Zum Hörbuch
В 1920-е годы европейцы постепенно догоняли англичан. К британским тренерам в континентальных странах присоединились наставники из Венгрии и Австрии. В качестве альтернативы британскому «бей – беги» в Будапеште и Вене под влиянием шотландского стиля игры возник так называемый «дунайский футбол». Тем временем в лондонском «Арсенале» Герберт Чепмен вывел профессию тренера на новый уровень. Чепмен не хотел довольствоваться лишь физической подготовкой игроков и завоеванием титулов: он посвятил себя всем аспектам футбола, включая философию клуба. Современный «Арсенал» можно считать его детищем.
Даже после Первой мировой войны в немецком футболе все так же доминировали клубы под руководством иностранных тренеров, в то время как команды с немцем на тренерской скамейке в период с 1919 по 1933 год выиграли только 4 из 13 национальных чемпионатов в период с 1919 по 1933 год. В 1928 году титул взял «Гамбург» во главе с Руди Агте – бывшим игроком и капитаном клуба. В 1929 году «Викторию» – трофей немецких чемпионов – завоевал «Гройтер Фюрт» вместе с играющим тренером Гансом Крауссом. В 1930 и 1931 годах победителем становилась «Герта» Рихарда Гирулатиса. Все остальные тренеры чемпионов Германии того времени были представителями Венгрии, Англии и Австрии. Венгр Изидор «Дори» Кюршнер четырежды выигрывал чемпионат с «Нюрнбергом»: в 1920, 1921, 1924, 1925 годах. Англичанин А. В. Тёрнер стал чемпионом с «Гамбургом» в 1923 году, его соотечественники Уильям Таунли и Фред Спайксли – с «Гройтер Фюрт» в 1926-м и с «Нюрнбергом» в 1927-м соответственно. Первым тренером, который в 1932 году привел к чемпионству сегодняшнего «рекордмайстера» – мюнхенскую «Баварию», – был австриец Рихард Домби[20].
В сезоне 1921/1922 в финале чемпионата Германии встретились «Гамбург» Тёрнера и «Нюрнберг» Кюршнера. Спустя 189 минут после начала матча при счете 2:2 финал был прерван из-за наступления темноты. Повторный матч также не был сыгран до конца, поскольку в овертайме у нюрнбергской команды осталось всего семь игроков. На этот раз игра снова завершилась вничью (1:1). DFB решил, что чемпионат 1922 года «подошел к концу». На кубке были выгравированы названия обоих клубов: «Нюрнберг» и «Гамбург».
В 1923 году в предисловии к четвертому изданию книги «Футбол. Теория, техника, тактика» Рихард Гирулатис написал: «Несмотря на широкое распространение игры в Германии, наши результаты нельзя назвать выдающимися по сравнению с результатами других стран, которые начали играть в футбол одновременно с нами или даже позже». Спортивный историк Эрик Эггерс комментирует эти слова следующим образом: «Игра немцев уже была чуть ли не самой организованной на континенте, но пока все еще “второклассной”. В качестве доказательства Гирулатис, среди прочего, привел тот факт, что Англия отменила традиционный матч между сборными “на том основании, что наши результаты были слишком невзрачными и английская публика могла не проявить никакого интереса”. Даже маленькая Дания, по словам Гирулатиса, “дала отказ по той же причине”».
Через несколько месяцев после окончания Первой мировой войны Уильям Таунли вернулся в мюнхенскую «Баварию». Он работал там до конца 1920 года, а в январе 1921-го возглавил «Вальдхоф» (Мангейм), где в течение некоторого времени был наставником будущего тренера сборной Германии Зеппа Хербергера.
Когда Таунли уезжал из Мюнхена, Вальтер Бенсеманн написал в журнале kicker: «Южная Германия прощается с человеком, который сделал современный футбол таким, каким мы знаем его сейчас». Хотя значительных побед у руля мюнхенцев англичанин не одержал, его работа сильно повлияла на дальнейшее развитие клуба. Бенсеманн заметил, что Таунли осчастливил «Баварию» «прекрасной, хорошо продуманной игрой». Однако «триумфальных побед, подобных тем, что были одержаны над “Прагой”, “Карлсруэ” и “Фюртом”, больше не было. У того, кто видел в прошлом году игру “Баварии” против “Мюльбурга” в Карлсруэ [“Бавария” выиграла матч со счетом 7:0], наверняка сложилось впечатление, что подготовка команды была первоклассной. Но это не так: тренировки уже не давали должного результата, и дело в уровне игроков. <…> В споре со временем даже лучший учитель терпит поражение, и “Бавария” пожнет плоды работы Таунли только через год-два, когда юниоры окажутся в основном составе». Фактически при Таунли в «Баварии» началась интенсивная работа с молодыми игроками, которая через несколько лет найдет отражение уже в результатах первой команды.
В 1920-е годы тренеры из Англии и Шотландии столкнулись с растущей конкуренцией со стороны австрийских и венгерских специалистов, однако британцы продолжали работать и дальше. Помимо уже упомянутых Таунли и Тёрнера стоит назвать шотландца Джеймса Макферсона, который привел «Баварию» к первой победе в чемпионате Южной Германии в 1926 году, а также англичанина Джека Бёртона – тренера «Карлсруэ ФФ» (1924–1925), «Гамбурга» (1925) и «Феникса» из Карлсруэ (1926–1928).
В кофейнях Будапешта, Вены и Праги со всей страстью говорили о футболе и искали способы бороться с превосходством англичан, которое в основном заключалось в силе и скорости игроков. Результатом стал дунайский футбол, в котором шотландская игра в точный короткий пас соединялась с хорошей техникой и превосходной позиционной игрой. Кроме того, в дунайском футболе было больше места для проявления индивидуального мастерства, чем в той же Шотландии или Англии. И здесь было гораздо больше евреев. Хотя до 1933 года они выступали и за немецкие клубы, но в клубах Вены, Будапешта и крупных чешских городов евреи были представлены гораздо шире – в качестве меценатов, судей, тренеров и игроков.
По меркам континента футбол в этих странах был организован очень профессионально, хотя клубы практически постоянно находились на грани банкротства. В 1924 году Австрия стала первой страной на континенте, признавшей футбол профессиональным видом спорта; затем ее примеру последовали Чехословакия в 1925-м и Венгрия в 1926-м. В Германии же, как в 1927 году выразился президент DFB Феликс Линнеманн, профессиональный футбол считался «верным признаком падения нации». В феврале 1925 года на встрече в Ганновере DFB запретил играть с профессиональными командами, что в первую очередь коснулось клубов, которые любили соревноваться с лучшими командами Вены, Будапешта и Праги, а именно «Баварии» и «Нюрнберга». Для национальной сборной так называемые «Ганноверские постановления» означали приостановление международных матчей в период с 12 декабря 1926 года по 2 октября 1927-го. Когда сборная Германии вернулась на поле, она уже не могла претендовать на лидерство в мировом футболе. Особенно ярко это проявилось в поединках со сборной Австрии, у руля которой стоял Хуго Майсль: в 1931 году немцы потерпели поражение от «Вундертим» (Wunderteam — «чудо-команда») сначала со счетом 0:6 в Берлине, а затем 0:5 – в Вене.
Ни одна международная встреча «Баварии» в годы Веймарской республики не имела для нее столь судьбоносного значения, как игра, в которой 27 июля 1919 года мюнхенцы на своем поле принимали действующих чемпионов Венгрии – клуб МТК. Матч на стадионе «МТВ-Плац» привлек зрителей из разных уголков Германии, ведь никогда прежде в Мюнхене не собиралось столько блестящих футболистов одновременно. Уже вовсю распространялись слухи о победе МТК над «Нюрнбергом» со счетом 3:0 в матче, который состоялся пятью днями ранее. Поговаривали, что игрок «Нюрнберга» и сборной Швейцарии Густав Барк был настолько впечатлен игрой венгров, что несколько раз останавливался во время матча, чтобы полюбоваться работой соперников.
Капитаном этой необыкновенной команды из Будапешта был инсайд Вильмош Кертеш, обладавший выдающейся техникой и ви́дением поля, который был также и капитаном сборной Венгрии. Вместе с Енё Конрадом, его младшим братом Кальманом Конрадом, Дьюлой Фельдманном, Йожефом Брауном, Дьюлой Манди и Анталом Ваго 29-летний Кертеш был одним из семи евреев в составе MTK. Были в команде и звезды нееврейского происхождения: Альфред «Специ» Шаффер, голеадор Имре Шлоссер (еще один капитан сборной), левый нападающий Петер Сабо и один из лучших снайперов Венгрии, элегантный, разносторонний Дьёрдь Орт.
Тренировал команду Дори Кюршнер – еще один венгерский еврей, который раньше сам играл за МТК и сборную Венгрии. В тот день его команда уверенно победила «Баварию» со счетом 7:1. Пресса пришла в восторг. «Гости обладают прекрасной техникой игры, – писали в газете Münchner Neueste Nachrichten. – Их уровень мастерства является образцовым во всех отношениях. Венгры невероятно быстры, что с мячом, что без мяча, они неподражаемы в отборе, а их передачи – это целое искусство. Как элегантны они в игре на флангах! Нападающие гостей чрезвычайно опасны. Сложно сказать, кто достоин большей похвалы: вингеры с их быстрыми проходами и передачами в центр или атакующее трио, в котором – наряду с Имре Шлоссером, шестой год выступающим за сборную, – выделяется центральный нападающий Шаффер». По словам корреспондента газеты Sportsmann, «почти в мгновение ока футбольный дух проявился в своей истинной, почти жуткой форме».
Игра МТК была столь впечатляющей, что «Бавария» тоже стала учиться играть по дунайской системе. Под руководством тренеров из футбольной школы Будапешта Мюнхен упрочил свое положение на европейской арене. По стилю игры «Бавария» вскоре стала походить на клубы Вены и Будапешта: ее футбол был уже не столь грубым, в игре появилась «текучесть». Однако в сборной футболистам «Баварии» приходилось нелегко: они не могли найти общий язык с тренером национальной сборной и приверженцем английского стиля игры Отто Нерцем. Игрок сборной Зигмунд Харингер рассказывал: «Нам, баварцам, не нравилась его система. Мы хотели играть в футбол, а не убиваться на жестких тренировках без мяча».
Из-за политических событий 1919 года приглашать венгерских тренеров стало проще. 1 августа, через четыре дня после матча в Мюнхене, политический эксперимент Советской республики в Венгрии был сорван. Антисемиты призывали к борьбе с «иудо-большевиками». Жертвами этого «белого террора» стали около 3000 евреев, большинство из которых не имели никакого отношения к Советам. 16 ноября 1919 года к власти пришел правый адмирал Миклош Хорти. Хорти считался умеренным антисемитом, но при его режиме антисемитизм стал официальной политикой Венгрии.
На фоне этих событий тренеры и игроки венгерско-еврейского происхождения бежали за границу, где они были нарасхват. Среди первых, кто попытал счастья за рубежом, были игроки MTK братья Енё и Кальман Конрады, присоединившиеся к венскому клубу «Аматурен», который позже получит название «Аустрия». Несмотря на название своего нового клуба[21], братья Конрады были настоящими профессионалами. Чрезвычайно умный, начитанный и талантливый к изучению языков (он говорил на шести) Енё Конрад, переехав в Австрию, получил от еврейского покровителя клуба работу в банке с «гарантированным дополнительным доходом»[22] – годовым билетом на Венскую фондовую биржу. Этот билет позволял спекулировать на бирже и выполнял функцию зарплаты. Такой же годовой билет имел и Кальман Конрад, в своем паспорте в графе «должность» уверенно написавший «футболист».
Когда братья Конрады переехали в Вену, процесс профессионализации футбола там – хотя и неофициально – уже продвинулся дальше, чем в Германии или Венгрии. Потенциал венгерских игроков использовал не только клуб Хуго Майсля, но и «Винер АК», и национально-еврейский клуб «Хакоах», за который выступали в том числе Александр Нойфельд (псевдоним Шандора Немеша) и Бела Гуттманн. Позже братья Конрады, Нойфельд и Гуттманн, повесив бутсы на гвоздь, стали одними из многих венгерских тренеров еврейского происхождения, которые вплоть до 1930-х оказывали серьезное влияние на развитие футбола в странах континентальной Европы, особенно, как это ни иронично, в Италии и Германии[23]. Самым успешным из них считается Дори Кюршнер – тренер, сделавший «Нюрнберг» чемпионом.
Родившийся в 1885 году в Будапеште Кюршнер вместе с англичанами Джимми Хоганом и Тедди Даквортом готовил сборную Швейцарии к Олимпийскому турниру 1924-го в Париже. Команда смогла дойти до финала и, проиграв со счетом 0:3 Уругваю, получила неофициальный титул первых чемпионов Европы. По окончании работы в Германии в клубе «Шварц-Вайс Эссен» Кюршнер вернулся в Швейцарию, где сделал клуб «Грассхоппер» (Цюрих) одной из сильнейших команд на континенте. В период с 1925 по 1934 год Кюршнер с «кузнечиками» трижды выигрывал чемпионат Швейцарии и четыре раза – национальный кубок.
В 1926 году профессиональный футбол признали и в Италии. Во всей Европе до начала Второй мировой войны не было страны, где футбол приносил бы столько денег. Итальянская Серия А была самой богатой лигой в мире, в которую уже тогда были вовлечены крупные промышленники, такие как семья Аньелли.
В период с 1920 по 1938 год в итальянском профессиональном футболе работали не менее 60 венгерских тренеров, многие из которых имели еврейское происхождение: Лайош Ковач тренировал клубы «Падова» (1930–1932), «Рома» (1932–1933), «Болонья» (1934, выиграл Кубок Митропы), «Триестина» (1936–1937), «Алессандрия» (1946) и «Кальяри» (1949–1950). Енё Карой, заместитель командира рабочего батальона во времена РСФСР, в 1920 году стал тренером итальянского клуба «Савона». В 1923 году он переехал в Турин, где новый президент «Ювентуса» Эдоардо Аньелли назначил его первым штатным тренером в истории клуба. Финал сезона 1926 года оказался настолько драматичным, что сердце венгра не выдержало и Карой скончался, а через некоторое время клуб возглавил его соотечественник Йожеф Виола, и не просто возглавил, а стал играющим тренером. Виола совмещал игру и работу тренера позже и в других клубах, выступая на позиции центрального полузащитника в «Интере», затем снова в «Юве» и, наконец, в «Аталанте».
В 1926 году 30-летний Арпад Вейс стал тренером миланского «Интера». В Италии он ввел систему «W-M» («дубль вэ»), разработанную англичанином Гербертом Чепменом (см. «Революция Герберта Чепмена»). Вейс обладал отличным чутьем на таланты: так, он перевел в команду профессионалов 16-летнего Джузеппе Меаццу, что для того времени было крайне необычно. В 1934 и 1938 годах Меацца в составе сборной Италии стал чемпионом мира[24]. А одним из самых больших поклонников Вейса был тренер сборной Италии Витторио Поццо. К опубликованному в 1930-м учебнику Вейса под названием Il Giuoco del Calcio («Игра в футбол») Поццо написал предисловие.
Первые два года работы Вейса в «Интере» его клуб занимал места лишь в середине турнирной таблицы, поэтому в 1928-м тренер принял решение отправиться в Аргентину и Уругвай. Там он хотел изучить, как играют команды двух соседних южноамериканских стран, которые сумели дойти до финала Олимпиады-1928. Два года спустя сборные Аргентины и Уругвая встретились в первом финале ЧМ-1930, а Вейс к тому времени уже давно вернулся в Милан. В сезоне 1929/1930 он завоевал скудетто[25] с «Интером», к тому времени переименованным в «Амброзиану»[26]. В 34 года Вейс стал самым молодым главным тренером в истории, который привел команду к чемпионству в Серии А, – этот рекорд так до сих пор никому и не удалось побить.
Сезон 1931/1932 Вейс провел в «Бари». В «Амброзиане» его преемником снова стал венгр – Иштван Тот. Однако, заняв с «петушками»[27] лишь шестое место в лиге, Вейс в третий (и последний) раз на один сезон вернулся в «Амброзиану». С 1934 по 1936 год «черно-синих» тренировал Дьюла Фельдманн – еще один венгр, который к тому времени уже успел поработать в «Фиорентине», а после, в 1936-м, на два сезона возглавил клуб «Торино». Так что тренерами «Интера» в течение 10 лет были исключительно венгры. Однако с распростертыми объятиями мастеров дунайского футбола ждали не только в Италии.
Мюнхенская «Бавария» также стала целенаправленно искать тренеров, которые могли бы научить команду дунайскому стилю. Все началось с Дори Кюршнера, в 1921 году ставшего преемником Уильяма Таунли. Летом 1919 года, после турне МТК по Европе, Кюршнер остался в Германии, где сначала тренировал «Штутгартер Кикерс». В сезоне 1921/1922 Кюршнеру с мюнхенцами удалось добиться лишь второго места в лиге Южной Баварии: в плей-офф команда со счетом 0:1 проиграла клубу «Мюнхен-1860». Поскольку дальше «Бавария» не прошла, а национальной лиги тогда еще не существовало, сезон для нее был завершен. В результате содержать тренера стало слишком дорого, поэтому с началом финальной стадии чемпионата Германии Кюршнер перешел в «Нюрнберг».
В 1927 году «Баварию» возглавил Лео Вайс. В 1928-м клуб во второй раз завоевал чемпионство Южной Германии. Затем до 1930-го мюнхенский клуб тренировал Кальман Конрад, однако самым успешным из всех иностранных тренеров «Баварии» того времени оказался Рихард Домби, который возглавил клуб в 1930 году, а в 1932-м привел его к первой в истории победе в чемпионате Германии. «Бавария» была лучшей командой Германии не только на страницах периодических изданий: Зигмунд Харингер, один из игроков той команды чемпионов, описал ее игру следующим образом: «Играли преимущественно в короткий пас. Не думали ни о “W-M”, ни о том, чтобы закрыться в обороне. Мы хотели лишь атаковать».
Мастерство Рихарда Домби делало его одним из самых дорогих тренеров на европейском континенте. Говорили, однако, что половину своей зарплаты он вкладывал в развитие игроков. Но Домби определенно стоил своих денег, ведь он был одним из самых современных представителей своей гильдии. На тренировках Домби оттачивал с игроками контроль мяча на ограниченном пространстве и под прессингом. «Важно приблизить условия тренировки к условиям реальной игры, – объяснял Домби. – Мои футболисты работают с мячом и играют головой только под прессингом, как если бы это происходило в настоящем матче. Это важно, потому что некоторые игроки, например, демонстрируют безупречный контроль мяча, лишь пока рядом с ними нет соперника; во время матча же вся их техничность для команды бесполезна».
Кроме того, Домби обладал обширными знаниями в области спортивной медицины и психологии. Правый нападающий «Баварии» Йозеф Бергмайер по окончании сезона 1931/1932 выразил восхищение тем, как мастерски тренер «лечит травмы, которыми щедро “одаривает” игроков лига». Он даже помогал футболистам справиться со стрессом. К тому же Домби выполнял роль спортивного директора – человека «на все случаи жизни»: «Наверное, ни один из наших наставников не принимал столь активного участия в жизни клуба, как Домби. Он был главным тренером, тренером по физической подготовке, массажистом, спортивным директором и организатором в одном лице», – говорится в хронике к 50-летию клуба.
Мастера дунайского футбола пользовались популярностью и на Пиренейском полуострове. Липпо Херцка приехал в Испанию, чтобы сначала играть там за клуб «Реал Сосьедад» (Сан-Себастьян), а в 1923 году возглавить его. В 1926-м он встал у руля баскского клуба «Атлетик Бильбао», в 1928-м возглавил «Севилью», а в 1930-м стал тренером клуба «Реал Мадрид», с которым через два года выиграл первый в истории клуба чемпионский титул. Затем Херцка переехал на юг страны, где тренировал клубы «Эркулес» (Аликанте) (1932–1934) и «Рекреативо Гранада»[28] (1934–1935). Позже венгр направился в Португалию, где с 1935 по 1939 год тренировал «Бенфику». В 1936-м Херцка привел столичный клуб к своему первому чемпионскому титулу, а затем еще дважды выиграл с ним чемпионат.
«Барселона» была менее падкой на венгерских тренеров, чем другие клубы Пиренейского полуострова. В сезоне 1924/1925 «сине-гранатовых» тренировал бывший игрок сборной Венгрии Йеса Посонь, выигравший с клубом чемпионат Каталонии[29] и Кубок Испании. В сезонах 1926/1927 и 1933/1934 «Барселону» возглавлял Рихард Домби; после него – еще один венгр, бывший вратарь национальной сборной Франц Платко. В основном же «Барсу» того периода тренировали англичане. Первым штатным тренером в 1917 году стал Джон Барроу (до этого тренерские обязанности выполнял капитан команды). Барроу проработал в клубе всего четыре месяца, а после его ухода до 1923 года эту должность занимал Джек Гринвелл. Его преемником был Уильям Альфред Спаунсер.
Бывший профессиональный футболист Спаунсер («Шеффилд Юнайтед», «Ноттингем Форест») приехал в Испанию в октябре 1923 года по рекомендации главы Футбольной ассоциации Англии Фредерика Уолла и сразу же привел «Барсу» к титулу чемпиона Каталонии. При Спаунсере игроки должны были соблюдать 10 так называемых «заповедей»: так, например, четвертая заключалась в том, чтобы всегда держать мяч внизу, а пятая гласила: «Передавай мяч партнеру, пусть он всегда находится в движении. Удерживая мяч слишком долго <…>, ты даешь противнику время для организации обороны». Согласно восьмой заповеди, лучшей защитой было нападение. В заповедях Спаунсера заложено многое из того, что позже мы увидим в игре команд «Барсы» Йохана Кройффа и Пепа Гвардиолы.
После Спаунсера «Барселону» возглавляли и другие англичане: Ральф Кирби (1925/1926), Джеймс Беллами (1929–1931) и вернувшийся почти 10 лет спустя Джек Гринвелл (1931–1933). Еще одним тренером каталонского клуба с английскими именем и фамилией был Джек Дормби[30] (1926/1927, 1933/1934). В Испании помимо «Барселоны» Гринвелл также тренировал «Кастельон» (1926/1927), «Эспаньол» (1927–1929), «Мальорку» (1930/1931), «Валенсию» (1933/1934) и «Спортинг Хихон» (1935/1936). С «Эспаньолом» и «Барсой» англичанин становился чемпионом Каталонии, а с «Эспаньолом» – еще и обладателем Кубка Испании. В 1939 году Гринвелл уехал в Перу, где также работал над развитием футбола.
Фредерик Биконсфилд «Фред» Пентланд, сын ирландских иммигрантов, в свое время выступал за «Блэкберн Роверс». Во время Первой мировой войны он вместе с Фредом Спайксли, Джоном Кэмероном и Стивом Блумером был интернирован в Рулебен, где работал тренером по физической подготовке для немецких солдат. Именно здесь усилиями шотландца Кэмерона Пентланд убедился в преимуществах игры в короткий пас. В 1920 году он возглавлял сборную Франции на Олимпийских играх в Антверпене, затем переехал в Испанию, где сначала тренировал «Расинг» (Сантандер), а с 1923-го – «Атлетик Бильбао», баскский националистический клуб с англофильскими взглядами.
Пентланд приехал в Испанию как раз в тот момент, когда футбол в этой стране получил статус профессионального вида спорта. Тренер получал ежемесячную зарплату в 1000 песет, что по тем временам было немалой суммой. С 1923 по 1925 и с 1929 по 1933 год Пентланд возглавлял «Атлетик Бильбао». Пять раз (1923, 1930, 1931, 1932 и 1933) англичанин выигрывал с басками Кубок Испании и дважды (1930 и 1931) – национальную лигу. В сезоне 1930/1931 команда Пентланда нанесла «Барселоне» самое крупное поражение в истории «сине-гранатовых», обыграв их со счетом 12:1.
При обращении к Пентланду игроки «Атлетика» называли его «мистер». Тренер был олицетворением английского джентльмена: он курил большие сигары и носил котелок даже во время тренировок. Поэтому Пентланд получил прозвище bombín (в переводе с испанского – «шляпа-котелок»). Первое, что он сделал по прибытии в «Атлетик», – научил футболистов правильно шнуровать бутсы.
Пентланд обучил свою команду шотландскому стилю игры в короткий пас. Если в Англии мяч от вратаря до центрального нападающего доходил обычно максимально коротким путем, в три касания, то здесь игроки доставляли мяч форварду при помощи мелкого паса, задействуя при этом всю ширину поля. Такая «игра во владение» требовала увеличения количества полузащитников, поэтому вместо традиционной британской схемы 2-3-5 тренер стал использовать революционную 2-5-3. «Стиль Пентланда», как его называли в Испании, распространился за пределы Бильбао: вскоре так играли уже «Барселона» и «Реал Мадрид». Англичанин – один из первых представителей «стиля с владением мячом», которую демонстрирует ныне, например, сборная Испании.
В 1929 году Пентланд выступил в качестве ассистента главного тренера сборной Испании в матче против Англии в Мадриде. Его подопечные одержали победу со счетом 4:3 – это было первое поражение англичан от «небританской» команды.
Еще в 1928 году Пентланд призывал свою родную страну обновить методику тренировок, иначе англичане отстанут от континента. Предупреждал об этом и Джимми Хоган: в 1929-м он предсказал, что Англия вскоре лишится своего превосходства. По словам Хогана, команды на континенте давно перестали искать английских тренеров, потому что те больше не могут научить их чему-то новому. Хоган отметил значительную разницу между тренировками в Англии и Германии: так, в Германии работа тренера заключается в том, чтобы научить команду играть; в Англии же тренер распекает футболистов в раздевалке за их ошибки в матче и следит за тем, чтобы их бутсы были в надлежащем состоянии.
В 1930 году сборная Англии отправилась на континент, где в Берлине встретилась с Германией (3:3), а в Вене – с Австрией (0:0). Накануне поездки сборной на континент Хоган опубликовал заметку в газете Athletic News: «Британские методы тренировок устарели», – писал он. Тренировки с мячом на континенте, по мнению англичанина, помогают добиваться лучших результатов, чем занятия по физической подготовке в Британии. На островах все еще делают упор на скорость и выносливость, что «слишком абсурдно, чтобы хоть как-то это комментировать». Хоган был впечатлен, как стремительно развивается футбол в Германии, Испании, Италии, Австрии, Венгрии и Чехословакии. В турах по Германии, Италии и Испании венгерские, австрийские и чехословацкие клубы демонстрировали лучшие результаты, чем британцы, и уж кто-кто, а Хоган принял в этом самое непосредственное участие. Английский эксперт по тактике Джонатан Уилсон пишет: «Кого бы он ни тренировал, Хоган всегда работал над техникой игроков. Он внес весомый вклад в то, чтобы вскоре европейцы на континенте стали играть лучше англичан».
Энтузиазм Хогана не утихал: он по-прежнему много ездил по континенту. В 1924 году англичанин тренировал «Лозанну». В начале 1925-го он вернулся в MTK, с которым сразу стал чемпионом и обладателем кубка, параллельно тренируя сборную Венгрии.
В 1927 году Хоган возглавил сборную Центральной Германии, где ему, по слухам, платили больше, чем когда-либо прежде. Англичанин читал лекции и проводил практические занятия по всей Центральной Германии. В одном только Дрездене удовольствие присутствовать на его занятиях имели более 5000 игроков. В Хемнице за 14 дней обучение прошли 2500 человек. Хоган говорил: «Из всех стран, в которых я работал тренером, в Германии было интереснее всего: они трудолюбивы – и мне это нравится».
Возникали и проблемы: прежде всего они были связаны с владением языком, а также с предубеждениями в отношении Хогана как гражданина бывшего «враждебного государства». Руководители DFB после первых лекций раскритиковали тренера: по их мнению, в методах англичанина не было ничего выдающегося по сравнению с методами Отто Нерца, 1 июля 1926 года ставшего первым штатным тренером национальной сборной Германии.
DFB попросил Хогана выступить на немецком языке перед аудиторией из 500 человек, включая самого Отто Нерца, но выступление чуть было не обернулась катастрофой. Одна ошибка за другой – публика подняла его на смех. Тренер попросил 10-минутный перерыв, чтобы надеть свою старую футбольную форму «Болтон Уондерерс». Вернувшись на сцену, он через переводчика вновь обратился к аудитории. Англичанин рассказал, что три четверти немецких игроков, которых он видел, не умели правильно наносить удары по мячу. По словам Хогана, в тяжелых бутсах, популярных в то время среди футболистов (а в Англии – часто еще и утяжеленных в области пальцев), невозможно обеспечить полноценный контроль мяча. Мягкая обувь подходит лучше. В доказательство Хоган снял обувь и носки и ударил правой ногой по мячу, направив его в находившуюся на расстоянии около 15 метров доску, которая в результате удара раскололась. Затем он сказал, что все британские футболисты умеют забивать и правой, и левой ногой. Это была откровенная ложь, с помощью которой он, вероятно, хотел донести до слушателей, что Германии был нужен именно английский тренер. Хоган снова ударил по мячу – теперь уже левой ногой, приложив еще больше силы, чем в прошлый раз: и вот он стоит босиком в луже крови. Публика была у его ног.
Только Хоган было вошел в раж – пришло время показать Нерцу еще «пару трюков». Он попросил одного из лучших игроков в зале выйти к нему, и когда тот добрался до сцены, Хоган побежал с мячом в ногах на игрока. Серией финтов тренер не оставил ему ни единого шанса: игрок не сумел даже коснуться мяча. Хоган не только восстановил авторитет, пошатнувшийся в первой части выступления, но и убедил публику в своей правоте.
С 1928 по 1932 год англичанин возглавлял «Дрезднер». В этом клубе он раскрыл талант легендарного Рихарда Хофманна, которого привез в Дрезден из отдаленного городка Меране. Хоган трижды за четыре года выигрывал чемпионский титул в Центральной Германии, а в 1930-м его команда вышла в полуфинал национального первенства.
В «Дрезднере» под началом англичанина выступал будущий тренер сборной Хельмут Шён. Вот как он вспоминал своего наставника: «Мне посчастливилось выступать в команде известного тренера – англичанина Джимми Хогана. Я и сейчас помню его волнистые волосы с пробором посередине и темную водолазку – он часто ее носил. Тренер из Англии – от одних этих слов у нас перехватывало дыхание. Для нас он был кем-то вроде знахаря или гуру, окруженного нимбом всеведения, ведь этот человек приехал не откуда-нибудь, а с родины футбола – игры, от которой мы все были без ума». По словам Шёна, техника для Хогана была «важнее всего остального»: «Благодаря его педагогическому мастерству, – говорил будущий тренер сборной Германии, – мы стали в разы техничнее, и у нас почти не возникало проблем с мячом. “Играть хорошо и красиво” – вот девиз Джимми Хогана. Безусловно, важно работать над техникой, физической силой и крепостью духа, но еще важнее – научиться грамотно их сочетать». Кроме того, Шён вспоминал: «Хоган говорил нам, что мы должны играть “непрозрачно”. То есть, выражаясь словами величайшего мастера финтов и дриблинга всех времен Стэнли Мэтьюза: “В каждом эпизоде мне нужно четко понимать, что я сделаю с мячом в следующую секунду, и это действие должно быть сюрпризом для соперника”».