Zum Hörbuch
Каролина
Дамиан вырвал у меня карту и начал пристально ее изучать. Бурча себе под нос о том, что даже не успел ее расшифровать.
– Твою же мать… – он отшвырнул ошметки своего сокровища в сторону, откинулся на сиденье и устало закрыл глаза. – Ещё и не та часть…
Анхель тут же бросился за порванной картой, поднял ее с пола и потянулся к своим очкам. Его определенно не интересовала моя дальнейшая судьба.
Нервно кусая губы, я вглядывалась в лицо Дамиана, украшенное темной щетиной, и каждой клеточкой ощущала его злость. Пока я разглядывала небольшой шрам на его щеке и прямой островатый нос, Дамиан едва слышно начал считать. Вероятно, предпринимал последнюю попытку успокоиться, а у меня по телу пробежались мурашки. Его черные густые брови сходились все сильнее у переносицы, а ноздри раздувались все активнее. Казалось, что я нахожусь перед разъяренным львом, который готовится к смертельному нападению…
– Клянусь вам, это вышло случайно, – на его тихом «восемь» я не выдержала. – Ее порвал тот тип на вокзале! Я пыталась защитить вашу карту!
Глаза моего «льва» внезапно распахнулись. Пронзительный взгляд черных глаз мгновенно обжег, застав меня врасплох. Я замолчала и быстро прижалась к плечу Нэйтана, ища у него защиты и поддержки.
Пока Дамиан сверлил меня взглядом, я невольно задумалась о том, под какими сильными эмоциями находилась накануне.
Одно дело – от переживаний пропустить мимо ушей слова служанки, а другое – принять этого типа за аристократа! Да он же настоящий бандит!
– Простите, я на секундочку, – губы Дамиана скривились в притворно-милой улыбке, и он, как ошпаренный, выскочил из купе. Захлопнул дверь с такой силой, что мы с Нэйтом вздрогнули и переглянулись.
Не прошло и десяти секунд, как из коридора поезда послышались громкие неприличные ругательства. Дамиан не выбирал выражений, проклиная судьбу и оскорбляя какого-то Уго, да и мне тоже досталось…
После того, как он дважды окрестил меня «красивой, но безмозглой курицей», я не выдержала и уставилась на Анхеля де Банкса.
– Что такого важного было в той карте?!
– Не могу поверить… – шептал историк, бережно разглаживая порванную «драгоценность» на своих коленях. – Боже, как Дамиан вообще их нашел?!
– Вы о чем? – нахмурилась я, краем уха продолжая слушать гневные реплики Дамиана.
– Что было изображено на второй части карты? – поинтересовался историк, игнорируя мой вопрос. – На этом фрагменте нет конечной точки.
– Реки, горы… Там было много обозначений, но я ничего не поняла…
– И вам ничего не бросилось в глаза?
Я уставилась на Нэйта, подтолкнув его локтем в бок.
– Ты же заглядывал в карту… Неужели ничего не заметил?
– Нет, – ответил он, и в его голубых глазах загорелось молчаливое: «ты спятила?!».
Абсолютной гордостью Нэйтана, чем он любил похвалиться и, к слову, вполне заслуженно, была его феноменальная память. Он, конечно, не запоминал все с точностью до мелочей, но мог воспроизвести гораздо больше деталей, чем кто-либо из известных мне людей…
– Неужели совсем ничего? – печально вздохнул историк.
Я снова вопросительно уставилась на брата. Он тяжело вздохнул и, быстро оглянувшись на двери купе, негромко произнес:
– Голова Дракона. Она была изображена рядом с границей карты.
– Дракона?! – Анхеля, казалось, вот-вот хватит удар. В его светло-голубых глазах вспыхнуло восхищение, радость и… какое-то едва уловимое сумасшествие. – Я не могу поверить! Мы движемся в верном направлении!
– Не знаю, как вы, а вот мы с Кэр определенно движемся не туда, – заявил с ухмылкой Нэйтан. – Сколько еще до ближайшей станции?
– А что вас так обрадовало, Анхель? – я подалась вперёд, гонимая своим женским любопытством.
Да и к тому же, мне хотелось понять, насколько сильно я все испортила.
– Монсави – это древнее племя, чье название встречалось мне в старинных рукописях… – на лице историка отразилась довольная улыбка.
– Диких племен и сейчас в Альтангоре предостаточно, – заявила я, совсем не разделяя восторг своего собеседника.
– Нет, вы не понимаете, милая, – рука Анхеля легла на мою ладонь. – Это не современные резервации, к которым мы с вами привыкли. История племени Монсави начинается ещё с магических времен. В старинных записях они представлены, как «стражи Монсави». Они защищали самые важные драгоценности нашего мира.
– Драгоценности?! – в глазах Нэйтана вспыхнул неподдельный интерес, и он, подобно мне, мгновенно подался вперёд к историку.
– Самая главная драгоценность – книга Меир-нам, – с безумным благоговением в голосе произнес Анхель. – Магическая книга Альтангора.
– Меир-нам? – нахмурилась я, вспоминая уроки истории. – Но в учебниках пишут, что она была уничтожена, и именно это послужило причиной тому, что в нашем мире исчезла магия…
– Но, если Дамиан нашел древних стражей, тогда и книга возможно до сих пор существует? – в голубых глазах Анхеля зажегся радостный огонек. – Нам просто необходимо попасть на эти земли! Мы можем совершить открытие века!
– К черту вашу книгу, – отмахнулся Нэйтан. – Что там с головой Дракона и драгоценностями?
Анхель в тысячный раз разгладил на коленях рваную карту и указал пальцем на один из непонятных мне символов, разбросанных по всей карте.
– Это древний язык.
– Это каракули, – буркнул Нэйт, за что тут же получил от меня локтем в бок.
– Кажется, что символы – это части одного заклинания, но мне нужно еще немного времени, чтобы детальнее их изучить… И, если вы не ошиблись, и в недостающей части карты действительно изображена голова Дракона, значит… – Анхель замолчал и снова уставился в карту.
– Не ошиблись! – Нэйт от нетерпения заерзал на сиденье. – Она точно там была.
– Тогда смею предположить, что это карта к пещере Золотого дракона.
– Что?! – Нэйтан взвизгнул и подскочил на сиденье. – Той самой, о которой ходят легенды?! Пещера, сделанная из чистого золота?
– Именно, – историк расплылся в улыбке.
– Это же… Ух!
Я с непониманием посмотрела на брата, который от избытка адреналина вскочил на ноги, но тут же сел обратно. Места для проявления его бурных эмоций в купе не хватало.
– Кэр, мы не едем к Аластору! – заявил он. – Мы отправляемся за сокровищами!
– Ты совсем спятил?! – я покрутила пальцем у виска. – Дядя обдерет нас до нитки! У нас нет времени!
– Аластор сдерет с меня шкуру, если узнает, что я проиграл все свои деньги… Ты хочешь моей смерти?
– Погодите вы! – одернул нас историк. – Споры сейчас ни к чему… У нас нет второй части карты, поэтому, увы, добраться до пещеры никак не получится…
– Да все у нас получится! Я могу точно показать, где находился этот дракон! – не унимался Нэйт.
– Вы сможете нарисовать карту?!
– Нет смысла рисовать, когда эскиз уже готов, – Нэйтан схватил меня за руку, задирая длинный рукав моего платья. – Родимое пятно Кэр очень похоже на эту карту, только без обозначений.
– Ты совсем с ума сошел?! – рявкнула я, решив, что историк со своими сказками окончательно запудрил мозги моему брату.
– Вот здесь находился дракон, – заявил горделиво Нэйтан, указав пальцем на край моего большого родимого пятна, что доходило почти до сгиба локтя. – А вот тут протекала река…
Анхель замолк.
Дважды поправил свои очки, пока переводил свой взгляд с карты на мою руку.
– Быть этого не может, – заявил он и полез в карман своих брюк за носовым платком.
– Да у меня с памятью проблем нет, – похвалился Нэйт. – Каролина, скажи ему… Я хорошо запоминаю детали…
– Дамиан! Боже! Дамиан, идите быстрее сюда! – закричал Анхель, нервно промокая свой лоб платком.
Дверь в купе открылась моментально. На меня уставились черные глаза Дамиана, и я резко отдернула руку. Поспешила спрятать под длинный рукав свое уродливое родимое пятно.
– У нас есть карта! – заголосил радостно историк.
– Будьте точнее, Анхель, – голос Дамиана звучал раздражённо. – У нас есть только половина карты…
– Да нет же! Родимое пятно Каролины в точности повторяет изображение карты!
Дамиан сощурился – и я спрятала руку за спину. Он выхватил у историка половину карты и двинулся ко мне – а я испуганно вжалась в угол купе.
Да они все сумасшедшие!
Не говоря ни слова, Дамиан вытащил мою руку и поднял повыше рукав платья. Я не посмела возразить. По крайней мере, не сейчас, когда у него в глазах горит жажда убийства.
Он приложил карту к моему родимому пятну, и мои глаза округлились… Границы карты в точности повторяли очертания моего родимого пятна…
– Это все ошибка! Простая случайность! – запаниковала я, когда увидела, что губы Дамиана медленно расползаются в улыбке. – Нэйтан, скажи им! Это пятно у меня с детства и не имеет никакого отношения к вашей дурацкой карте!
Я с надеждой взглянула на брата, который был поражен полным сходством с картой не меньше моего. Вероятно, он и сам не подозревал, что его «эскиз» настолько точен…
Дамиан плюхнулся на сиденье напротив. С интересом осмотрел меня с ног до головы, продемонстрировав свою широкую улыбку и ямочки на небритых щеках, и громко заявил:
– Кажется, ты влипла, детка…
Охотник за сокровищами.
Историк, коллекционер.
Каролина
Умная женщина всегда знает, когда надо притвориться глупой дурочкой. Этому меня научила одна веселая вдова, что много лет назад проживала с нами по соседству, и у которой я любила проводить все свое свободное время. Братья сами частенько отправляли меня к сеньорите Модди, решив, что ее женское общество на меня плодотворно повлияет… Оно, действительно, повлияло. Я научилась о-очень многому. Правда, не совсем тому, на что рассчитывали мои братья.
– Каролина, вы меня слышите? – спросил историк, и я перевела на него растерянный взгляд.
– Что?
– Ваши родители… Кем они были?
Я прокашлялась. Черта с два я скажу этим сумасшедшим хоть слово. Надо выждать немного и сбежать от них при первой же остановке поезда.
– О, Боже, – я оперлась спиной на сиденье и приложила ладонь ко лбу. – Мне дурно… Воды…
Я театрально «потеряла сознание» и упала в сторону Нэйтана. Он подхватил меня на руки и прижал к своей груди.
– Каролина! – всполошился Нэйт.
Мне едва хватило сил, чтобы сдержать улыбку. Он столько лет был свидетелем этих представлений, но до сих пор являлся единственным из братьев, кто каждый раз в них искренне верил.
– Я за водой! – оживился Анхель. – Бедняжка, наверное, сильно переволновалась!
– Угу, – буркнул Дамиан, чей взгляд я ощущала каждой клеточкой.
Вот же… черноглазый дикарь. Хоть бы пальцем пошевелил. Никакого сочувствия к слабой женщине.
Хотя, о чем это я? Сейчас он видит во мне не женщину, а свою драгоценную карту.
Проклятые параноики…
Неужели они не понимают, что это простая случайность?! Совпадение.
– Итак, Нэйтан… – раздался громкий голос Дамиана. – Раз ваша сестра временно «отдыхает», возможно, вы просветите меня, откуда у Каролины это родимое пятно? Когда оно появилось? Расскажите мне о вашей семье.
– Вчера в гостинице у нее бы и спросили, – съязвил Нэйтан. – А, я совсем забыл… Вас же не интересовало, кто она…
Я мысленно поаплодировала Нэйтану. А у него все же есть капелька смелости в крови.
– Знаете, Дамиан, – продолжал Нэйт. – Совсем недавно я вернулся из путешествия. Был в одном небольшом городке, где на каждом углу рассказывали жуткие истории о том, как незнакомые девицы сами предлагают себя мужчинам. Те на радостях соглашаются, а со временем у них нос отваливается… Да и не только нос.
Я замерла.
Что он несёт?! «Благой» порыв Нэйта я понимала, но его слова выглядели как…
– Вы предупреждаете меня, что ваша сестра больна, и к ней под юбку лучше не заглядывать? – в голосе Дамиана звучал смех. – Что ж… Приму к сведению. Мне не хочется помимо карты и своих вещей лишиться ещё какой-нибудь части тела…
Я почувствовала, как запылало мое лицо. Но не от стыда, а от злости.
– Идиоты, – не выдержала я и, оттолкнувшись от груди брата, прижалась обратно к окну. – Чтоб у вас у двоих язык отвалился.
– Я не это имел в виду! – запротестовал Нэйтан.
– С пробуждением, Каролина, – подтрунивал надо мной Дамиан, всем своим видом демонстрируя, что ни на секунду не поверил в мой спектакль. – И с чудесным исцелением… Я смотрю, вам стало гораздо лучше? Румянец появился.
Я поджала губы и уставилась на проносящиеся мимо пейзажи. Решила, что все равно ни слова не скажу. Пусть катятся к чертям. Я в этом спектакле сумасшествия участвовать не собираюсь.
– Я жду ответ на свой вопрос, – не унимался этот дикарь.
– Родимое пятно у Каролины было с самого рождения, – ответил вместо меня Нэйтан, решив, вероятно, таким образом сгладить напряженную обстановку в нашем душном купе.
– А ваша семья?
– Мама погибла уже давно, а отец пропал четырнадцать лет назад…
Когда Нэйтан начал свой рассказ о родителях, я напряглась. И хоть слышала эти разговоры от братьев неоднократно, в груди до сих пор странно щемило…
Маму я помнила плохо.
Но, как говорит Аластор: «смерть мамы – это роковое стечение обстоятельств».
Это случилось в мой день рождения. Мне исполнялось пять лет, и в столицу приехал с гастролями популярный во всем Альтангоре цирк. Отец повез меня и братьев на представление, а мама осталась дома заниматься подготовкой к празднику.
Когда мы вернулись, дом был ограблен. Неподвижное тело мамы мы нашли у лестницы, а тела двух служанок в гостиной. Вероятно, грабители решили, что вся семья отбыла из дома, и они не встретят препятствий на своем пути.
Сколько раз я прокручивала в голове все возможные развития событий, если бы мама отправилась с нами в цирк! Всего одно решение могло спасти ей жизнь…
Отец долго горевал. Часто уезжал из дома на несколько месяцев, оставляя нас под присмотром нашего управляющего…
Именно в это время, вероятно, папа и написал эту проклятую бумагу, где говорилось, что в случае его смерти Ивур Лоури становится нашим опекуном и будет иметь доступ к счетам семьи.
Неужели отец не понимал, какой у него младший брат? Хотя…
Я усмехнулась и взглянула на яро жестикулирующего Нэйтана, полностью погруженного в свой рассказ.
Нэйт был очень похож на отца. И не только внешне.
Папа тоже был очень общительным, беспечным, немного безответственным и смешным. Любил приключения и всегда их находил.
Возможно, именно по этой причине Аластор ещё не прибил Нэйтана и стойко выдерживал все его «сюрпризы».
– Вот вода, – Анхель появился в дверях купе. – Ой, Каролина, вы уже пришли в себя!
– Спасибо вам, Анхель, – я все же приняла из рук историка стакан воды, радуясь тому, что хоть кто-то проявил заботу и галантность.
– А папа… – продолжал трещать Нэйт. – В один прекрасный день он взял урну с прахом мамы и сообщил нам, что вернётся через неделю. Но… больше мы его не видели. Мой старший брат нанимал лучших сыщиков, которые искали его по всему Альтангору, но все без толку.
– Но таких совпадений не бывает! Я уверен, что родимое пятно Каролины – это карта! – оживился Анхель, и я взяла назад свои мысли о его заботе и вежливости.
Судя по его осведомленности в отношении моей семьи, воду он добыл уже давно, а вот принести мне её не спешил. Стоял и слушал под дверью купе.
– Я так не считаю, – заявила я и сделала небольшой глоток воды. – Поэтому мы с братом покинем вашу «приятную» компанию на первой же остановке.
Пока Дамиан сверлил меня заинтересованным взглядом, Анхель продолжал убивать мое терпение, внося предположение за предположением.
– А что, если карта проявляется по типу всех артефактов? Есть какое-то заклинание, способное проявить ее?
– Заклинаний я нигде не видел, – Дамиан широко улыбнулся и своим оценивающим взглядом снова напомнил мне о том, что видел меня без одежды. – Я имел удовольствие это проверить.
Нэйтан смущённо кашлянул, а я в ответ на его реплику гордо вскинула подбородок и «мило» улыбнулась.
– Вы же не женаты, Дамиан?
– Нет.
– Возможно, это потому, что вы не знаете, что делать с женщиной в постели, и поэтому изучаете их на наличие выдуманных карт и символов?
Историк прокашлялся, Нэйтан хохотнул, а Дамиан… Он дважды придушил меня взглядом.
– Значит, так, – заявил он раздражённо. – Ты, красотка, отправляешься с нами в земли Монсави. Если карта на твоей руке там не проявится – ты свободна.
– Я никуда с вами не поеду.
– Думаешь, я в восторге от этой затеи? – Дамиан ухмыльнулся. – Но у тебя выбора нет… Как и у меня.
Каролина
Мои надежды на побег с первой остановкой поезда с треском провалились.
Чтобы немного отстраниться от своих попутчиков, я закрыла глаза, долго прислушивалась к негромким мужским разговорам, к монотонному стуку колес поезда и… незаметно для себя уснула.
В чувство меня привел Нэйтан, что бережно дотронулся до моего плеча и с лучезарной улыбкой сообщил, что поезд уже прибыл в Саартан.
Я растерянно проморгалась и нахмурившись взглянула на брата, что продолжил болтать с Дамианом. Этот дикарь с улыбкой рассказывал о своих приключениях, пока Нэйтан не переставая засыпал его вопросами. Напряженность между ними сошла на нет. Они казались старыми друзьями, которые не виделись много лет и теперь наперебой рассказывали друг другу новости.
Я бросила недовольный взгляд на Дамиана. Да уж… Кажется, я «проспала» не только шанс на побег, но и поддержку брата.
Мой сонный взгляд задержался на Анхеле де Банксе. Историк, вооруженный стопкой обшарпанных книг и половиной карты, сидел отстраненно и был полностью погружен в работу.
– Выбираемся, – заявил Дамиан, когда поезд наконец остановился. – Сейчас нам необходимо купить лошадей и снять номера в гостинице. Завтра на рассвете мы отправимся в путь.
– Мне нужно купить вещи. Нэйтан потерял мой саквояж на вокзале.
В первую минуту мне показалось, что Дамиан специально проигнорировал мои слова.
Но когда мы выбрались из поезда и оказались на небольшом деревянном перроне, он склонился к моему уху и все же заговорил:
– Не надейся, что я буду таскать за собой ворох твоих платьев, Каролина. Увы, отстреливаться от преследователей пуговицами от женских корсажей – плохая идея.
– Мне жарко в этом черном наряде, – я стиснула зубы от злости и вытерла рукой вспотевший от жары лоб. – И если тебе так не хочется таскать мои платья, тогда может вообще не стоит брать меня в эти земли?
Дамиан не ответил.
Развернулся ко мне спиной и упер руки в свои подтянутые бока, осматриваясь по сторонам.
– Контингент в Саартане буйный, – предупредил он, – поэтому смотрите в оба.
Я окинула взглядом виднеющиеся крыши двухэтажных деревянных зданий, полупустой перрон и маленькую девчушку, что радостно прыгала возле своей матери, сидящей на узкой скамейке.
– Действительно, «буйный», – заключила я, за что тут же была награждена строгим взглядом Дамиана.
– Я предупредил, – он повёл плечом и ухмыльнулся. – В Саартане всего один магазин, где можно купить одежду. Поэтому вы с Анхелем можете отправляться за своими тряпками и выбрать что-то более подходящее для путешествий, а мы с Нэйтаном заглянем в местную конюшню. Ждите нас у магазина.
Я уставилась на брата.
Он с воодушевлением подбрасывал в воздух маленький камешек, что поднял с земли, и всем своим видом показывал, что его вполне устраивает такой порядок вещей.
– Эм-м… Обычно Нэйт помогает мне с выбором платьев, – я с надеждой уставилась на брата, надеясь, что он поймет мой намек.
– Я? – камень выскользнул из его рук и с глухим стуком упал на деревянный настил перрона.
– Да, – процедила сквозь зубы. – К тому же нам необходимо заглянуть на местную почтовую станцию и отправить письмо Аластору.
Я искоса взглянула в сторону Дамиана, что копошился в своей походной сумке из старой грубой кожи.
– Мы с Нэйтом заглянем туда. Он отправит письмо, – с готовностью объявил Дамиан, звеня монетами. – Анхель, мне необходимо ещё двадцать лир, чтобы купить четыре лошади.
Историк поспешил к этому невыносимому «командиру», а я злобно посмотрела на Нэйта.
Жестами попыталась ему объяснить, что он должен пойти со мной, и что нам побыстрее надо удирать от этой сумасшедшей парочки.
«Сейчас?», – прочитала я по его губам.
Я утвердительно кивнула и чуть не заорала от злости, когда Нэйт отрицательно замотал головой. Когда он кинулся изображать руками раскрывающуюся пасть дракона и вырывающийся оттуда огонь – я закатила глаза. А на моменте, когда он театрально продемонстрировал, что на него посыплется дождь из золота – я покрутила пальцем у виска.
– Наговорились? – в голосе Дамиана звучала насмешка, и я перевела на него растерянный взгляд.
Анхель так и замер со своим толстым кошельком в руках и, подобно Дамиану, наблюдал за нашим молчаливым «спором» с Нэйтом.
– Предатель, – рявкнула я и зашагала вперёд. – Тебе сокровище дороже родной сестры.
– Я это делаю на благо всей семьи! – крикнул мне вслед Нэйт. – И ради твоего, между прочим, тоже! Я смогу купить тебе все, что ты захочешь!
– Я хочу, чтобы ты купил себе новые мозги, Нэйтан!
Сжимая кулаки, я злобно вышагивала по перрону. Но достигнув конца настила, застопорилась. Потому что понятия не имела, где в этом проклятом городке находится магазин одежды.
Вдыхая запах раскаленных жарой рельс и тяжёлый «дух» мазута, я устремила свой грустный взгляд на покрытые скудной растительностью скалы, что окружали этот городок.
Широкая улица, проходившая возле станции, утопала в пыли из-за тяжелых груженых повозок и одиноких, но быстрых всадников.
– Пошли, – мимо меня прошел Дамиан и спрыгнул с настила.
– К-куда? – я на миг растерялась и испуганно оглянулась, понимая, что не готова отправляться по магазинам в его компании.
– В магазин, – объявил Нэйтан, поравнявшись со мной. – Мы решили, что сперва отведем вас с Анхелем, а потом уже займемся с Дамианом делами.
– М-м-м… с Дамианом, – оскалилась я. – Нашел нового друга, Нэйт?
– Кэр, прекрати. Он кажется вполне нормальным…
– Вот именно, что только кажется…
– Почему-то вчера вечером в гостинице ты тоже посчитала его нормальным.
– Тогда меня не называли «картой» и не тащили против воли в дикие земли.
Я спустилась с перрона и зашагала вперёд, сверля недовольным взглядом спину Дамиана.
Мало того, что он решил тащить меня черт знает куда… Так ещё и Нэйтану голову запудрил, лишив меня поддержки.
Ведь отправиться к Аластору одной было слишком рискованно…
– Вы бывали в Саартане, Каролина? – поинтересовался Анхель.
– Нет, – буркнула негромко, разглядывая дощатые двух- и трехэтажные домики, что тянулись с обеих сторон вдоль дороги.
Выглядели они, мягко говоря, не очень. Растрескавшаяся и местами облезлая краска на фасадах, мутные, покрытые пылью небольшие окошки.
Несмотря на то, что солнце только клонилось к закату, вся улица утопала в звуках музыки и пьяных воплях.
Нэйтан сразу же оживился и с интересом взглянул в сторону здания с огромной вывеской «Салун Свэйр».
– Только попробуй отправиться в этот бедлам, Нэйт, – предупредила я и поправила вырез платья, в котором спрятала свой маленький кошелек.
– Мне кажется, это вполне приличное заведение, Кэр…
Не успел Нэйтан договорить, как двойные двери салуна распахнулись, и оттуда вышвырнули в стельку пьяного типа в порванной синей рубахе.
Он приземлился на дорогу прямо перед нами, заставив остановиться.
– Я пристрелю вас! – прорычал он и, уткнувшись носом в пыльную, утрамбованную песком землю, захрапел.
Нэйтан смущённо улыбнулся и пожал плечами.
Мол, с кем не бывает.
– Только ступи на порог этого заведения – и я тебя убью, – снова предупредила я.
– О, а вот и магазин! – Нэйтан мастерски перевел тему разговора и поспешил к Анхелю и Дамиану, что остановились у двухэтажного домика, покрытого красной потрескавшейся краской.
Несмотря на свои планы, Дамиан в конюшню не отправился. Заявил, что это совсем небезопасный городок и все же нам лучше держаться вместе.
А мне хотелось хоть немного отдохнуть от его пронзительного взгляда. Заинтересованность, симпатия и лёгкое раздражение – все это можно было увидеть в его черных глазах.
– Конечно, сейчас Саартану грозит опасность. Ведь сюда Каролина приехала, – веселился Нэйт, бродя со мной по женскому отделу и примеряя женские шляпки. – Не удивлюсь, что к вечеру она сожжёт в городке все салуны…
Я замерла возле вешалок с одеждой и бросила на брата убийственный взгляд.
– Может, вы все-таки в конюшню отправитесь? Поход по магазинам должен успокаивать нервы женщине, а не раздражать… А вы оба отчего-то очень сильно действуете мне на нервы. Мы с Анхелем сами справимся.
Дамиан нахмурился и выглянул в окно. Осмотрел улицу и все же нехотя, но двинулся на выход.
– У вас есть двадцать минут, – объявил он.
– Этого мало! – возмутилась вслед.
– Значит, пятнадцать!
Дверь закрылась, и я хмуро посмотрела на Анхеля, что держал в руках уже семь цветных лёгких рубашек.
– Правильно говорила вдова Модди: хочешь быть счастливой – держись подальше от мужчин…