Zum Hörbuch
Михаил, спозаранку собрав группу у стенда с достижениями комсомольцев в ознаменование двадцатого съезда партии, назначил новое правило сосуществования.
– Мальчики и девочки раздельно. Никаких шашней! Ля Мур под запретом. Узнаю, приму меры.
– Интересно, какие? – тут же встряла Тина.
– Скажу прямо, поркой вы не отделаетесь. Минимум – карцер, чтобы остудить любовный пыл, максимум – расстрел.
– Опять шутка? – Тинка кривлялась, чтобы привлечь снимание Михаила.
– Никак, нет. Но тебя бы я выпорол первой.
Тинка сияла, и готова была мурчать от удовольствия.
Ром, заприметивший для себя объект для ухаживаний в виде Светки, манерно строившей глазки, хмыкнул:
– Поздняк! Я, кажется, влип.
– Она ж, змея! – не согласился с выбором командир, – проглотит и не поперхнется! Опомнись, пока не поздно.
– Пусть глотает, я не стану возражать. Она такая…
– Какая?
– Самая лучшая: красивая, сказочная и понимает меня с полуслова. Я когда ее вижу, у меня скулы сводит от радости.
– Да, ты втюрился, – рассердился Михаил.
– Тебя это не должно трогать. Шел бы лучше палубу драить, или новичков по газонам гонять. Моя личная жизнь тебя не касается.
– Будем считать, что я ничего не слышал, – предложил Михаил. Настроение его портилось с каждой минутой. – Никаких амуров при делах! Уяснили? Это всех касается. А ты…
Михаил подошел вплотную к Рому и повторил еще раз:
– Опомнись. Не о себе, так о ней подумай. Светка первая попадет под раздачу «пряников».
– Подумаю, – сдался Ром, лишь для того, чтобы закончить неприятный разговор.
Только предупреждения Михаила пролетели мимо ушей. Изгоям, привыкшим вешать лапшу на уши, не в диковинку изворачиваться. Между двумя голубками Ромом и Светкой пролетела искра, та самая, которая разожгла яркое пламя страсти. Мало того, что любовники уединялись в самых непредвиденных местах, они перестали скрывать романтическое увлечение.
На замечания они реагировали, как нашкодившие котята, слизавшие сметану, и по их сияющим лицам становилось понятно, что бурный роман развивается со стремительной скоростью. От мимолетных взглядов можно было спички зажигать.
Светка-приспособленка по зову инстинкта самосохранения, выбрала сильную спину, за которой удобно прятаться в случае опасности. Она давно усвоила законы выживания в любой ситуации и просчитывала ходы наперед. Сразу же, после первого знакомства с Ромом, она оценила выгоду дружбы с крутым парнем. Не впервой водить за нос особей мужского пола, падких на приключения. Психология, изученная не по книгам, а по жесткому житейскому опыту: соблазнительная улыбка, томный взгляд из-под ресниц, и очередной кандидат готов.
У Светки на то имелись веские причины. В предыдущей жизни хватало места для адреналина по полной программе. Таких, как она в простонародье называли Клофелинщицами. Она ничуть не чуралась древнейшей профессии, поэтому в ее личном деле в районном отделе полиции значилось: проститутка, применившая сильнодействующий наркотик для усыпления жертвы для последующего ограбления. Грабила Светка порой из алчности, а порой из-за отвратительного и непонятного чувства азарта. Иногда пара сотенных, добытых изощренным способом, стоили гораздо дороже увесистого бумажника набитого купюрами.
Обычно промысел она начинала ближе к полуночи, когда пьяные посетители ночных клубов находились в нужной кондиции. Опытным взглядом оценивала она прикид жертвы, следила за наличием дорого телефона, часов и на то, как кент сорит деньгами, заказывая элитный алкоголь. Следующая задача – оказаться на жилплощади, выбранного объекта. С этой проблемой она мастерски справлялась, проявив все обаяние и природный дар женственности: милая улыбка, заинтересованный взгляд, демонстрация соблазнительного декольте или разреза на юбке, открывающего аппетитную ножку. Мурлыкая кошечкой, она подсаживалась к уже самостоятельно подготовленному мужчине:
– Не угостите даму зажигалкой? – певуче начинала она беседу.
Кент поднимал затуманенные глаза и замечал перед собой эталон красоты.
– Всегда, пожалуйста, – радостно отзывался он, рассчитывая на сексуальные приключения.
Зачарованные простаки угощали Светку выпивкой, и заставляли слушать нудятину о неудавшейся личной жизни. Она же, ловко маневрируя измененным сознанием, заставляла влюбляться в нее с первого взгляда. Шаг, еще один, и вот, она под руки выволакивает кента из такси возле подъезда его дома.
Зачастую ей приходилось вступать с ними в интимную связь, лишь для того, чтобы усыпить их бдительность. Незаметно Светка подсыпала в вино или шампанское клофелин, а после открывала дверь двум своим подельникам, обносившим квартиру дочиста. Эта схема работала всегда чисто и без сбоев. Наутро кент не мог вспомнить ни имени, ни внешности ночной подружки, чтобы составить фоторобот. Да, и в полицию идти стыдно: обычно у любителя приключений имелась вполне благополучная семья. Стать посмешищем в глазах жены, детей, не дай бог, презентабельных коллег – смерти подобно. Своей мелкой шалостью можно было поставить крест на карьере, общественном положении. Что ни говори, менталитет народный определил ценности норм поведения и морали не в пользу прожигателей жизни.
Однажды Светке несказанно повезло – она познакомилась в «Бессоннице» с мужчиной по имени Костя. Эффектный брюнет в дорогущем костюме, швейцарскими золотыми часами Breguet на левой руке и портфелем из настоящей крокодиловой кожи сразу же привлек ее внимание. Греческий профиль, ухоженное лицо, холеные руки. Светка тогда впервые залюбовалась на длинные пальцы мужчины, украшенные обручальным кольцом. Шлейф аромата от модного парфюма, окутал свежестью с легким ароматом мандарина и хвои.
«Бинго!» – прозвенело у нее в ушах. Сегодня она сорвет свой главный куш!
Костя был слишком податлив и щедр, предлагая ей выпить за любовь. Светка, к своему удивлению, считала его симпатичным и слишком сексуальным. Именно такой Аполлон занимал ее девичьи мечты, когда она витала в розовых мечтах, пока реальность звонко не шмякнула ее по красивой щеке. Провинциалка. Лимита. Колхоз…
Светка вела себя в этот раз достойно, отвергая предложение продолжить знакомство в мотеле, на противоположной стороне улицы. Ей как никогда ранее, хотелось увидеть квартиру Кости, по всей видимости, до верха наполненную бабками.
– Я порядочная девушка, – заверила она Костю, глядя прямо в его глаза.
– Тогда, может, ко мне?
Она еще минуту поломалась и сдалась.
– Я припудрю носик? – отпросилась она в туалет.
– Оплачу счет, а ты…
Костя притянул Светку за подбородок и чмокнул в кончик носа:
– Не задерживайся, уже скучаю.
Виляя бедрами, роковая красотка скрылась за дверями дамской комнаты.
– Витек, – прошептала она в трубку, – клиент готов, выходим.
– Чего-то ты сегодня долго возишься? – пробасил мужской голос с противоположной стороны.
– Не сердись, котик. Ты бы видел, какой «жирный гусь» попал в сети.
Светка нажала на отбой, улыбнулась, в предвкушении похвалы от своего нынешнего бой-френда. Нрав у него, конечно же, жесткий. Мог без повода и пощечину влепить, и нос разбить, зато любил ее до жути. Рядом с ним, она как собачонка цепная, скулить готова, хвостиком махать.
Вернувшись к стойке, Светка включила кокетку: поправила волосы, облизала пухлые губы. Зря. Костя, изрядно накачанный, едва стоял на ногах.
– Ты… мы… я…– пробубнил он, заплетающимся языком.
– Идем к тебе, – напомнила Светка.
– Не-а, – замотал он головой, – не сейчас.
Костя опрокинул полную рюмку виски себе в рот, и заказал еще одну.
У Светки внутри похолодело. Непонятно почему заартачился этот красавчик. По опыту предыдущих историй, она уже представляла, как Витек скрипит зубами, после чего она летит в угол, ударяется затылком и вырубается. Операция накрывалась «медным тазом», если Костя задумал зависнуть здесь до закрытия.
– Идем, котик, – промурлыкала она.
– Куда?
– К тебе.
– А ты, я понимаю, согласна на все?
– Все, что пожелаешь. И, может быть, чуточку больше, чем заслуживаешь.
Костя смачно поцеловал ее в губы, размазывая помаду.
– Проверим, – недоверчиво бросил он, – пошли.
Светка обняла его за талию и увлекает к выходу.
– А ты тяжелый, – возмутилась она, когда Костя, мотнувшись, оперся на ее плечо.
Ночной город чуть освежил прохладой. Улица сияла яркими переливающимися огнями и была наполнена парочками, отчаянно целующимися на всех лавочках. Наступила совершенно другая жизнь, в которой иные правила и своя атмосфера.
– Красота! – объявил Костя, еще крепче наваливаясь на плечо хрупкой Светки.
– Стой, не падай.
Все же работа с пьяным клиентом имеет много минусов. Но грех жаловаться, с их подачи Светка кормилась не один год.
Тут же, словно по волшебству перед ними открывается дверь такси. Пятнадцать минут, и они на месте. Костя неожиданно ведет себя, как абсолютно трезвый человек – выходит из такси, открывает перед нею дверь.
– Светлана, милости прошу в мои скромные апартаменты.
Скромные?! Светка чуть не присвистнула, когда вошла в квартиру. Вот, ведь – пруха! Выбранный клиент оказался владельцем хорошо упакованной трешки, в которой было предусмотрено все для шикарной жизни: евроремонт, джакузи, разнообразнейшая бытовая техника, вещи европейских дизайнеров. Она рот раскрыла, наблюдая обилие картин, ваз, статуэток и прочей красоты расставленной по всей квартире. Сразу же перевела все в денежное измерение, подсчитывая, сколько они с Витьком могут получить на карман.
Включив расслабляющую музыку, Костя предложил потанцевать. По всей вероятности он задумал романтический вечер, зажигая свечи, наполняя бокалы вином и угощая ее экзотическими фруктами.
«Почему бы и нет?» – задала она сама себе вопрос, наслаждаясь приятным обществом. Наверняка знала, что он завтра не только имени ее не вспомнит, но и с трудом сможет описать детали ее внешности. Клофелин обычно выключал память начисто. В этом деле главное – правильно рассчитать дозу, а у нее опыта в этом, хоть отбавляй. Бокал игристого вина, плавная мелодия, и вот она в плену романтики.
Костя захватил ее губы, напрочь лишая рассудка. Она мигом поплыла, поддавшись его страсти.
Костя стянул ее блестящее в пайетках платье, одним движением расстегнул лифчик и сбросил его, обхватывая обеими руками вывалившиеся груди. Потом нагнулся и с силой впился в сосок. Его руки тем временем уже стягивали кружевные трусики.
Чистое желание свело Светкино тело судорогой. Костя нежно мял ее груди, дразнил пальцами соски.
– Ты такой нетерпеливый! – чуть отстранилась она.
– Что-то не так?
– Дай перевести дыхание! Слишком быстро.
– Я даже еще не начинал, – тесно прижавшись к ней бедрами, заверил Костя.
Светка выгнула спину, притискиваясь еще ближе к его накачанному торсу. Она едва справлялась с слишком сильными ощущениями: манящий, дерзкий мужской парфюм щекотал ноздри, а неутомимые руки продолжали исследовать ее тело. Не сдержавшись, она простонала.
– Кошечка моя, какая ты горячая! – восхитился Костя.
Дернув молнию джинсов, ногами спихнул их с себя, потом так же быстро сбросил рубашку.
– А ну, иди сюда! – позвал он, увлекая Светку на ворсистый ковер.
Он ласкал губами ее грудь, а руки тем временем уже скользили по животу к гладко выбритой промежности. Светка закусила губу, чтобы не вскрикнуть под его ласками. Когда его палец мягко продвинулся внутрь между ног, она задрожала от нестерпимого желания.
– Да, – прошептала она.
– Что, да? – не понял Костя.
– Люби меня!
Еще одно влажное движение языка вокруг соска, и ее сознание смыло прочь. Стоны, в которых она не узнавала собственного голоса, вырывались все громче и чаще, а внутри все взрывалось в судорогах удовольствия. Светка извивалась змеей, чувствуя, как Костя исследует каждую впадинку с поразительной настойчивостью. Она против воли тянулась к следующему касанию, требуя еще больше. На миг она напряглась, когда Костя опустился между ее бедер. Их языки переплелись, а мускулистое мужское тело полностью накрыло ее, плотно прижимая к полу.
Тут в его руке она заметила неизвестно откуда взявшуюся упаковку. «Опасный гад! Предусмотрительный!» – пронеслось в ее уме. Трахаться с презервативом предпочитают лишь те, что боятся за свое сексуальное здоровье. Им кажется, что без подобной резиновой защиты ситуация может выйти из-под их контроля и закончится печальными последствиями. Костя умелым движением открыл упаковку зубами, вынул «защитное средство» и надел на член.
– Продолжим, – потребовал он, впиваясь в ее губы болезненным поцелуем.
Светка замерла, ожидая подвоха, заметно вздрогнула. Костя был трезв, как стеклышко. Иначе, как понимать его предосторожности. Странно, она была готова поклясться, что десять минут назад он был в бессознательном состоянии.
– Что-то не так, – спросил он, пальцами проводя по ее губам, – ты дрожишь?
Светка потянулась с поцелуем:
– Чего ты медлишь? Я не могу больше ждать.
– Ну, держись!
Костя сжал ее в объятиях, что есть силы, но тут же отступил. Снова его горячий язык двигался вместе с телом, вызывая с новой силой прежнюю дрожь. Еще один головокружительный поцелуй… другой. Светка пылала, в одном единственном стремлении – поскорее унять телесную жажду.
Умелый любовник приподнялся на локтях, пытаясь проникнуть твердой плотью в ее лоно. Светка чуть не задохнулась от скопившегося внутри нее напряжения. Ее шелковая кожа пошла мурашками, а из горла невольно раздался сдавленный стон. Костя медленно продвигался вглубь, доводя ее до исступления, чуть отступал и снова прорывался вперед, все больше ускоряясь. Светка не успела перевести дыхание, когда он вдавился в нее одним резким толчком. Она тихонечко взвизгнула от неожиданности и боли. Костю было уже не остановить: просунув руки за Светкину талию, опустил их ниже, взяв ягодицы в ладони. Приподнимая ее и придвигая в такт своим движениям, он вбивался в женскую плоть, рыча раненым зверем.
Светка быстро подхватила ритм, вернулась прежняя судорога, скручивающая тело. «Еще, еще, еще!» – пульсировало в мозгу. Ее маленькие пальчики с силой впились в мощную мужскую спину, в порыве прижаться еще сильнее. С каждым новым толчком желание нарастало, принимая жестко врезающееся в нее тело. Отбросив всякое стеснение, разгоряченная она билась под ним, извиваясь и скуля. Предательское слабое тело сделалось чужим и в то же время слишком чувствительным. Крик освобождения вырвался из ее горла, когда Костя застонал над ней, и задвигался еще быстрее. Он стиснул Светку, освобождаясь от напряжения.
– А ты – хороша! – услышала она комплимент.
– В чем?
– Умеешь доставить удовольствие. Не зря я тебя притащил. Да, и тебе, кажется, понравилось?
Светка зарделась, словно школьница. Никто и никогда не упрекал ее в излишней сексуальности. Надо признать, она не отрицала, что есть у нее эта слабость. Один только Витек учил ее уму-разуму, если она смотрела на сторону. Поэтому и терпела побои, чувствуя вину за собой.
– Понравилось, – созналась она.
Тут же очнулась, вспоминая, зачем кувыркается с этим красавчиком. Эта «маленькая» проблемка заставила ее изумленно распахнуть глаза:
– Ты почти трезв, – возмутилась она, припоминая, что из клуба вывела его в полуобморочном состоянии.
– Рядом с такой тигрицей любой протрезвеет!
– Тогда есть повод выпить! Этот мир существует для удовольствий.
Костя наполнил бокалы красным вином.
– За самую прекрасную из женщин. За знакомство мы, кажется, уже выпили. И не раз.
– Точно. Но у меня другой тост.
– Весь во внимании.
– Выпьем за то, что вечно. Если ты не против.
– Не против. Только не понял, за что.
– За любовь конечно.
Они звонко чокнулись бокалами, пригубили сладкий нектар.
– Я на минуту в душ, – сообщил Костя, – не скучай.
– Не буду!
– И не расслабляйся, продолжим.
Стоило Косте закрыть за собой дверь, Светка тут же умело откупорила капсулу с клофелином и высыпала порошок в его бокал. Надо признаться, делала она это с небольшой долей сожаления, ведь она почти влюбилась.
– На чем мы остановились? – спросил Костя, возвратившись.
Светка протянула ему бокал, с опасной приправой.
– На этом.
Костя свалился с ног будто подкошенный, едва осушил опасный напиток до дна.
Светка оделась, привела себя в маломальский порядок: умылась, причесалась, поправила макияж.
– Витек, входите, дверь открыта, – сообщила она подельникам по мобильному.
Верные «дружки» ждали в машине около дома. Она спустилась за ними, чтобы обеспечить им беспрепятственное проникновение сначала в подъезд, а затем и в квартиру. Витек и еще два товарища.
– Сучка, почему так долго? – прошипел бой-френд, – задрались ждать.
– Он никак не засыпал. Протрезвел, пришлось импровизировать.
– Опять натрахалась досыта?
Официальный сожитель при виде обнаженного Кости на диване озверел. Он залепил Светке звонкую пощечину. Впрочем, он часто учил ее уму разуму, а она молча сносила эту науку.
– Позоришь меня перед друзьями, – взревел Витек, – шалава.
Светка потерла ушибленное место.
– Зря сердишься, дорогой! Полюбуйся-ка на хату! Год можно шиковать!
И правда, грабители оказались шокированы великолепием. Тут же стали лихорадочно выгребать всё подряд из шкафов, накидали полные сумки.
– Ключи от его тачки ищи, – крикнул один из налетчиков, обращаясь к наводчице.
– Где? – спросила Светка, оглядываясь на Витька.
– Тупая дура! По карманам! Чего стоишь, будто корова надоенная, или от траха совсем башню снесло?
Светка метнулась в прихожую, обшмонала карманы курток, пиджаков.
– Вить, ничего нет, – с опущенными в пол глазами, сообщила она.
В ее руках несколько смятых купюр, пустой бумажник.
– Тупая, – начал, было, бой-френд, но его гневная тирада оборвалась.
Словно в крутом боевике дверь распахнулась, и в квартиру ворвались люди в масках и с оружием:
– Лежать, лицом в пол! – раздалось вокруг.
Светка завизжала от страха. Не каждый день становишься участницей криминальной хроники. Подельников скрутили и уложили на пол, уткнув носами.
– Волки позорные, – надрывался Витек до тех пор, пока не получил по зубам прикладом.
– Заткнись, дерьмо! – не особенно церемонились с ним оперативники.
– Кто у вас главный? – начали допрос на месте.
И тут Витек выдал:
– Светка главная. Находит клиента, обрабатывает, потом говорит нам куда подъехать, открывает двери.
И указал на нее пальцем. Подонок.
– Дамам особенные привилегии, – сообщил мужчина в камуфляже сквозь прорези в маске.
– Мне тоже лечь на пол? – спросила Светка.
– Встань к стенке, раздвинь ноги.
Почему-то последняя фраза развеселила остальных участников группы захвата.
– Ноги раздвигать – ее любимо занятие.
Светка увидела, как с дивана поднимается Костя и мило ей улыбается.
– Козел! – закричала она, понимая, что ее развели.
– Буду рад встретиться с тобою снова, – ласково ответил Костя, – и не раз, если в тюрьме разрешат свидание.
– Кость, с тобой все в порядке? – поинтересовался боец в маске.
– Никогда не чувствовал себя лучше. Прекрасный вечер – вино, женщина мечты в объятиях. А, главное, еще одно раскрытое дело. Начальство, непременно отметит за заслуги.
– Ты же клофелина лошадиную дозу выпил?
– Еще чего! Капсулу из кармана Светки в самом начале вытащил и заменил на витамины. Она не заметила, я ж был в стельку пьян.
– Ты же рисковал, вдруг бы Светке вздумалось убить тебя.
– Пусть так, – хитро сощурив глаза, ответил Костя, – ты бы отказался трахнуть такую сногсшибательную красотку?
– Нет!
– Вот и я не смог!
Во второй раз Светка встретилась с Костей в стенах следственного изолятора. Он в форме, с папкой в руках принялся допрашивать ее.
– Фамилия, имя, отчество.
– Да, иди ты.
– Так и запишем: «Отказалась давать показания».
Светка, опустив голову, ушла в несознанку. Она, все еще надеялась на поддержку криминальных связей, которыми всегда хвастался Витек.
– Организованная группа, по предварительному сговору, – продолжал Костя.
Светка молчала.
– Твой сожитель соловьем поет. Тебе на приличный срок.
– Не правда, – вспыхнула Светка.
– А, что ты хотела? Ты – основной фигурант, без вопросов, играющая ключевую роль. Твои подельники – пешки. Привези, увезти, подстраховать.
– Я только приманка, – вырвалось у Светки.
– Ага, созрела! С этого пункта подробнее. Скостишь себе срок, накажешь плохих людей. Оказание содействия следствию заносится в личное дело.
– Иди ты! – ощерилась Светка.
Больше она не ответила ни на один вопрос, борясь с желанием броситься и расцарапать Костино красивое лицо.
– Жаль! Из нас бы могла получиться идеальная пара, – с издевкой сказал он на прощание.
– Я убью тебя! Когда выйду отсюда.
– Угроза убийством – статья.
– Ты на все готов, чтобы выслужиться?
– Работа такая. Тебе не понять.
Его сменил более активный и напористый сотрудник, обещающий чуть ли не пожизненное. В арсенале его убеждений статьи, пункты, до которых Светке и дела нет. Сплошная галиматья. Подпиши здесь и здесь, чтобы получить по минимуму.
– Встать, суд идет, – словно во сне слушала Светка оглашение приговора. На ее удачу, судья расщедрился и дал ей по минимуму.
– Пять лет колонии общего режима.
Витек и компания остались не у дел. Их сочли свидетелями, случайно оказавшимися на месте.
Светка желала справедливости – сперва. Потом, умеривши пыл, осознала, что месть не имеет срока давности. Тем и жила. Освободившись, ничуть не исправилась, просто стала осторожней и злей. Но одно она знала наверняка: в тюрьму она больше не вернется.