским и польским народом. С XV в. у населения этого края появляются такие характерные особенности языка, как дзеканье (дзед – дед), цеканье (дзецi – дети), твердое р (гразь – грязь, бяроза – береза), аканье (галава – голова, вада – вода) и др.
Население западных земель Руси прочно освоило территорию между реками Западный Буг, Западная Двина, Сож и Припять, постепенно расширяя ее за счет освоения лесов и болот.
В XIV – XV вв. в крае растут внутренние связи, общение между его землями, городами. Это было следствием развития ремесла и сельского хозяйства, роста городов и торговли. Множество речных путей облегчало общение между жителями края. При сохранении общей древнерусской основы в характере народа, в быту, в обычаях, в жилище, пище и одежде у населения края сложились и стали развиваться особенности, каких не было у великороссов и малороссов. Жители края стали считать его своим отечеством, не забывая при этом о родстве и близости с малороссами и великороссами. В XIV веке появилось и новое название «Белая Русь», в дальнейшем закрепившееся за этим краем. Населявшие край жители называли себя русскими, а затем белорусами. Так в XIV – XV вв. сложилась и начала развиваться белорусская народность. С образованием трех братских восточнославянских народов усилилась борьба за их независимость и за восстановление их единства.
2. Образование великорусской (русской) народности. Образование великорусской (русской) народности началось еще с колонизации Волжско-Окского бассейна славянскими племенами вятичей и кривичей. Затем в XII-XIII веках в результате переселения в Северо-Восточную Русь жителей Южной Руси этот процесс ускорился. В процессе смешения восточных славян с туземцами началось формирование великорусской народности. Окончательно этот процесс завершился в XIV-XV вв. Причем этническую основу русской народности составил именно славянский элемент, а не славянизированные инородцы, главным образом финно-угорские племена, как трактуется с некоторых точек зрения происхождение населения будущий великорусской области.
В свое время, а именно в начале XIX века, в Польше появился некий исторический опус под названием «История Русов», на котором воспитывались целые поколения польских националистов и украинских сепаратистов. В этом труде представлена лжетеория, что якобы славянское происхождение присуще только украинцам, русские же, или «москали», как их враждебно называли украинские и польские националисты, были отнесены к монголам, туркам, или просто к азиатам. И вообще якобы эти два народа не имеют никакого родства. В частности в этом произведении говориться о том, что на берегах Москвы-реки кочевали некие «мосхи», явно тюркского происхождения, которые дали этническую основу местному населению. Отсюда делается вывод, что московиты, или «мосхи», ничего не имеют общего с русами, обитателями Приднепровья, и история их государства, получившего название Московского, совершенно отлична от истории государства русов, в частности Киевской Руси. В состав государства русов, кроме Киевского княжества, согласно этой «Истории Русов», входили Галицкое, Волынское, Переяславское, Черниговское, Северское княжества. Только эти земли и назывались Русью. Впоследствии, когда Московское царство стало именоваться Великой Русью, обозначенным землям пришлось называться Малой Россией. Далее говорилось, что малороссам, или украинцам, удалось сохранить этническую чистоту, в то время как Северо-Восточная Русь подверглась сильному смешению с монголами.
На самом деле именно население Малороссии подверглась сильному иностранному влиянию, и в первую очередь Польши, в то время как население Северо-Восточной Руси, и в первую очередь Волжско-Окского междуречье, находилось в наиболее благоприятных условиях для возобновления этнического развития. Этот край сохранил свой политический строй, свою государственную особенность. Золотая Орда, находясь на более низком уровне развития, не в состоянии была ассимилировать русское население. Никаких смешанных браков между русским православным населением и язычниками или мусульманами-кочевниками не могло быть. Лишь когда татарские мурзы, селившиеся в пределах Московского государства, принимали крещение, могло быть родство русских родов с представителями татарской знати.
Основным отличием одного народа от другого является язык. Русский язык начал формироваться на московской земле, отсюда он начал влиять на язык всего населения Северо-Восточной Руси, обогащаясь местными диалектами. Соседство с народами Поволжья, Литвы, Прибалтики, а также с Ордой способствовало некоторым заимствованиям и у этих народов. Наряду с этим в условиях феодальной раздробленности продолжали еще развиваться и местные особенности в языке, быте и культуре отдельных областей Северо-Восточной Руси (Новгородско-Псковской, Рязанской, Нижегородской и др.).
Еще до монголо-татарского нашествия имелись некоторые признаки, характерные для языка населения всего северо-востока Руси. Здесь, в частности, сказались и заимствования у тех неславянских народов, которые ранее жили в междуречье Оки и Волги, а также в Среднем Поволжье, что слились или же стали соседями русского населения. Со второй половины XIII века на языковые процессы в крае повлияли и те массовые перемещения населения земель Приднепровья к югу от реки Оки, которые были вызваны частыми нашествиями ордынских феодалов.
Со второй половины XIII века, и особенно с XIV века, в языке населения северо-востока Руси в связи с социально-экономическим развитием и растущим политическим объединением, наряду с существованием местных диалектов, постепенно складывался единый, общий для всего северо-востока разговорный язык. Он отличался не только от древнерусского языка, но и от языков, которые складывались в других, отторгнутых от Руси землях. В этом языке получили развитие как языковые особенности северо-востока в целом, наметившиеся еще до XIII в., так и местные диалекты областей Волжско-Окского междуречья, прежде всего Владимирских, а затем Московских земель. В великорусском языке обособлялись имена прилагательные от существительных, складывались краткие формы прилагательных, шло образование совершенного и несовершенного вида глаголов, возникли категории деепричастия, исчезло двойственное число и т. д. Характерной чертой в русском языке с XIV в. было постепенное сначала смешение, а затем и все более заметное преобладание «аканья» над «оканьем», образование сочетаний -ой, -ей из – ый, – ий и т. д.
Развитие сельского хозяйства, ремесла и возникавшие вследствие этого торгово-экономические связи между населением Северо-Восточной Руси, общность веры, одинаковые природные и прочие условия помогали созданию у населения некоторых общих черт в его занятиях и характере, в семейном и общественном быту. Это определяло появление общих особенностей в одежде, пище, жилище, в обычаях, обрядах и т. п.
Так, в языке, быте и культуре русского населения Северо-Восточной Руси в XIII – XIV вв. складывались и развивались черты, характерные для русского населения всего края. В сумме своей все эти общие признаки и составили национальные особенности населения северо-востока Руси. Население теперь стало считать этот край своим отечеством, хотя никогда не забывало о своем родстве и с отторгнутыми западными и юго-западными землями Руси. Отечество это мыслилось уже в новых национальных рамках. Если в конце XII в. автор «Слова о полку Игореве» считал своей родиной и Галицко-Волынскую, и Владимиро-Суздальскую, и Киевскую, и все другие земли Руси, то автор такого патриотического произведения конца XIV в., как «Задонщина», связывает свою родину уже с Москвой, Коломной, Серпуховом, верховьями Дона, т. е. только с северо-востоком Руси. Уже с конца XIV века Москва в сознании народа была национальным центром, инициатором и основой политического объединения русских земель. В укреплении этого сознания, как и вообще во всем процессе национальной консолидации населения в рамках Северо-Восточной Руси, большую роль сыграла его борьба за национальную независимость. Со второй половины XIV века появляется и новое название этого края – Великая Русь.
Так образовался великорусский народ, который наряду с особенностями языка имел и свои национальные черты характера. На характер великоросса повлияла как лесная природа Северо-Восточной Руси, так и исторические условия формирования Русского государства. Еще В.О. Ключевский заметил такие черты племенного характера великоросса, как расчетливость, рискованность, терпеливость, упорство, наблюдательность, склонность к интенсивному труду, замкнутость, осмотрительность и осторожность.
В.О. Ключевский о племенном характере великоросса: «Рядом с влиянием природы страны на народное хозяйство Великороссии замечаем следы ее могущественного действия на племенной характер великоросса. Великороссия XIII – XV вв. со своими лесами, топями и болотами на каждом шагу представляла поселенцу тысячи мелких опасностей, непредвидимых затруднений и неприятностей, среди которых надобно было найтись, с которыми приходилось поминутно бороться. Это приучало великоросса зорко следить за природой, смотреть в оба, по его выражению, ходить, оглядываясь и ощупывая почву, не соваться в воду, не поискав броду, развивало в нём изворотливость в мелких затруднениях и опасностях, привычку к терпеливой борьбе с невзгодами и лишениями. В Европе нет народа менее избалованного и притязательного, приученного меньше ждать от природы и судьбы и более выносливого. Притом по самому свойству края каждый угол его, каждая местность задавала поселенцу трудную хозяйственную загадку: где бы здесь ни основался поселенец, ему, прежде всего, нужно было изучить своё место, все его условия, чтобы высмотреть угодье, разработка которого могла бы быть наиболее прибыльна. Отсюда эта удивительная наблюдательность, какая открывается в народных великорусских приметах…
Своенравие климата и почвы обманывает самые скромные его ожидания, и, привыкнув к этим обманам, расчётливый великоросс любит подчас, очертя голову, выбрать самое что ни на есть безнадежное и нерасчётливое решение, противопоставляя капризу природы каприз собственной отваги. Эта наклонность дразнить счастье, играть в удачу и есть великорусский авось… Великоросс приучался к чрезмерному кратковременному напряжению своих сил, привыкал работать скоро, лихорадочно и споро, а потом отдыхать в продолжение вынужденного осеннего и зимнего безделья. Ни один народ в Европе не способен к такому напряжению труда на короткое время, какое может развить великоросс; но и нигде в Европе, кажется, не найдем такой непривычки к ровному, умеренному и размеренному, постоянному труду, как в той же Великороссии… Великоросс лучше работает один, когда на него никто не смотрит, и с трудом привыкает к дружному действию общими силами. Он вообще замкнут и осторожен, даже робок, вечно, себе на уме, необщителен, лучше сам с собой, чем на людях, лучше в начале дела, когда еще не уверен в себе и в успехе, хуже в конце, когда уже добьется некоторого успеха и привлечет внимание: неуверенность в себе возбуждает его силы, а успех роняет их… Природа и судьба вели великоросса так, что приучили его выходить на прямую дорогу окольными путями. Великоросс мыслит и действует, как ходит».
3. Развитие русской культуры и подвижничества. Если первые триста лет русская культура была общей культурой трех восточнославянских народностей: русской, украинской и белорусской, то где-то с конца XIII века и в XIV веке приходится говорить о существовании уже двух культур: великорусской (русской) и «западнорусской» (в то время еще не было четких границ между Украиной и Белоруссией). Безусловно, более близкой к первоисточнику была культура Великороссии, или Северо-Восточной Руси, поэтому, говоря о развитии русской культуры второй половину XIII – середины XV века, мы будем говорить о русской культуре.
Развитие русской культуры со второй половины XIII века проходило в сложных условиях. Монголо-татарское нашествие и татарское иго вызвали упадок культуры. За столетие, с середины XIII до середины XIV в., резко снизилась грамотность на Руси, огрубели нравы населения. Даже среди русской знати и князей было много таких, о которых летописец писал «некнижен и неграмотен».
Все же с возрождением духовности и социально-экономическим развитием страны со второй половины XIV века наметился новый подъем в русской культуре. Развитию культуры способствовали и политические цели: борьба за независимость и объединение земель Великороссии. Особенно способствовала подъему культуры победа на Куликовом поле. Рост национального самосознания заставлял глубже осознать состояние и задачи борьбы за независимость, за объединение страны. Москва и здесь, в области культуры, превращалась в национальный центр русского народа.
Возрождение русской культуры в эпоху создания централизованного государства происходило в условиях непрекращающихся войн на чрезвычайно протяженных восточных, южных и западных границах Руси. По подсчетам историка В.В. Мавроди, «за XIII – XIV и первую половину XV века русские выдержали больше 160 сражений с внешними врагами, из которых 45 сражений с татарами, 41 – с литовцами, 30 – с немецкими рыцарями, а все остальное – со шведами, поляками, венграми и волжскими болгарами».
С XIV века начинает набирать силу просвещение. Высокого уровня достигают грамотность, книжность, эмпирические наблюдения над природой. Тогда успехи в области политики, военной организации, архитектуры, ремесел, сельского хозяйства носили чисто практический характер, умозрительная мысль и теоретическое начало не получили в русской жизни решительного преобладания.
Сведения о школах XIV – XV вв. чрезвычайно скудны. Тогда основное образование получалось в монастырях и посредством домашнего обучения. Обучение грамоте начиналось в Древней Руси с 7 лет. В древнерусских школах производилось по большей части лишь начальное обучение: учили чтению, письму, читали Часослов, Псалтырь, Апостол «и прочие божественные книги». Большое значение придавалось пению, возможно, производилось обучение счету.
Важным событием в развитии книжной грамотности было появление бумаги. Это был более удобный материал для письма, чем береста, и значительно более дешевый, чем пергамент. С появлением бумаги книги начали дешеветь, их стало больше. Крупные города, такие, как Москва, Новгород, Псков, Тверь, Ростов, а также монастыри были центрами, где появлялись новые книги и переписывались старые. Много было грамотных людей в Москве, особенно среди духовенства, дворян, купцов, которые владели большими библиотеками.