Zum Hörbuch
В "Отступлении" описывается то, что происходило с Варей до того, как она попала к Макарову. То есть, то, с чего все началось. (В данном отступлении рассказывается о том, что произошло за два месяца до того, как Варя попала к Макарову).
– Ляг! Отдохни и послушай, что я скажу! Я терпел, но сегодня я ухожу! – громко напевала Варя, лежа на траве в безлюдном парке. Притоптывая ногой в такт музыке, она щурилась из-за яркого солнца и движениями рук имитировала игру на гитаре. Со стороны она выглядела, как девушка, очень сильно увлекшаяся песней, играющей в ее наушниках, но радостной Варя точно не казалась. Голос пропитался нервозностью и в голове поселилось смятение. – Я сказал, успокойся и рот закрой. Вот и все, до свидания. Черт с тобой! Я на тебе, как на войне, а на войне, как на тебе! Но я устал. Окончен бой. Беру портвейн! Иду домой! – девушка совершенно не попадала в ритм музыки и отдельные слова вовсе завывала, но Варю это не волновало. Слишком многое она держала в себе и сейчас хотела хоть немного расслабиться, совершенно не заботясь о том, как выглядела со стороны.
Внезапно легшая на девушку тень, отвлекла Варю и она, сняв наушники, села, быстро поправив пальцами смятую одежду. Окунувшись в собственные мысли, она успела позабыть о том, что в этом мире существовал еще кто-то помимо нее, поэтому на подошедшую к ней подругу, посмотрела растерянно. Увидеть тут Нину, Варя не ожидала.
– Ты ужасно поешь, – фыркнула Нина, опускаясь на траву рядом с девушкой. Высокая и фигуристая блондинка с миловидными чертами лица. Одета она была в джинсы, блузку черного цвета и пиджак. Нина всегда мерзла, поэтому даже в самую сильную жару носила пиджак или легкую кофту. – Я твои крики услышала еще при входе в парк. Не удивлюсь, если окажется, что тут нет людей потому, что ты распугала их своим пением.
– Кто бы говорил, – Варя улыбнулась, стараясь убрать с лица вымученность. Теперь, когда она потеряла свою уединенность, тут же скрыла в себе эмоции, которые считала слишком личными. – Я знаю, что певица с меня паршивая. Но ты все не смиришься с тем, что твои танцы ужасны, – они дружили еще с первого курса, поэтому подобные колкости не казались обидными. Наоборот, они разряжали обстановку и расслабляли. Лишь близкие подруги могли так спокойно подшучивать друг над другом.
– Ты опять пропускаешь пары, – сказала Нина, проигнорировав замечание Вари. Девушка с укоризной посмотрела на свою подругу, которая вновь легла на траву, стараясь поудобнее умоститься на не совсем ровной местности.
– Ты тоже их пропускаешь, – Варя беззаботно пожала плечами, посмотрев на наручные часы. У них как раз должна была идти вторая пара.
– Я их пропускаю только потому, что хожу и ищу тебя, – Нина прищурила взгляд и постаралась предать своему голосу больше строгости. – Я понимаю, что ты прекрасно сдашь сессию, при этом, не посетив ни одной пары, но ты доиграешься и преподаватели обозлятся на тебя, – девушка понадеялась запугать свою подругу и вразумить ее. Большинство преподавателей любили Варю и шли ей на уступки, но вечно так длиться не могло.
– Ну и ладно, – Варя завозилась, укладывая рюкзак с книгами под голову. – Думаю, что будет не так уж и плохо, если меня все же выгонят из университета. Устроюсь на нормальную работу, а не буду перебиваться подработками, – девушка поздно спохватилась, поняв, что этих слов ей не нужно было говорить. Сейчас настал тот момент, когда Варе нужно было выбирать между учебой и постоянной работой. А поскольку она понимала, что и без диплома сможет нормально жить, ее выбор склонялся ко второму варианту. Сильная нужда в деньгах неминуемо давила, не давая нормально учиться. Она меняла мировоззрение и перечеркивало то, к чему Варя раньше стремилась. Пусть решение о том, чтобы бросить институт было не легким и мучительным, но это был ее выбор и девушка не хотела, чтобы Нина пыталась ее переубедить.
– Что ты такое говоришь? – Нина удивленно приподняла брови и округлила глаза. – Варя, у тебя сейчас самые лучшие оценки среди нашего потока. У тебя же такие перспективы… – Нина собиралась сказать много поучительных фраз девушке, но резко замолчала. Тяжело вздохнув, она опустила голову и сжала в ладони лямку от своей сумки. – Все так плохо с твоей мамой? Может, я могу помочь чем-нибудь?
Варя на несколько секунд затихла, кажется, переставая дышать. Она чувствовала, что предстоящий разговор будет не самым приятным и желала его избежать.
Маргарита, мама Вари, уже долгое время лежала в больнице. На протяжении последних двух лет, ее состояние постепенно ухудшалось, но ни один врач не мог понять, что с ней. Много симптомов, которые могли бы подойти под некоторые болезни, но анализы доказывали, что все предположения неверные. Сейчас Маргарита весила сорок три килограмма, при своих привычных семидесяти и уже не могла ходить, а врачи продолжали разводить руками.
Смотря на свою маму, Варя чувствовала, как под ее ногами земля шла трещинами, грозясь в любой момент проломиться и поглотить девушку в пучине отчаяния. Варя все еще была такая же радостная, веселая и неунывающая, но то, что девушка стала пропускать пары, хотя учебу обожала, стало очень сильно настораживать Нину. Варя многое не рассказывала своей подруге и та не знала, что девушка снимала однокомнатную квартиру не потому, что хотела пожить одна. Сережа, старший брат Вари, мягко выставил ее из их трешки, объясняя это тем, что он собирался жениться и всем им будет тесно в одной квартире. Нужно же место и для будущего ребенка. Видно, Сережа уже не верил в то, что Маргарита выздоровеет и сможет вернуться домой.
Варя часто ссорилась со своим братом из-за того, что он не давал денег на лечение Маргариты. Эгоизм Сережи просто убивал девушку, ведь она не могла понять, как можно с таким безразличием относиться к собственной маме. Это в голове не укладывалось. Сама же женщина об этой ситуации не знала. Она уже плохо соображала и часто не могла прийти в себя, поэтому Варя не видела смысла волновать маму, известием о разногласии между ее детьми. Да пусть Сережа подавится этой квартирой. Главное, чтобы мама выздоровела.
– Если хочешь мне помочь, приходи сегодня вечером ко мне, – сказала Варя, перевернувшись на живот. Она подперла рукой голову и задумчиво посмотрела на скамейки. Обычно на них спали бездомные, но сейчас скамейки пустовали. – Поможешь мне разобрать вещи. Я хочу продать кое-какую одежду. У меня ее слишком много и мне бы стоило освободить место в шкафу.
Варя всегда была эффектной и красивой девушкой. Подрабатывая фрилансом и получая хорошую стипендию, она могла позволить себе дорогую одежду и качественную косметику. Благодаря этому, всяких женских радостей, у девушки накопилось не мало. Но, в последний год, все деньги уходили на лечение мамы. Теперь же и их не хватало. Временами было нечем платить на квартиру и приходилось считать копейки при покупке еды. Постоянные размышления о том, как сэкономить, нагнетали. Поэтому Варя стала продавать свою одежду, в надежде получить еще немного наличных.
Косметику девушка уже давно не покупала и стала носить лишь потрепанные временем и несуразные предметы своего гардероба. То, что продать не было возможности. Именно из-за этого и постоянной усталости смешанной с бесконечными переживаниями, Варя стала казаться простоватой. Но разве имеет значение внешний вид, когда самый близкий человек находится на волосок от смерти?
– Без проблем, – Нина ободряюще похлопала подругу по плечу. – Заодно прихвачу с собой бутылку вина. Поболтаем и послушаем музыку. Только, пожалуйста, не нужно петь. Я этого не переживу.
– Почему же? – Варя хитро улыбнулась и, вскочив с места, начала напевать, забавно пританцовывая: – Я на тебе, как на войне, а на войне, как на тебе! Но я устал! Окончен бой. Беру портвейн, иду домой!
– Прекрати, – Нина засмеялась и, достав с сумки тетрадь, вырвала чистый лист, после чего смяла его и бросила в Варю. – Я не могу это слушать. Имей совесть и не порти песню.
– Окончен бой, зачах огонь и не осталось ничего, – Варя весело фыркнула уклоняясь от скомканного листа, но петь не перестала. Посмеиваясь над подругой, она специально искажая свой голос и делая его еще более писклявым. – А мы живем, а нам с тобою повезло на зло!
– О, Боже, мои уши, – Нина театрально сморщилась и закрыла уши руками. – Из них сейчас пойдет кровь. Перестань петь, иначе я…
– Что ты мне сделаешь? – Варя с вызовом посмотрела подругу, разводя руки в стороны.
– Сейчас увидишь, – Нина сорвалась с места, собираясь рукой закрыть рот подруги, но Варя прекрасно понимая, что Нина собиралась сделать, со всех ног побежала прочь, перепрыгивая, через узкую клумбу.
– Сначала догони меня, – крикнула Варя, убегая и, продолжая петь с несвойственной этой песне радостью. – Ляг! Отдохни и послушай, что я…
На улице было жарко и душно, но Варя с Ниной некоторое время бегали по парку, совершенно не обращая внимания на палящие лучи солнца. Нина шутливо угрожала девушке, прося перестать петь, а Варя радовалась тому, что ей удалось отвлечь внимание Нины и избежать нежелательного разговора. Девушка ничем помочь не могла и Варя не хотела, чтобы ее подруга просто так волновалась. Нина и так была чрезмерно впечатлительной.
***
Сидя на подоконнике в коридоре университета, Варя листала книгу, скользя взглядом по многочисленным строчкам. Девушка неспешно ела соломку и болтала ногами, постукивая резиновой подошвой кед о стену. Кроме Вари в коридоре больше никого не было, поскольку прошла только половина пары и все остальные студенты находились в аудиториях. Саму Варю из аудитории выгнали. Она задавала преподавателю много вопросов, ответы на которые не могла найти в учебнике, но, судя по всему, мужчина ответов тоже не знал и, чтобы не ударить лицом в грязь, сказал, что вопросы Вари не корректные и глупые. После этого между девушкой и преподавателем возникла сильная ссора и мужчина грубо выпроводил девушку из аудитории. Впрочем, Варю это не расстроило. Она и так собиралась уходить из университета, поэтому конфликт с нервным преподавателем и его угрозы по поводу не сдачи его предмета на сессии пережить как-то могла.
Звонкое постукивания каблуков по полу, эхом пронеслось по коридору и Варя подняла голову, привлеченная этим звуком. Только, увидев, что к ней шла Алиса, девушка скривилась, вновь опуская взгляд и делая вид, что ее очень увлекла книга.
– Варя, нам нужно поговорить, – Алиса подошла к девушке и замахала рукой перед ее лицом, тем самым привлекая к себе внимание.
Алиса, как всегда, была одета вызывающе. Короткое платье персикового цвета и туфли на высоком каблуке. Накладные ресницы, губы накрашенные красным цветом и слишком темные тени на веках. Так наряжаются в ночной клуб, а не в университет. Но, судя по всему, для этой девушки разницы не было. Она всеми силами пыталась привлечь к себе мужское внимание из-за чего, нормы поведения и внешнего вида, ее не касались. Глупая, заносчивая и самовлюбленная. Как же Варю злила схожесть во внешности с этой девушкой и неимоверно раздражало то, что их постоянно путали.
– Я сейчас очень занята, – пробормотала Варя, делая вид, что ее очень сильно заинтересовала одна из страниц книги. – Подойди позже. Возможно, я освобожусь… хм… никогда. Для тебя, Алиса, я никогда не освобожусь, поэтому, пожалуйста, уйди.
– Я не уйду, – Алиса качнула головой, тонкими пальчиками пригладив аккуратную прическу и ближе подошла к Варе. – Я понимаю, что у нас раньше были некоторые разногласия…
– Разногласия? – возмущенно переспросила Варя, все же поднимая взгляд на девушку. – Да ты об мое лицо сигарету тушила, пока твои пьяные подруги держали меня. Это называется «разногласием»?
– Я об этом сожалею, – Алиса постаралась сделать виноватый вид, но получалось у нее плохо. Своей вины она точно не чувствовала и о содеянном не сожалела. – И я сейчас хочу наладить между нами отношения. Все же мы сестры и нам бы строило хотя бы попытаться найти общий язык.
Варя вновь скривилась, впиваясь пальцами в обложку учебника. Свое кровное родство с Алисой она презирала и эта жгучая ненависть друг к другу у них была обоюдной. Девушки всячески скрывали то, что они были сестрами и старались делать вид, что являются совершенно чужими людьми друг другу, но схожесть во внешности делала свое дело и, даже несмотря на разные фамилии, часто возникали шутки и предположения, что Варя и Алиса являются чуть ли не близняшками. Но это было не так. Алиса старше Вари на четыре года и в одной группе они оказались лишь по чистой случайности. Варя поступила в желанный университет с первой попытки. Алисе удалось это с четвертого раза и то лишь благодаря какому-то знакомству и огромному количеству взяток. Кто же знал, что они вдвоем хотели попасть на один факультет?
Варя была дочерью любовницы, отца Алисы. Григорий Радионов когда-то давно, имея жену и маленькую дочь, завел любовницу, которой постоянно лгал о том, что он свободный мужчина. Маргарита узнала правду о своем любимом лишь, когда была уже на пятом месяце беременности. Разразился скандал, но он закончился тем, что Григорий сохранил свою семью, а от Маргариты отстранился. Так женщина осталась одна с двумя детьми. Подросшим сыном от первого брака и маленькой Варей.
Варя знала, кто ее отец и была осведомлена о наличии у себя сестры. Девушки жили в одном районе и даже иногда сталкивались на улицах, но стойко игнорировали друг друга. Поэтому, попасть в одну группу, даже не смотря на разницу в возрасте, было для обоих жутко неприятно. Злой рок судьбы свел вместе людей, которые так сильно пытались избегать друг друга.
Алиса что-то говорила, активно жестикулируя руками, а Варя смотрела на нее немигающим взглядом, пропуская все слова девушки мимо ушей и размышляя о своем. Бывают же у людей хорошие и дружные семьи. Все друг о друге заботятся и всячески поддерживают. Родственники собираются вместе по праздникам и стараются не терять связь между собой. Варя хотела бы себе такую семью и родственников. Наверное, и жизнь тогда казалась бы легче, ведь поддержка родни многое значит. Но вместо крепкой семьи у нее был брат эгоист, сестра лицемерка и отец, который старался делать вид, что Вари вовсе не существовало.
Временами, когда отношения с Сережей и Алисой у Вари особо сильно накалялись и она ловила на себе неприязный взгляд своего отца, с которым случайно сталкивалась где-то на улице, девушке хотелось бросить все к чертям и уехать прочь, чтобы оставить позади всю эту родню. Начать новую жизнь без бесконечной нервотрепки и ссор. Тогда бы на девушку больше ничего не давило и дни казались бы светлее, ведь, как бы она не игнорировала конфликты с родней, они все равно ранили девушку. Но Варю держала мама. Единственный дорогой и безмерно любимый человек.
– … мне нужна твоя помощь, – Варя прослушала все ранее сказанные слова Алисы, но эти четко уловила. Удивленно приподняв брови, она несколько раз быстро моргнула и посмотрела на Алису, пытаясь понять не послышалась ли ей эта фраза.
– Мне не послышалось? Ты хочешь, чтобы я тебе помогла? – Варя все же решила уточнить.
– Я же о многом не прошу, – Алиса надула губки и скрестила руки на груди, скорее всего так и не поняв, что Варя прослушала все предыдущие ее фразы и не понимала, чего от нее хотела девушка. – Ты же умная и хорошо разбираешься в программах, поэтому забрать информацию с компьютера Андрея Макарова тебе не составит труда. И… Варя, если ты не поможешь мне и не сделаешь этого мне будет угрожать очень сильная опасность.
Варя нахмурилась и в упор посмотрела на девушку. Она все еще не понимала, чего от нее хотела Алиса, но осознавала, что дело тут не чисто. Они ненавидели друг друга и если Алиса решила попросить помощи у Вари, значит, или обстоятельства загнали ее в угол, заставляя идти на крайние меры, или тут был какой-то другой подвох, о котором Варя пока что не знала. Девушке даже стало смешно от того, как Алиса, пытаясь уговорить Варю, назвала ее сестрой и сказала, что она умная.
– В какой опасности? О твое лицо потушат сигарету? – саркастично поинтересовалась девушка, обратив внимание только на эти слова.
– Варя, ты не понимаешь. Я не преувеличиваю. Мне уже сейчас угрожают и я с трудом смогла приехать в университет, чтобы поговорить с тобой, – Алиса топнула ногой. – Мы же сестры и ты можешь…
– Мы не сестры и помогать тебе я не буду, – Варя отрицательно помотала головой. Девушка слезла с подоконника и пошла в сторону столовой. Алиса явно пыталась ее куда-то втянуть и Варя предпочитала пойти поесть булочку и взять себе холодный компотом, чем дальше слушать ее несуразные бредни.
– Мне больше не у кого просить помощи, – Алиса крикнула вслед Варе, но видя, что ее слова не остановили девушку, решила действовать иначе. – Хорошо, Варя. Как насчет равноценного обмена? Ты помогаешь мне, а я помогаю твоей маме. У меня есть деньги и я могу оплатить ей обследование в хорошей поликлинике. Там точно смогут понять, чем она больна. Как тебе это?
Варя хотела проигнорировать слова Алисы. Гордость не позволяла даже выслушать ее до конца, ведь для Вари не было ничего хуже, чем принимать помощь от этой девушки. Но слова Алисы впились в сознание Вари, маня ее, словно самая сладкая конфета. В последние месяцы она смела только мечтать о том, чтобы отправить маму на такое обследование. Слишком дорогостоящим оно было.
– Я тебя слушаю, – сказала Варя, оборачиваясь. Стоило хотя бы узнать чего от нее хотела Алиса, прежде чем принимать решение.
Просыпаясь, Варя долгое время возилась на кровати, перекатываясь с одного бока на другой. Девушка куталась в одеяло и постоянно хмурилась. Спросонья она не могла понять, почему отдельные участки тела болели и отчего суставы ныли. На первый взгляд, ощущения были не такими уж и плохими, ведь приятная расслабленность, полностью перекрывали тягостные покалывания. Хотелось лениво потянуться и поудобнее умоститься, крепко обнимая подушку. Было все равно на то, что уже утро и, скорее всего, наступило время собираться в универ. Настолько хорошо Варя уже давно не спала и подниматься с кровати уж никак не желала.
Толком не проснувшись, она попыталась вспомнить, какой сейчас день недели и какая должна быть первая пара, в надежде, что это какой-то несерьезный предмет и его можно прогулять. Но, стоило девушке покопошиться в собственных мыслях, как воспоминания о вчерашней ночи грузным обухом опустились ей на голову.
– Черт, – Варя резко села на кровати и скинула с себя одеяло. Потерев кончиками пальцев веки, она попыталась согнать остатки сна, после чего убрала волосы с лица и шумно выдохнула.
Как же приятно было находиться в полусонном забвении. Не помнить ничего и не чувствовать этой липкой нервозности. Теперь же, Варя была готова разгромить эту комнату ко всем чертям, от осознания того, что Макаров прошлой ночью все же взял ее, воспользовавшись девушкой ради утоления своей похоти. Чувство дичайшего унижения, вновь нахлынуло, терзая, до этого момента, еще не проснувшуюся после сладкого сна злобу, направленную на Андрея.
После того, как Макаров отнес Варю в ванную комнату, он еще пару минут постоял около нее, после чего ушел, закрывая дверь на ключ. Зачем ему еще возиться с Варей? Получил свое и вновь запер в этой комнате, словно домашнего зверька в клетке.
Девушка долго стучала в дверь, настойчиво крича, чтобы ее выпустили, но никакого отклика не получила. Все ее крики утонули в ночной тишине.
Очень долго Варя просидела в душевой кабинке, до красных отметин растирая жесткой мочалкой жидкое мыло по коже. Она хотела смыть с себя прикосновения мужчины и успокоить быстрый бег взбудораженных мыслей, так и не поняв, что все это время сидела под сильной струей холодной воды. Замерзнув и обессилев, девушка укуталась в одеяло и легла в кровать, стараясь согреться, но почти сразу заснула.
Теперь же, проснувшись, Варя чуть не взвыла от досады. Она была голой, поэтому, вставая с кровати, девушка укуталась одеялом и пошла к двери. Пару раз дернув за ручку, она поняла, что дверь все еще закрыта и выпускать ее отсюда пока что никто не собирался. Выглянув в окно, девушка издалека увидела несколько машин и, минимум дюжину мужчин одетых в строгие костюмы, исключительно темных тонов. Окна ее комнаты выходили на часть сада и лес, а мужчины находились во дворе недалеко от ворот, поэтому она их видела плохо, понимая, что ей открывалась лишь часть того, что происходило в том месте. Но Варя все же уловила взглядом то, как какой-то громоздкий мужчина, скорее всего, ростом не меньше Макарова, нес к машине нечто большое и завернутое толи в серый брезент, толи в такого же цвета полиэтилен.
– О, Боже, – девушка отскочила от окна и закрыла рот ладонью, несколько раз быстро моргнув.
Это «нечто», завернутое в серый материал, очень напоминало тело человека и Варя очень сильно надеялась на то, что ей лишь показалось и догадка о том, что это «нечто» могло быть телом дяди Влада, была неверной. Несколько секунд, девушка немигающим взглядом смотрела на пол, пытаясь заверить себя в ложности этой догадки. Ну не мог Макаров убить дядю Влада. Одно дело избить – на это Андрей способен. Но лишить жизни человека… Это невозможно. На свете не могут жить люди, которые вот так просто убивают. Они должны бояться того, что за убийство их посадят, а, значит, сосед Вари жив и девушка зря переживала. Ей просто показалось.
Больше к окну Варя не подходила и открыть дверь попыток не предпринимала. Все еще кутаясь в одеяло, девушка, притихнув, сидела на кровати, прислушиваясь к тому, что происходило в доме. Теперь, она отчетливо слышала мужские голоса. В доме точно было много людей и Варе это жутко не нравилось. Вчера ее угнетала тишина и безлюдность этого дома, из-за чего он выглядел мрачным и пугающим, но теперь, когда дом был наполнен неизвестными девушке людьми, Варю это нервировало еще сильнее. Она вспомнила о том, что Андрей обещал ее отдать своим людям. Свое он получил и, что теперь мешало мужчине выполнить свою угрозу? Ничего. Поэтому, Варя лихорадочно стала размышлять о том, как можно убежать из этого дома, но ничего толкового в голову не приходило.
Прошло немного времени, прежде чем, Варя уловила звук прокручивающегося ключа в замке, после чего дернулась ручка и дверь распахнулась. Макаров, зашедший в комнату, как всегда был безупречен в своем внешнем виде. Ни одной помятости на белоснежной рубашке и ни одной пылинки на черных брюках. Кажется, мужчина был в хорошем настроении. Варя уловила то, что лицо не веяло привычной холодной строгостью и, на губах, даже виднелась легкая, непринужденная улыбка. По сравнению с обычными, невероятно сухими эмоциями, эта мимика была очень непривычна девушке. Заранее чувствуя подвох, Варя напряглась и кинула на мужчину злой взгляд.
– Доброе утро, мышка. Как спалось? – поинтересовался мужчина. Он неторопливо прошелся по комнате и вальяжно сел на кровать недалеко от Вари.
– Ужасно, – соврала Варя.
Спала она хорошо, но пробуждение, после того, как Варя все вспомнила, показалось ей истинной пыткой. Но, пожалуй, еще хуже было сейчас находиться рядом с Андреем. Смотря на его руки, которыми он вчера прикасался к девушке и отчетливо ощущая запах одеколона мужчины, которым она, прошлой ночью, с каждым новым вдохом наполняла легкие, пока Андрей резко входил в девушку, Варя будто заново пережила все те ощущения, из-за чего покраснела и плотнее укуталась в одеяло.
– Ты получил свое, – процедила девушка, стараясь не смотреть на Макарова. – Ты пришел, чтобы отпустить меня?
– Конечно, нет, – Макаров достал из кармана брюк квадратик с презервативом и кинул его на кровать, после чего ладонью схватил край одеяла и сорвал его с девушки, оголяя грудь Вари. – Я пришел за кое-чем другим.
Теперь у Вари не возникло ни одного вопроса по поводу того, зачем мужчина пришел. Тут и так все было более чем ясно. Варя не ожидала такого от Макарова, поскольку свое он получил совсем недавно и она считала, что мужчина и так наигрался ею. Но, явно не желая повторять эту близость, Варя с небывалой скоростью и ловкостью, дернула на себя одеяло и уже собралась убежать в другой конец комнаты, как, переступая через подушку, поскользнулась на ней и с громким грохотом упала на пол.
– Что ты творишь? – зашипел Андрей, посмотрев на Варю хмурым взглядом. – Успокойся, иначе, сломаешь себе что-нибудь.
– Это ты, что творишь? Ты же говорил, что отпустишь меня, – негодующе сказала Варя. Она сильно ударилась локтем, но, не обращая внимания на боль, отползла к дивану.
– Конечно, я тебя сейчас отпущу. Открою дверь, отведу тебя к машине и даже самостоятельно отвезу к твоему дому, – сказал Макаров, прищурив взгляд. Его хорошее настроение понемногу улетучивалось.
– Правда? – Варя встрепенулась, обрадовавшись такой новости, и даже двинулась вперед, придерживая руками одеяло.
– Нет, конечно, – Андрей саркастично хмыкнул, приподнимая одну бровь в еле уловимом удивлении. – Я понимаю, что у тебя в голове пустота, но ты хоть иногда можешь различать сарказм и ложь от правды? Хотя бы такую явную? Не удивлюсь, если окажется, что ты соврала и у тебя был далеко не один парень. Наверное, все пользовались тобой, как хотели, – эти слова Андрей произнес с особой мрачностью, отдаленно пропитанной брезгливостью и злостью.
Варя после слов мужчины притихла и вновь отползла назад, кидая на Макарова гневные взгляды, будто бы вовсе надеясь ими его испепелить. Варя не была пустоголовой, коей ее считал Андрей. Девушка много читала и с годами все больше наполняла свой разум, разнообразными знаниями. Не потому, что они ей пригодятся. Просто Варе было интересно узнать, как устроен мир и, что интересного происходило в прошлом. Так, например, в ее голове имелись знания от описания свойств электромагнитного поля до информации о причудливых племенах Блеммии, описываемых в книгах Геродота. Конечно, этих знаний было недостаточно, чтобы поддержать полноценную и развернутую дискуссию с учеными физиками или историками, но, все же, пустоголовой Варя точно не была.
Девушка многое знала и, казалось бы, что ей это должно помогать обживаться в социуме и облегчать общение с людьми но, все же, стойкая наивность, засевшая в характере Вари, все портила. Временами, она совершенно не понимала, когда люди врут. Конечно, она не позволяла собой пользоваться и на сладкие речи парней, желающих затащить девушку к себе в постель, не велась. Ей просто было неинтересно то, что они говорили, но невозможность отличить правду от банальной шутки, очень сильно усложняло жизнь девушки. К счастью, с годами, под тяжестью жизненных проблем, наивность выветривалась с девушки, но, иногда, например, как сейчас, когда Варя жутко хотела выбраться из дома, она хотела верить в то, что ее действительно отпустят, из-за чего она велась на ложь, желая видеть в ней правду. Еще не наступил тот момент, когда ее изнутри морально переломают и уничтожат абсолютно всю наивность. Пока что, толика чистоты оставалась в девушке.
– Я поняла, что ты лжешь, – соврала Варя, стараясь не думать о том, что лишь пару секунд назад она обрадовалась, думая, что Макаров ее действительно отпустит.
– Я так и понял. Черт, до чего же она глупая, – последние слова Макаров сказал сам себе. Мужчина устало закатил глаза, после чего вновь посмотрел на девушку, скользя взглядом по оголившимся участкам ее тела. – Иди ко мне, – Андрей поманил девушку к себе указательным пальцем, но Варе подобный жест, в исполнении этого мужчины показался более чем угрожающим. – Будь хорошей мышкой и веди себя послушно. В таком случае, я уже вскоре отпущу тебя.
– Врешь? – Варя хотела сказать утвердительно, но слово прозвучало словно вопрос. Она уже сомневалась в том, что Макаров так просто ее отпустит и, уж тем более, она не хотела вновь повторять то сумасшествие, которое с ней вчера делал Андрей из-за чего тянула время.
– Возможно, – не стал юлить мужчина. – Но все равно советую тебе вести себя хорошо. Иначе, твое поведение уже вскоре может мне надоесть и ради профилактики я сделаю так, что у тебя исчезнет любое желание сопротивляться мне.
– И что же ты сделаешь? – насторожено спросила Варя.
– Зачем мне тебе рассказывать? Давай я лучше покажу, – Андрей уже собирался вставать с кровати, чтобы подойти к Варе, как девушка тут же активно замотала головой в отрицательном жесте и выставила руки вперед.
– Не нужно мне ничего показывать, – вскрикнула Варя, но, казалось, что мужчину подобные возгласы остановить не могли. Шаг за шагом он приближался к девушке, пока не опустился рядом с ней на одно колено и не вплел пальцы в волосы Вари, больно отдергивая ее голову назад. Когда они были так близко друг к другу, девушка постоянно избегала взгляда Макарова и вечно отворачивалась. Поэтому, не желая разговаривать с Варей при этом, смотря на ее макушку, Андрей стал понимать, что подобное действие уже стало для него чем-то сродни привычки.
– Подожди, не нужно, – зашипела Варя, впиваясь ногтями в руку мужчины. – Мне больно. Все тело болит после вчерашнего. Я не могу… – девушка не знала, как остановить Макарова, поэтому говорила первое, что приходило в голову. В какой-то степени, она желала достучаться до его совести из-за чего, пошла на крайность и сбросила с себя одеяло. Там, на бледной коже было множество синяков, оставленных ночью пальцами Андрея. Такие отметины на коже девушке можно было легко поставить, но, при этом, они быстро проходили. Посиневшие участки кожи не болели, но выглядели скверно и Варя надеялась на то, что Макаров решит, что состояние девушки хуже некуда и не станет трогать ее. – Я сейчас не могу. Мне ужасно больно, – повторила Варя, замечая, как Макаров скользил взглядом по отметинам.
Возможно, Макаров был не самым последним извергом, поскольку девушку он отпустил. Некоторое время он молча стоял около нее, явно о чем-то думая, но потом развернулся и молча пошел к двери. Варя еще долгое время сидела на полу, не веря своей удаче. Хотя, разве это можно было назвать удачей? То, что Андрей не стал набрасываться на нее сейчас, ничуть не облегчало положения девушки.
Примерно через час, когда Варя опять взобралась на кровать и сидела там, все еще укутанная в одеяло, дверь вновь открылась. Она вздрогнула, думая, что это вернулся Макаров, но в комнату, к огромному удивлению Вари, зашла женщина лет пятидесяти и девушка лет тридцати. Женщина невысокая и полноватая. Одетая в длинную юбку до пола и легкую блузку, усеянную нарисованными фиалками. Девушка же высокая и фигуристая. Красивая, но чрезмерно накрашенная и одетая, по мнению Вари, вульгарно.