Zum Hörbuch
– Когда только приехала, – взгляд наконец поднялся. – В этом и дело.
Джесси улыбался.
В этот момент усталость ушла куда-то на второй план. Казалось, эти двое пронеслись сквозь время, вспоминая прошлое. Каждый своё и оба общее.
– Пусть живёт, – в итоге выдохнула Картер, прикручивая очередную полку. – Она милая. Я поняла, почему Ян сказал, что она нам не подходит. Кажется, мы ее не заслуживаем.
Примечания автора:
Прозвища ребят Странного клуба:
Sly Wolf – Хитрый Волк. Джесси Мак Итен
Cat – Кот. Алекс Ли. Он же Том.
Kite – Коршун. Бин Картер.
Snowball – Снежок. Ян Ален.
Squirrel – Белка. Джерри Фэй. Она же Часовая.
Rigel – Ригель. Рин Миура. Фотограф.
Medicine Star – Звезда Медицины. Черри Фокс.
Правило клуба O(r/d)dinary № 300:
Не оставайся один на долго. Одиночество – враг
– Странный клуб, подъем, нападение!
Взрыв хлопушки громовым раскатом разнесся на все здание.
Разноцветные конфетти рассыпались по коридору, залетая в щели неплотно прикрытых дверей.
Ликс подорвалась с дивана растрепанная и ничего не понимающая. Она не помнила, как вчера уснула, но пробуждение вышло неожиданным.
Утро в Странном клубе, видимо, никогда не начиналось нормально.
Выбежав из комнаты, она обнаружила только до сих пор кружащиеся в воздухе блестки, но на лестничной клетке четко слышался звук спешно спускающихся, перелетающих через несколько ступенек, шагов.
С бешено колотящимся сердцем Ликс последовала за ними.
Бежали долго, до самого окончания лестницы. Когда ноги коснулись ровного пола, девушка так и не застала хозяина шагов, но вот его голос слышался отчетливо. Точнее, её.
Джерри буквально влетела в комнату Алекса, чуть не зацепив протянувшуюся вдоль стены коллекцию банок из-под газировки. Те недовольно загремели, перекликаясь с хлопнувшей дверью, но каким-то чудом выстояли.
Фэй щелкнула выключателем, заставляя загореться одновременно основной свет и гирлянду, подсвечивающую фотографии на растяжке под потолком.
Алекс на свет никак не отреагировал. Рядом с ним на кровати высилась небольшая стопка книг вперемешку с плёночными касетами, а также блокнот с какими-то записями. Судя по набору, поднять его будет весьма проблематично – он спать-то лёг самое лучшее час назад.
– Том! На нас нападут через пять минут!
Алекс, не открывая глаз, что-то неразборчиво промурчал и, закинув руки на шею Джерри, притянул ее к себе.
– Дай доспать эти пять минут, – всё, что девушка успела услышать, прежде чем в здании завыла сирена.
Белое освещение переключилось на красное, погружая атмосферу Странного клуба в хаос.
Кот попытался спрятаться от резкого звука, завернувшись в одеяло.
Оставив попытки поднять его из спячки, Джерри выскользнула из комнаты, плотно прикрыла за собой дверь и чуть не столкнулась нос к носу с Ликс.
– Ой, Ликс? Что ты здесь забыла?
Ликс растерялась. Она видела эту девушку в комнате с часами, и тогда они не разговаривали. Странно, что та знала ее имя.
Видя, что незадачливая новенькая не может подобрать слов в свое оправдание, Джерри поняла, что Ликс единственна, кто в сложившейся ситуации среагировала оперативно. Но, скорее, она просто испугалась и не знала, что ей делать.
– Ладно, не важно, – Фэй махнула рукой и схватилась за лестничные перила. – Там швабра в углу, прихвати и пошли.
Ликс сделала, как было велено, и понеслась следом за Часовой. Та остановилась только спустя два пролета. Сирена перестала тоскливо зазывать обитателей клуба, видимо, поняв, что это дело безнадежное.
Фэй почесала затылок и оглянулась на застывшую в двух шагах от нее Ликс.
– Ну, давай. Шаг влево. Удар.
Не зная, зачем, Ликс все равно последовала ее указаниям. Черенок швабры неожиданно сбил с ног непонятно откуда взявшегося мужчину. Тот ударился о стену головой и затих.
Фэй легонько похлопала в ладоши.
– О! Отличная работа! Дальше сама или подсказывать?
Ликс откровенно запаниковала. Что она только что сделала?!
Вдалеке послышались звуки выстрелов и разбитого стекла. Джерри без особого энтузиазма, немного скучая, забралась на стоящий у дальней стены сломанный стол и открыла на телефоне игру.
– Опять стекла бьют, Джесси расстроится. Ликс, справа за твоей спиной – удар с локтя. Затем пригнись и сделай выпад вперед.
Ликс даже нервно сглотнуть не успела, как ощутила за спиной движение. Повторив указанные ей удары, она отправила в нокаут еще двоих незадачливых «воинов».
– Неплохо, – не понятно было, хвалит Часовая Ликс или просто играет с ней. – Вот и закончился театр. Найдешь Джесси по коридору прямо, по лестнице вверх, направо и два пролета вниз. Бывай.
И так и не оторвавшись от телефона, девушка спокойно зашагала туда, где все еще раздавались выстрелы. Спустя короткое время те стихли, будто ничего и не нарушало тишины Странного клуба.
По ближайшей от Ликс стене тоскливо поползли витиеватые голубые символы:
Sly Wolf: опять новые стекла вставля-я-ять
Едва продравший глаза после получасового сна лидер вдруг вспомнил, что есть в этом здании кое-кто, кто здешних распорядков не знает. Поэтому пришлось отскольбить себя от прилипчивой подушки и, как есть, выползти из своего убежища, с каждым сделанным шагом набирая скорость.
Застал Джесс Ликс неожиданно в своем крыле стоящей посреди коридора в обнимку с шваброй.
Ликс посмотрела на Джесси, волосы которого превратились в растрепанные синие кудряшки, затем на валяющихся в отключке людей.
Швабра вывалилась из ее рук с громким стуком.
– Весело тут…У вас…, – Улыбка, то ли нервная, то ли веселая сама собой растянулась на губах.
Джесси испуганно схватил ее за плечи и оглядел со всех сторон – ни царапины, только в волосах запутались блестящие стеклышки. Видимо, они каким-то образом пересыпались на нее с одежды нападавших.
Сковавшее Ликс оцепенение наконец начало спадать, а осознание произошедшего запоздало нагоняло.
Убедившись, что с девушкой всё в порядке и с облегчением выдохнув, Джесс взял ее под руку, и полностью игнорируя «оставшийся беспорядок», повёл к лестничной площадке.
Стоило ноге коснуться первой ступеньки, где-то сзади Ликс ощутила лёгкое движение воздуха. Не успела она понять, что именно это может значить, раздался выстрел.
А в руке Джесси неизвестно откуда взялся пистолет.
Его прищуренные карие глаза сверлили уже испустившего дух нападавшего, распластавшегося на полу. Пуля попала точно в голову.
Джесс вдруг понял, что Ликс смотрит на него. Его взгляд смягчился, а пистолет вернулся в скрытую под накинутым на плечи пиджаком кобуру.
– Они не настоящие. Смотри.
И Ликс увидела, как «человек» на полу рассыпался, оставив после себя лишь груду песка.
Мак с сожалением покачал головой.
– Обычные люди сюда не сунутся. Клуб впускает одарённых, но иногда они шпионы организаций по нашему истреблению. Среди нас ещё один предатель… Снова. Я хочу поговорить с ним.
Рука Джесси бережно легла на плечи Ликс, и потянула за собой.
Ликс сделала себе пометку на будущее, что Джесси лучше не злить.
На самом деле клуб безопасен. Просто Ликс пока не была знакома с его порядками и беспорядками – исчезающими этажами и петляющими коридорами.
Клуб посмеивается, беря в свои объятия, завывая сквозняками в щелях, которые он специально отращивает, чтобы петь эти свои песни.
Странный клуб – это дом, если ты хочешь, чтобы он им стал. Он никогда не причинит вреда одаренному – клуб добр и любит своих детей. Он ставит на них метки, охраняя и оберегая, а не с целью держать взаперти.
Но чтобы все это понять, нужно время. И немного удачи.
С мокрых волос Ликс капала вода. Она сидела на кухне, откинувшись на спинку стула и глядя на мигающий свет лампочки.
За окном медленно разгоралось золотое рассветное утро. Лампочка потухла, как только солнечный луч упал Ликс на щеку.
Даже лампочки в этом месте ведут себя странно.
Ликс старалась научить себя ничему не удивляться, но ей до этого явно было очень далеко. Она только-только попала в это место, а уже успела ввязаться сразу в несколько историй.
Набежавшие мысли спугнул скрип двери.
– О, ты все еще здесь, – на пороге стоял тот, кого Ликс в свой первый день окрестила Котом. – Ян не съел тебя, удивительно. Видимо, оставил пищу прозапас.
Ликс напряглась. Этот «представитель нормальных» чуть не пришиб ее банкой в темном коридоре, а теперь как ни в чем не бывало, разговаривал с ней, с ленцой растягивая слова.
Интересно, очередной хищник этих стен пытался ее напугать, или в его словах есть своя доля правды?
В любом случае Ликс снова стало неспокойно. Пальцы привычно нашли в кармане замок… Нет… Теперь уже зажигалку, и волнение тут же сошло на нет. Ведь, если Эванс была права, именно Ян оставил ей этот подарок. Значит, не так уж этот человек и плох.
Кот устало потер глаза и, позвякивая на каждом шаге цепочками, прошествовал в сторону холодильника. Покопавшись и найдя баночку холодного кофе, он удовлетворенно щелкнул ключом, присел на столешницу и, сделав большой глоток из банки, подпер щеку рукой. Вперил в Ликс свой внимательный взгляд – хитрый, но все еще сонный – будто присутствие новенькой в комнате было специально подготовленным для него развлечением.
Чем дольше Ликс смотрела на него в ответ, тем больше убеждалась в его кошачьей натуре. Человек перед ней не совсем походил на человека – он будто бы выполз на свет из сумеречной тени, отбрасываемой последним в сутках солнечным лучом. Блестит из мрака своими глазами-фонариками, довольный собой и своим предстоящим пиром.
– Что такое? – Кот, кажется, нашел что-то подозрительное в ее взгляде.
– Да ничего, ты немного странный, – Ликс ответила как есть.
– А ты нормальная, мне даже жутко. В этих стенах слово «Странный» звучит как комплимент, чтобы ты знала.
Значит «нормальный» – оскорбление? Ликс это учла.
Коту, кажется, наскучил вид Ликс, и он перевел внимание на банку в своей руке. Будто бы придя к какому-то выводу, он спрыгнул на пол и пошел к выходу.
– Хотя нет, – бросил он, обернувшись на полпути. – В тебе всё же есть странное и это твое безмерное любопытство. Его видно даже невооруженным взглядом.
Любопытство? Кто-бы говорил! Разве прилично вот так открыто пялиться на людей? Если Ликс любопытная, то этот человеко-кот и вовсе воплощение этого слова!
Ликс могла негодовать еще очень долго, если бы не опустила взгляд в пол.
Кот вышел, оставляя за собой светящиеся золотом кошачьи следы. Следом выбежала сплетенная из солнечных лучей кошка.
Конечно, Мак просил ее побыть на кухне, но, кажется, Кот в чем-то оказался прав. Любопытство играло с Ликс в свои собственные игры, обычно приводя к неожиданным последствиям. И сколько бы раз оно не заводило ее в ловушки, она все равно шла у него на поводу.
Как и сейчас.
Золотистые следы оборвались посреди коридора, кошка же ожидала Ликс у их окончания. Она представляла из себя всего лишь сгусток света, но при этом выглядела слишком реалистично.
Обернувшись и уставившись на Ликс своими огромными золотистыми глазами, кошка просеменила к ней и ласково потерлась о ноги.
Ликс же вдруг услышала у себя в голове голос Кота.
«Если все же прочитаешь мои мысли, будь осторожна и не выкидывай глупостей. Попытаешься использовать свои силы против нас, о последствиях подумай сама. Желаю удачи. Следи за стеклами под подошвами».
Правило клуба O(r/d)dinary № 171:
Будь честным с собой
Шесть вечера. Ликс стоит у входа в клуб и ловит на себе взгляд камеры. Она подмигивает ей зеленым глазом-лампочкой и, кажется, Ликс уже начала догадываться, кто из участников клуба ответственен за видеонаблюдение.
Под ногами хрустит стекло, оставшееся после утреннего налета. «Следи за стеклами под подошвами». Забавно. Но, кажется, Кот имел в виду не это.
Ее знакомства в странном клубе начались либо с конфликтов, либо с угроз. Хотя, если логически подумать, опасения нынешних обитателей на ее счёт были весьма справедливыми.
Девушка вдруг задумалась о том, что даже среди людей со странными силами немного выбивается – ведь никому не нравится, когда кто-то лезет в их голову без спроса. Это может быть одной из причин, почему с ней повели себя враждебно.
Но почему тогда Джесси Итен относится к ней так хорошо, будто совершенно ничего не опасается? Немыслимо.
И что это была за говорящая кошка? Все в этом Странном клубе – странно, размыто и непонятно.
Ян Ален опаздывал. Цифры на экране наручных часов соревновались, какая продержится дольше. Тени тянулись от переулков к улицам, воруя своими цепкими когтистыми лапами остатки солнечного света.
С каждой пройденной минутой Ликс нервничала сильнее. Куда бы не собирался вести ее местный всадник смерти, он не особенно спешил.
Порыв ветра зазвенел стеклами по плитке и донес до слуха Ликс рычание бродячих собак. Она поежилась, бросая невольный взгляд на вход в клуб, где холод пробегал мурашками по коже от страха, а не от погоды, и даже не знала, что для нее сейчас более привлекательно.
Далекий лай перешел в обиженное поскуливание. Ликс бернулась на звук и всмотрелась в темноту переулка.
У нее снова появилось ощущение подглядывающих отовсюду глаз. Будто что-то смотрело на нее, нет, даже сквозь нее, раздвигая ребра и пытаясь добраться до хрупкого сердца, опутывая его колючей проволокой из страха. Темнота скалилась челюстями с невероятно острыми зубами, готовыми в любой момент вцепиться в глотку и разорвать ее на части, оставив лишь алые цветы на земле.
Вдруг мгла совершила молниеносный прыжок в ее сторону. Одновременно с этим Ликс почувствовала сильный толчок в спину и покатилась по земле, разбивая ладони о шершавую плитку.
– Давай-давай, бегом!
Чья-то рука схватила за шиворот и вздернула на ноги. Пальцы этого кого-то крепко вцепились в предплечье и потащили за собой, не оставляя времени на сомнения.
Ликс едва успела оглянуться и зацепить взглядом что-то высокое, клыкастое и рычащее, прежде чем ее одернули.
– Не оборачивайся! Не смотри на него!
И Ликс поняла, что ее спасителем оказался никто иной, как Ян Ален.
Таща за собой Ликс, он оббежал здание клуба – уводил ее к участку улицы, еще залитому солнечным светом. Забежал в тень лишь на мгновение, чтобы пропустить Ликс вперед и позволить ей первой подняться по пожарной лестнице на крышу.
Достигнув вершины, Ликс с бешено колотящимся сердцем вцепилась в ограждение и постаралась отдышаться. Выходило плохо – страх все еще впускал в горло когти.
Забравшийся следом Ян шумно выдохнул.
– Никогда не смотри в темноту, если тебе страшно. Она начнет смотреть на тебя в ответ, – бросил он, отходя к дальнему краю крыши.
Ален с легкостью запрыгнул на высокий парапет и, как ни в чем не бывало, уставился на город. Будто то, что только что произошло, было всего лишь каждодневным нормативом на проверку скорости. Сдал – выжил. А если выжил, то двигайся дальше.
Глядя на его спокойствие, Ликс наконец смогла вдохнуть. Дрожь в руках потихоньку затихала, открывая дорогу любопытству.
Город внизу казался таким далеким, хотя девушка была готова поклясться, что они не поднялись по пожарной лестнице и на четыре этажа. Что-то не чистое с этим зданием клуба – он будто безразмерный и всегда для всех выглядит по-разному. В любом случае, отсюда открывался отличный вид на догарающий за горизонтом закат.
А еще было хорошо видно перевернутый город в небе.
Город, которого на самом деле не существовало.
Ян тем временем покопался в сумке и извлек из нее скетчбук. Ликс внутренне поперхнулась – внешне не смогла, в таком она была шоке.
Сложенный рисунок попкорна до сих пор лежал в кармане как талисман надежды когда-то поближе познакомиться с его художником.
«Вот же он, прямо перед тобой, Ликс Эванс. Удачного знакомства».
Ликс только и оставалось, что посмеяться над собой. И почему в ее жизни все складывается подобным образом?
Ян Ален всегда держался крыш. Он рисовал рассветное и закатное небо с видом на город, птиц. И людей.
Спешащих домой или по делам. Напряжённых и беззаботных, обычных, со своими простыми хлопотами.
Город снизу очаровывал и вдохновлял. Город сверху удостаивался только косого взгляда и появлялся на рисунках очень редко.
Ян Ален любил одиночество и тишину, которую оно дарило.
Однако теперь в его маленький тихий мир ворвался посторонний, который ничего об этой иллюзии спокойствия не знал.
Даже несмотря на распространяющуюся вокруг Алена угрожающую ауру, близость с ним давала странное ощущение защищённости. Тот факт, что вчера он, кажется, пытался ее убить, на какое-то мгновение ускользнул из поля зрения Ликс, вытесненный зачаровывающим профилем.
Изящная рука Яна плавно выводила на листе линии. Её уверенные движения успокаивали, создавали иллюзию, что всё в мире – легко и просто. Вот линия, вот вторая. Собрались в фигуру, заштриховались, стали единым целым. Если не стали, их стерли, вновь сделав лист белым.
Рука, на которую Ликс засмотрелась, протянулась в ее сторону, подставляя ладонь.
Её обладатель на нее не глядел – этот жест скорее наполняла безысходность. «Раз уж тебя на меня повесили, придется няньчиться» – буквально было написано на лице Алена, хотя на первый взгляд оно и не выражало никаких эмоций.
Ликс ничего не оставалось, кроме как ухватиться за эту приглашающую сесть рядом руку и взобраться на парапет.
– Так, откуда ты вообще взялась? – Ян вернулся к рисованию и добавил к городскому пейзажу летящую птицу.
Уже с первой его фразы Ликс поняла, что ничего хорошего от предстоящего разговора ожидать не стоит.
– Наверное, меня случайно подобрали, – только и оставалось ответить ей. Она и сама-то не знала, как это сложилось.
Кажется, Ян такое объяснение не оценил.
– М-м-м, – протянул он. – Какие планы на будущее?
– А под планами ты имеешь ввиду?…
– Ты нам не подходишь.
Сказал, как отрезал.
Не находись Ликс в десятках метрах над землей, она бы, наверное, постаралась настоять на том, что Ян не прав, да только толку от этого все равно бы было никакого. Она ведь и сама не считала, что в клубе найдется для нее место.
Так что получилось только задать вопрос – очень глупый и детский:
– Почему я вам не подхожу?
– У нас слишком опасная работа для взбитых сливок вроде тебя.
– Понятно, – Ликс улыбнулась. Она-то думала, что тут дело в личной неприязни, а всё оказалось гораздо проще.
Ален покачал головой. Заложив карандаш за ухо, он, наконец, перевел глаза с рисунка на Ликс.
Девушка сидела с низко опущенной головой и, похоже, была намерена прямо сейчас пуститься в бега, раз уж доставляет столько неудобств.
Случай, прямо скажем, безнадежный. И у этого случая, кстати, очень милые веснушки.
Почувствовав на себе взгляд, Ликс посмотрела на Яна. Ее поразительно-яркие глаза вдруг обожгли Алена светом.
Закат постепенно таял за горизонтом. Ветер переплетался с прядями волос.
Что прячется в этих зеркалах души? Какая история скрывается за нервно закушенной губой и в пальцах, комкающих ткань джинс?
Ян понятия не имел, как и не знал, зачем задается этими вопросами.
– Какая встреча. Чего вы тут? – вырвал его из размышлений голос Джерри.
Кой черт ее сюда принес?
Ян как-то уж очень тяжело вздохнул. Едва воцарившаяся вокруг него спокойная атмосфера вновь сгустилась, переплетаясь с нотками раздражения. «Черт» тоже обнаружился – Алекс стоял рядышком с Джерри.
Кот всегда знает, где найти его при необходимости – шутки, что причина этого в том, что они с Аленом в свое время выползли из одного мрачного ужастика, все еще были актуальны.
– Рин вчера удачно оказался под дверью, неужто не разболтал? – тон Яна звучал опасно спокойно. Ликс кожей чувствовала накаляющуюся атмосферу.
– Да разве из него хоть слово вытянешь, если не хочет говорить? Ты же знаешь, его можно в разведку отправлять работать. Ну, так что? – Фэй, кажется, очень любила забавляться с манерой Алена злиться по любому поводу.
Ян сделал жест, обведя шею пальцем:
– Ты что, не видишь это?
– Что? – Часовая сделала вид, что приглядывается. – Это что, невидимая петля?
Кот со скукой посмотрел на Ликс и немного удивился.
– Ага. Из красной нити, да еще и на бантик завязана.*
– Я имел ввиду ошейник. – Ян притворился, что не услышал в словах Алекса подкола.
– О! Так Снежик теперь сторожевой пёс? – восхитилась Джерри.
– Гав.
– Да какой из него пёс, – Алекс похлопал Яна по плечу. – Так, сторожевой хорёк. Хорьки не гавкают и ошейники не носят, но зато воруют птичек.
Фэй согласно закивала.
– Точно. Так что хватит тут крутого строить. Если встречаетесь, так и скажите.
Ликс залилась краской. Что в голове этой Часовой? Ален бросил на нее такой взгляд, что Ликс стало совершенно ясно – не будь сейчас рядом с горе-шутницей Кота, она бы уже доживала последние мгновения своей жизни. Что до самой Ликс, она не знала, как ее саму, сидящую на расстоянии вытянутой руки, еще не отправили считать этажи.
– Пора домой, – Ян бросил скетчбук в сумку и вновь поднял Ликс, теперь уже за шкирку, чтобы «вернуть туда, откуда взял».
И пока Ликс пыталась понять, откуда в изящных руках Алена столько силищи, ее уже схватили за запястье и потащили к ведущей в здание двери.
– Эй, Ян! – Фэй все не унималась. – Почему уходишь от ответа? Вот какие у тебя вкусы, оказывается?
Ликс почувствовала, как пальцы на ее запястье сжались сильнее. Но их обладатель, будто опомнившись, и вовсе их расслабил, позволив руке высвободиться, и предоставляя Ликс возможность самой семенить следом.
За спиной Ликс услышала голос все той же Часовой, обращающейся к Коту:
– Давай поставим на то, как быстро он скинет ее с крыши?
Ликс нервно сглотнула. Ян проскользнул в коридор и прошествовал к лифту. У Ликс же в голове всплыли не самые приятные воспоминания о поездке в этой же компании – безусловно, спускающиеся вниз темные ступеньки выглядели более приветливо.
– Прости, Ален. Но я на лифтах больше не езжу, – сказав так, Ликс схватилась за перила.
Ян кивнул. Но будто бы не ей, а своим мыслям.
Однако Ликс решила считать, что теперь может поступать, как хочет.
Она уже собиралась уйти, но все смотрела и смотрела на Яна, не в силах оторвать взгляда.
Странный. Необычный. Внушающий страх.
Красивый…
Даже несмотря на съедающие душу сомнения, Ликс чувствовала искреннее восхищение.
– Ален? – окрикнула его Ликс.
Ян немного удивленно поднял на нее свои яркие голубые глаза, и Ликс поняла, что обратной дороги уже не будет.
– Это же ты оставил мне зажигалку? – задала она вопрос, не дававший покоя еще со вчерашней ночи.
– Не понимаю, о чем ты, – ответ оказался холодным, как зимняя стужа.
"Да только на приложенной к подарку записке ведь был изображен хорек".
Ликс легонько улыбнулась своим мыслям.
Она уже успела пройти половину пролета, когда услышала за спиной тихий голос.
– Если хочешь считать, что это я, пусть так и будет.
Когда Ликс обернулась, Яна уже и след простыл.
Несмотря на все произошедшее за день, настроение поползло вверх, а душу охватило уже давно не посещавшее чувство – тепло. Легкое и неуверенное, возможно, капельку надуманное и преувеличенное.
Ян Ален. Что же он за человек?
Ликс успела только подумать, что нужно бы подсветить себе дорогу, как ее схватили чьи-то руки, и утащили в темноту.
«И по лестницам я теперь тоже не хожу».
Примечания автора:
*Красная нить, которая, по приданиям, опутывает двух влюблённых.